Как будто в сон, проваливаюсь в книжку,Где девы смуглые, не знавшие любви,Где васильковоглазая малышка,И где возводят зданья на крови.Лиловый зимний город остро пахнетХолодных мандаринов кожурой,И нет тоски, и горечи в слезах нет.Всё собрано в кристалле темнотой.Те павшие – расстрелы, как медаль им,Им дым отечества, не сладкий – горький дым.Но всё это становится хрустальным,Изысканным, желанным, неземным.И сыплется расстрелянное счастье,Пронизывая опустевший век,Как лёгкие будёновские части,Летит за взводом взвод, за снегом – снег.И всё уже сливается в метели,Всё кружится – поди, останови!Там смуглая играет на свирели,И девушки, не знавшие любви…
В вечном городе
В вечном городе пляшущие монашки,Листья оливы, скрученные жарой,В твоей памяти, как будто в чужой рубашке,По потрескавшейся мостовой.Светло-серые зеркальца двериВ глубину забирают мой взгляд.На колоннах мраморных звериСтерегут соловьиный сад.Точно пьяный христовой кровью,Я чужое мерцанье пью.Сон, склонившийся к изголовью,Караулит добычу свою.
Не включая свет
Сижу я, не включая свет,И сумерки встречаю,И думаю, что смерти нет,Как дна у чашки с чаем,И вся дневная копотня,Ловушки и препоны —Всё просто повод для меняСмотреть в проём оконный,Где собирается гроза,Где липа жмётся к раме,И спит фантазий бирюзаВ разворошённом хламе.Так с темнотой растёт мой храм:Диван, компьютер, телик,И божество теперь я сам —Застрявший в этом теле.
Я
«Когда-нибудь меня разоблачат…»Эвелина Ракитская
Я не тот, кто способен объять и понять,Как грохочет лавина в раскатистых «эл»,Как ласкают грома изумрудную ратьОблаков, заполняющих грозный предел.Я могу притворяться то тем, то другим,Опасаясь, что миг – и меня обличат,Но я сам для себя – ускользающий дым —Вихрь желаний и пламя утрат.Ускользает в воронку живая вода,Ниткой смерча – внутри водяная спираль.Я – никто, и уйду, не оставив следа,В никуда или в хрупкую эту печаль.Ни представить, ни сбыться, а только предстать —Водяная качается тонкая нить.Кто я? Тот, кто не может понять…Не понять, а в немом изумленьи застыть.
Реквием
Молитва
Я пытаюсь молиться, молитьсяО тех, кто так дорог мне,И вижу – горят их лицаВо времени, как в огне.Жертвой какой и даньюЭтот унять огонь?Всю жизнь мою, все желаньяВозьми, только их не тронь!Последним усилием верыВ Доброе Божество,От чёрной катящейся сферыКого спасу? Никого?Но если кого-то выбрать,Центром моей мольбы…Выбор такой хуже дыбыИ тяжелее судьбы…Господи, дай мне силыВерить в Твою правоту!Тени родных и милых —Скользят в пустоту.
В сиреневой чаще тьмы
В сиреневой чаще тьмы холодные пальцы веток,Касаются нас, касаются нас.Уходим от зноя мы,Но мы позабудем этакВсё то, что касается нас,То есть, касалось нас.В прохладную тень уйтиОт дикой сжигающей боли,От ненависти к себе, ненависти к себе.А ветер вверху летит,Ему позволено, что ли, —Шуршать здесь и там в ворожбе,В воздушной своей ворожбе.А те, кто нас будут звать —Не все, дескать, песни спеты,Что, дескать, рано, так рано мы собрались сюда,Не могут пока понятьСвязь между тенью и светом,Из рощи сиреневой этойНам не уйти никуда,Не уйти никуда.
Я люблю вспоминать
Я люблю вспоминать о весёлой пирушке,О смешливых друзьях и хорошем вине,Вспоминать о прелестной чудной хохотушке,Что когда-то доверилась мне.Как искрились огни в наших пенных бокалах,Отражая «изысканный» стол.Как кружилась она, как она танцевала,Как я к ней подошёл.Хорошо вспоминать свежесть утра у моря,Плески стаи дельфинов вдали,Просто за руки взяться, смеяться и спорить,Почему так легки облака-корабли.Вспоминать в темноте, под романсы метели:Это было ли? Нет ли? Уснуть.Бьётся вьюга в окно, холод рвётся сквозь щели,И уже ничего не вернуть.
Настоящая жизнь
«Настоящая жизнь»Обняла меня крепко и страстно,Подарила мне смерть,Отдала ни за грош мою плоть…Я, как рыба в сетях, понимаю, что битва напрасна —Мне себя не простить,Мне вины своей не побороть…Где ты, Солнце мое?Небо серо и крыши под снегом,И кричит вороньёНад случайным ночлегом.О, какие шершавые рукиУ этой любви,О, какие красивые зубы у этой разлуки,Эти зубы в крови.
Гомозигота
Всего-то —Гомозигота!Электрический кабель,Ноутбук пополам. Погибла работа,На хрена тебе песня, ма бель!Кушай доча, кушай свои какашки,Наверное, вкусные – почти что молочная смесь,А если мешают маленькие бумажки,Так это папины, в этом он весь…Ну а диван мы завтра отмоем,Главное, доча, ты не кричи,Не порть настроение перед отбоем,Усну с тобоюв пустой ночи.Где твоя мама? – В прятки играет,Холодные руки к ней тянет Джек…Давай притворимся, что мы не знаемИ погуляемпод плёнками век.
Готический сонет
Вся жизнь моя проходит на краю,Висит над пропастью зловещей.Сегодня я кляну судьбу мою,А завтра стану бесполезной вещью.Запущен дом, и окна в нём грязны,Во всех углах и сор, и паутина.В нём сны всегда страшны, цветы больны,Зачем их поливать, раз тоже сгинут?!Весь праздник мой – пустая суета,Что было важным, лишь казалось важным,Сокровища не стоят ни черта,И чёрный рот земли зияет влажно.Смотрю в альбом испуганным животным,На фото – ты смеёшься беззаботно.
Ушла
Ушла. Осиротел любимый медвежонок,Нахохлившись, сидит один в своем углу,А месяц за окном невыносимо тонок,И лунный свет, как шрам, прорезан на полу.Никто, никто теперь игрушку не обнимет,И не уложит рядышком в кровать.Холодный лунный блик в глазах слезами стынет,Он никогда не спал, он не умеет спать.И он лежал во тьме, сердцебиенье слушал,Твой плюшевый вассал, мохнатый визави,И лился шёпот твой в игрушечные уши,О том, как жизнь страшна, как много в ней любви.Испачканный живот, отпоротая лапа…Зачем так много ног вчера пришли сюда?Но нет, не плачет он, он не умеет плакать.И повторять себе, что больше никогда…