Чтение онлайн

— Я думала, тебя назначат клерком или кем-то в этом роде.

— Нет, в прачечную, — бесстрастно повторила Сэйбл.

— Что ж, я поговорю с майором об этом позже.

— Нет. Солдат очень конкретно выразился. Я не против.

— Ты уверена?

Сэйбл кивнула.

— Уверена.

Араминта все еще выглядела озадаченной, но больше ничего не сказала.

После завтрака Араминта предложила показать Сэйбл дорогу в прачечную. Они выбрали извилистый маршрут, чтобы дать Сэйбл возможность получше осмотреть лагерь, который должен был стать ее новым домом. Пока они шли, Сэйбл поняла, что здесь гораздо просторнее и многолюднее, чем ей показалось вначале. Палатки были установлены так близко друг к другу, что приходилось соблюдать осторожность, чтобы не наступить на постельные принадлежности, палаточные столбы, костры для приготовления пищи и маленьких детей. Людей было даже больше, чем палаток. Чернокожие люди всех оттенков кожи, возрастов и комплекции заполняли поле зрения Сэйбл, куда бы она ни посмотрела. Некоторые женщины приветственно кивали, на что она щедро отвечала, в то время как другие оценивали ее без улыбки. Мужчины копали траншеи, дети весело играли, а участки были огорожены веревками. Вооруженные солдаты стояли у канатов, как будто защищая что-то.

— Вероятно, тиф или корь, — объяснила Араминта. — В этом районе объявлен карантин.

— Здесь есть врачи?

— Их не так много, как нам нужно. В доме вон там, за деревьями, устроили что-то вроде госпиталя, и армия делает все, что в ее силах, но солдаты на первом месте, как и положено. Я помогаю, чем могу. Когда ты устроишься, возможно, ты тоже захочешь помочь.

Сэйбл подумала, что так и сделает, но потом подумала о беднягах, вынужденных жить за веревкой. Ее бросило в дрожь при мысли о том, что они проделали весь этот путь к свободе только для того, чтобы подхватить болезнь, которая вполне могла их убить. Она быстро помолилась за них, прежде чем последовать за Араминтой вглубь лагеря.

Они миновали рощу, где сидела женщина, окруженная большой группой детей и взрослых. Казалось, она показывала им страницы книги. Араминта объяснила, что она была одной из женщин-миссионерок с Севера, которые приехали на юг помогать в лагерях. Эта женщина руководила одной из лагерных школ.

Араминта сделала крюк, чтобы Сэйбл могла увидеть обширные огороды, которые были посажены. Она также показала ей лагерное кладбище. Оно очень напомнило Сэйбл кладбище дома. Там было очень мало надгробий. На большинстве мест были установлены предметы, которыми в последний раз пользовался похороненный человек. На земле были разбросаны осколки посуды, ложки, расчески и осколки цветного стекла. Она увидела обрывки ткани, а в одном месте было расстелено красивое стеганое одеяло. Рядом со стеганым одеялом стоял маленький, но искусно вырезанный деревянный идол. Все это напоминало о родине и наводило Сэйбл на мысли о Мати.

Прачечная была устроена на берегу довольно широкого ручья. По словам Араминты, наличие пресной воды было одной из причин, по которой лагерь был разбит именно здесь. Сэйбл провели мимо огромных котлов, наполненных кипящей водой, и молчаливых, наблюдающих за ними женщин. Между деревьями были натянуты ярды и ярды веревок, чтобы сушить на них белье. Несмотря на еще ранний час, многие веревки уже натянулись под тяжестью постельных принадлежностей, армейской формы Союза и одеял. Сэйбл почувствовала запах щелока и тепло, исходящее от чанов, которые нагревались от растопленных под ними прутьями. Она наблюдала, как женщина с помощью длинной поленницы вынимала из чана кипящее белье и перекладывала его в соседний чан для полоскания.

Это была тяжелая, изнурительная работа, особенно под палящим солнцем. Сэйбл молча и с сарказмом поблагодарила солдата за возможность работать здесь.

Араминта передала Сэйбл старшей прачке, доброй женщине по имени миссис Риз, но перед уходом отвела Сэйбл в сторонку.

— Мне нужно немного осмотреться в поисках генералов, и я не знаю, когда вернусь.

Сэйбл постаралась не выдать своего разочарования.

— Я никогда не смогу отблагодарить тебя за то, что ты сделала.

— Конечно, сможешь. Только не растрачивай свою свободу.

Они обнялись, и Араминта улыбнулась.

— Не сходи с пути, Сэйбл, и все будет хорошо.

Она помахала рукой и ушла.

Миссис Риз оказалась на удивление оптимистичной женщиной. Она была крупной, смуглой, с россыпью веснушек на носу. К удивлению Сэйбл, она оказалась не беглянкой, а свободной чернокожей женщиной из Бостона.

— У меня была самая большая прачечная в моей части города, и я хотела приехать сюда и помочь. Когда я приехала и объяснила, что могу сделать, я подумала, что генерал Шерман меня поцелует, так он был счастлив.

— Вы приехали на Юг стирать?

— Ага. Пока я рядом, наши парни могут сосредоточиться на том, чтобы выпороть повстанцев, вместо того чтобы заниматься стиркой. Ну давай же. Я хочу познакомить тебя с остальными.

Остальными оказались четыре женщины разного роста и цвета кожи. Некоторые были старше, некоторые выглядели ровесницами Сэйбл, но ни одна из них не выглядела особенно дружелюбной. Их звали Дороти, Бриджит, Пейдж и Сьюки. Только Бриджит улыбнулась.

Затем миссис Риз отвела Сэйбл к нескольким палаткам.

— Вот здесь ты будешь спать. От меня сбежали две девушки, так что ты останешься здесь с Сьюки и Пейдж. Здесь тесновато, но это лучше, чем под открытым небом.

Внутри палатки было три тюфяка. Рядом с двумя из них лежали небольшие свертки с одеждой, которые, как предположила Сэйбл, принадлежали ее соседкам по палатке. Миссис Риз указала на крайний тюфяк слева, принадлежавший Сэйбл, и вывела ее обратно на улицу.

— Первое, что нам нужно сделать, это привести тебя в порядок.

Сэйбл могла только согласиться. Она довольно давно не мылась, и ее грязная одежда и кожа слишком хорошо это отражали.

— Я попросила солдат оборудовать для меня что-то вроде душа.

Сэйбл изучила это хитроумное приспособление. Когда за веревку, закрепленную на ведре с водой, натянутом над головой, тянули, ведро опрокидывалось, и вода каскадом текла вниз. Душ был расположен в наклонном деревянном ограждении, что обеспечивало определенную степень уединения.

— На каждое мытье выдается только одно ведро.

Сэйбл подумала, что душ — это гениально, и ей не терпелось его опробовать.

— Давай, мойся. Вода будет холодной, но ты к ней привыкнешь. А платье, которое на тебе, можешь выбросить. У меня тут есть несколько запасных. Я уверена, что смогу найти что-нибудь подходящее. Можешь вытереться вон той простыней. Она чистая.

Сэйбл оставили искупаться. Она ахнула, когда на нее вылилось ведро ледяной воды и очистило ее дочиста. Она почувствовала себя новой женщиной.

Следуя инструкциям миссис Риз, она вытерлась грубой хлопчатобумажной простыней. Вскоре раздался стук в дверь, возвещавший о возвращении прачки. Завернутая в простыню, Сэйбл осторожно приоткрыла тонкую деревянную дверцу и взяла предложенное платье из рук миссис Риз.

Обычное повседневное платье из ситца в черно-белую клетку не было ни модным, ни элегантным, но оно было ей впору, как и панталоны из грубого муслина. Сэйбл не преминула прикрепить браслет Мати к завязкам своих панталон, прежде чем сунуть босые ноги в свою поношенную обувь. Очень скоро ей понадобится обувь. Она сомневалась, что эта еще долго продержится.

Миссис Риз пригласила Сэйбл в свою палатку, чтобы закончить ознакомление с ее обязанностями.

— Я буду платить тебе десять центов в день. В те дни, когда ты не работаешь, тебе не платят. У некоторых девушек есть постоянные клиенты, так что постарайся не вторгаться на чужую территорию.

Сэйбл понимающе кивнула, затем спросила:

— А что насчет еды?

— Ты можешь питаться армейскими пайками, как и все остальные, и попробовать соленую лошадь или лобкурс.

— Соленую лошадь?