Чтение онлайн

Тело очень быстро приходило в норму, и силы в него возвратились. Возможно, так теперь будет всегда. Живая и здоровая. Как же ловко она попросила у Зверя Тумана продлить мучения максимально.

Эти мысли вызывали усмешку.

В сером доме не было послушков и не было надов среди персонала. Собственно, и персонала как такового не имелось также. Всю работу кое-как выполняли некоторые заключенные (пациентов в сём месте не держали, никто никого уже не пытался лечить) — из тех, в ком ещё оставались какие-то проблески воли или желаний.

Тени, серые и грязные, как и всё там внутри, варили безвкусную кашу из одной и той же крупы, бросали в неё одни и те же кости каких-то перевёртышей, макали грязные тарелки в застоявшиеся тазы с мутной водой. Но толком не мыли.

Кто-то то и дело елозил тряпками по общим пространствам, но в основном их все покрывали пыль и паутина: словно в серый дом нарочно напустили перевёртышей, надрессированных превращаться в пауков. Хотя Эднара ни разу не видела тут ни единого.

Некоторые нады с потерянными пустыми глазами время от времени очищали кухню от сантиметровых слоёв грязи и плесени, укрывавших всё. Иногда убирались в чужих спальнях чарами.

Нада Дзи-Дзи ненавидела запах фекалий и часто преследовала тех, кто давно наплевал на личную гигиену и подвергала колдовской очистке.

В конце каждого коридора каждого этажа имелось что-то вроде душевой. Но очереди туда не выстраивались.

Всякий заключенный имел в своём распоряжении две робы и мог бы стирать запасную и сушить её, или просить товарищей по несчастью из надов чистить грязь. Но… похоже, и эти желания пропадали быстро.

Серый дом разил нечистотами и запахами немытых тел.

А его обитатели почти не разговаривали.

Многие были безумными и вообще не воспринимали действительность. Остальные оставались в разуме, но сами загоняли его в состояние отупения и ожидания смерти.

Очень долгое ожидание.

Заключенные серого дома оставляли пространство между реками Тумана только в глубокой старости. Это единственное, за что отвечали князь Свайворо и его дочь. Но на самом деле серым домом правил не директор. Он даже появлялся на острове очень редко.

А Майлайя жила всегда.

Эдна не знала, держит ли официальный управитель серого дома при себе другую дочку для колдовства, или княжна Свайворо исхитрилась вообще сделать из своего безвольного папеньки фактического простолюдина с очень высоким социальным статусом в виде ширмы.

Как же она этого добилась?

Наверное, своей жестокостью. Наверное, дочь перещеголяла ею всех в своей семье. И так стала главной, хотя и была человеческой женщиной.

В Междумирье правят не чары. Тут значимость определяет мера жестокосердия.

Дочь директора обладала им сполна. Всякий день она ходила по коридорам с надушенным платком у вздёрнутого носа, и читала заключённым лекции об их проступках. А если кто-то срывался и отвечал, уводила в подвал.

И наказывала на своё усмотрение.

Наверное, как-то очень изощрённо. Потому что даже колдуны-нады серого дома не пытались навредить этой грозной старухе, которая бесстрашно шаркала коридорами без своего отца, уверенная, что с ней ничего не случится.

И с ней ничего не случалось.

А незримый шлейф, остающийся по её маршруту целые часы из-за мощных благовоний, вселял отвращение и дрожь, словно призрак Майлаи оставался в сером доме, даже когда она из него удалялась.

Но новую постоялицу не трогали речи злобной старухи. Она даже не поднимала на неё головы, если становилась их объектом.

Вместе с Аполином в Эднаре умерло желание мстить. С него содрали кожу, дали всей крови просочиться из раненой плоти, и остался только мёртвый обрубок.

Все действия казались уже ненужными. Эднара продолжала мыслить здраво, но призывала только смерть — однако за этим единственным счастьем в сером доме следили пристально, не давая на него никаких шансов. А тех, кто порой почти исхитрялся, — откачивали. Всегда. В сером доме ещё ни разу ни один из узников не умер в возрасте, меньшем, чем сотня положенных лет.

На княжну д'Эмсо даже не произвела особого впечатления внезапная встреча с сестрой Майлин Сайсаросоно, первой княгиней Вигранд, которая, оказывается, вовсе не умерла в лапах палачей красного дома.

Эднара обратила внимание на эту женщину потому, что она очень выделялась: словно бы была не рождена когда-то естественным путём, а сшита из лоскутов грубыми стежками и оживлена после. Что делали с Айланорой в красном доме по решению совета Пяти, можно было лишь догадываться, но маскировка последствий не входила в наказание, более того, каморка первой княгини Вигранд в сером доме была единственной, где имелось зеркало. Точнее, она вся состояла из зеркал, околдованных отталкивать от своей поверхности всё. Их не получалось ни разбить, ни испачкать.

Наверное, первое время то было по-настоящему страшно. А потом и этой женщине стало всё равно. И нынче к ней часто наведывались гости, чтобы взглянуть на себя. Иных зеркал в сером доме не водилось.

Эднара тоже зашла. Она исходила всё доступное пространство серого дома, едва спала температура. Она хотела постичь всё до капли. Удостовериться в том, что знала уже и так: между реками Тумана нет и никогда не было справедливости.

— Новые постояльцы забредают сюда часто, — поприветствовала её Айланора, — хотя ещё находят в себе чувства, чтобы отшатываться от меня. Тем, кто больше не испытывает потребности в созерцании себя и других, становится немного легче.

— Ваши старшие сёстры вас не забыли, — проговорила Эднара, надеясь её подбодрить. — Они не держат зла, они хотят за вас отомстить.

— Отец умер? — не поднимаясь с кровати, спросила Айланора. И княжна д'Эмсо с опозданием забеспокоилась, что зря затронула эту тему.

— Да, некоторое время назад, — пробормотала она. — Три ваши сестры стали хозяйками острова.

— Забавно.

Эднара решила, что упоминать о вынужденных браках не стоит. Она всё ещё надеялась, что её братьев сумеют держать в узде, хотя и верила в это с трудом.

— Майлин всерьёз настроена узнать все секреты Вигранда и наказать его. Она засылает к нему шпионов, — рассказала княжна д'Эмсо своей товарке по несчастью. — Правда, пока нада, отделявшего покои его наследников от замка, удалось обезвредить, но Майлин настроена серьёзно.

— Наследников? — хмыкнула Айланора и села, глянув на свою посетительницу со внезапным интересом.

Её искромсанное швами косое лицо вызывало желание убежать, и пришлось сделать над собой усилие.

— Все они простолюдины, — поспешила доложить Эдна. — И Вигранд тоже не успел стать магом.