ЖАНРЫ

Скромное обаяние художника Яичкина (Божий одуванчик - 2)

Зубкова Анастасия

Шрифт:

–  Еще хуже, - мрачно подтвердила та, - похож одновременно на саркофаг, свалку и церетелевского Петра Первого. Гадость какая-то.

–  Ну тогда, детка, единственный человек, который мог так оперативно вывезти такую шедевральную вещицу, - пропела бабуля, - это твой муж.

–  Пашка?
– пискнула я.

–  У тебя есть еще пара мужей?
– походя поинтересовалась бабуля, - сомневаюсь. Хотя, - снова заулыбалась она, - вероятно, ты просто потеряла этот буфет в том бардаке, который вы с твоим мужиком развели за последние полгода.

–  Мы уют создавали, - буркнула я.

–  Ага, - бабулин сарказм не знал границ, - так может этот буфет где-нибудь по комнатам поискать? Стоит себе в уголочке, заваленный всяким хламом…

–  И что же мы будем теперь делать?
– сдержанно поинтересовалась я, не обращая внимания на ее слова.

–  Галина, это очевидно, - Евгений Карлович торжественно поднял свою чашку, так, словно это был, по меньшей мере, золоченый кубок, - мы сейчас звоним вашему большому другу Дмитрию…

–  И настоятельно просим его не совать свой длинный нос в чужие дела, - закончила за него бабуля, зловеще сверкая глазами.

–  Так его, дружок называется!
– воскликнула Катерина.

В едином порыве все подскочили со своих мест.

–  Ни за что!
– звонко воскликнула я, - ни за какие ковриги!

–  Это еще почему?
– удивилась бабуля.

–  Потому что, - веско ответила я.
– Пусть этот гад сам поймет, что жена ему дороже всяких Димок.

–  Под этим гадом, я так понимаю, мы подразумеваем Павла?
– уточнил Евгений Карлович.

–  Именно, - заявила я, - если он окончательно рехнулся, то туда ему и дорога, пусть с Димочкой своим живет.

–  Совершенно не понимаю, - фыркнула бабуля, - как моя внучка вообще умудрилась выйти замуж, с такими воззрениями.

–  Ну, я думаю, этот момент мы легко уладим, - примирительно проговорил Евгений Карлович, подтягивая брюки с идеальной, как лезвие опасной бритвы, стрелкой и берясь за трубку телефона, - звонить мы будем не объекту, ранее обозначенному как «гад», а некоему Дмитрию.

–  Вы рушите мои честь и достоинство, - трагически прошептала я.

–  Пятнадцать минут позора, детка, - утешила меня бабуля, - долгая и счастливая жизнь впереди. Диктуй номер.

Замогильным голосом я продиктовала Димкин номер телефона. Евгений Карлович набрал его и, сдвинув на нос очки в тонкой золоченой оправе, принялся внимательно прислушиваться к длинным гудкам в трубке. Это продолжалось довольно долго. Бабуля, Катерина и я уже начали маяться, мы переглядывались, нервно озирались, неловко брались за разные очень срочные дела (в частности, я попыталась протереть стол), бросали их (к примеру, я поняла, что это совершенно невозможно по причине крайней его загаженности) и не находили себе места. В тот момент, когда я уже собиралась подскочить, вытащить из-под раковины посуду и всю ее совершенно молниеносно перемыть (дикая мысль, но можно сделать скидку на нервы), Евгений Карлович оживился.

–  Доброе утро, - хорошо поставленным голосом Левитана провещал он, - не мог бы я попросить к телефону Дмитрия? О, я так рад, что застал вас дома… К несчастью, мы не знакомы, что, я думаю, будет устранено в самое ближайшее время, но, все же, разрешите представиться, меня зовут Евгений Карлович.

Бабуля откинулась на спинку дивана и мученически закатила глаза.

–  Евгюша развел эти танцы часа на полтора, - пробормотала она себе под нос и включила у телефона громкую связь. Кухня наполнилась шипением, помехами на телефонной линии, и мы физически ощутили Димкино замешательство.

–  Э-э-э… что-то случилось?
– спросил Верная Рука - Большой Друг Нашей Семьи.

–  Ха-ха-ха, - сдержанно и очень светски посмеялся Евгений Карлович, - понимаю, что звонить в такую рань молодому одинокому мужчине, эдакому светскому льву, непростительная оплошность. Как вы понимаете, если бы не крайние обстоятельства, я ни за что не позволил бы себе подобную бестактность.

–  Чего?
– потерянно спросил Димка. Стало ясно, что из речи Евгения Карловича он понял слов пять - семь, но для единой смысловой картины этого явно маловато.

–  Впрочем, - как ни в чем ни бывало, продолжал Евгений Карлович, - мне доподлинно известно, что сейчас вы пребываете не в гордом одиночестве. С вами, плечо к плечу, проживает ваш верный друг, эдакая надежда и опора, который никогда не предаст, не оставит товарища…

–  К-какого товарища?
нервно сглотнул Димка.

–  А парень не промах, - порадовалась за него бабуля, - на лету все ловит.

–  Под товарищем я подразумевал вас, а друга, который делит с вами кров, зовут Павел. Я прав?
– продолжал наседать Евгений Карлович.
– Только не говорите мне, что я ошибся номером и беседую с другим, не менее приятным, но совершенно бесполезным для моего дела Дмитрием - я этого не переживу.

–  Я… - начал было Димка.

–  Вот и славно, - обрадовался Евгений Карлович, - польщен знакомством с истинным ценителем простых, человеческих бесед. Я и сам, знаете ли, люблю поболтать, так, запросто, без экивоков, ведь в наш век всеобщей урбанизации и цинизма мы совершенно разучились общаться… Вы согласны со мной, Дмитрий?

–  И-и-и… да, - судя по голосу, Дмитрий уже слабо понимал, где находится.

–  Впрочем, как ни приятно с вами беседовать, - продолжал Евгений Карлович, - пора переходить к делу. Я прихожусь дедом законной супруге вашего большого, и, а я в этом уверен, лучшего друга. Понимаете ли, это накладывает определенные обязательства… Ну, мы понимаем друг друга, - Евгений Карлович сделал многозначительную паузу.

Димка тоже молчал - похоже он начинал паниковать. Я мстительно улыбалась. Будет знать, как уводить чужих мужей.

–  Дмитрий, вы еще тут?
– непринужденно поинтересовался Евгений Карлович.

–  Да, - сдавлено прохрипел тот, - только я ничего не понимаю.

–  Я рад, что вы указали мне на некоторую пространность моего рассказа, - Евгений Карлович закинул ногу на ногу. Он был свеж и приветлив - беседа могла длиться вечно - судя по всему, он получал от нее истинное удовольствие. Бабуля глухо зарычала.

–  Евгюша, - грозно прошептала она, - ты сведешь парня с ума, и ничего не добьешься. Милый, - проговорила она в полный голос.
– Знаешь ли ты, что на Галку уже бандиты наезжают из-за вашего буфета?

–  На какую Галку?
– спросил откуда-то издалека Димка.

–  На жену твоего ненаглядного Пашки!
– взорвалась бабуля, - прекрати нам тут комедию ломать.

–  Мария, - примирительно проговорил Евгений Карлович, весьма раздосадованный, что его так беспардонно прервали, - молодой человек немного запутался, такое бывает в его возрасте - зачем же судить его так строго?

Поделиться с друзьями: