Чтение онлайн

– Ах ты... – но удар точно наткнулся на невидимую стену, и птица успела прокаркать заклинание, теперь с беззаботным видом ожидая хозяйку.

– Госпожа Адэт! Живой! – повторил ворон, приветствуя высокую темноволосую девушку.

– Спасибо, Аркаринарт, – фамильяр взлетел, занимая место на алибастровом плечике колдуньи. – Милые мужчины, сделайте доброе дело и убейте господина, я должна подготовить заклинание захвата.

Над раненым возникли два тёмных силуэта. Один тонкий и хрупкий, совсем ещё мальчик, второй рослый и широкоплечий, с огромным мечом за спиной. В жёлтых глазах, в движениях рук, в походке и голосе чувствовалось, что он подлинный воин. На какое-то мгновение взгляд Оливера застыл на грубом, покрытом щетиной лице.

– Ты... – прошептал изумленный церковник. – Но почему?!

– Прости, но грабить храмы гораздо приятней и безопаснее, чем сражаться с Тёмными Властелинами и спасать принцесс, – мужчина играючи выхватил меч, несколько раз проводя им по воздуху. – А впрочем, ещё приятнее этих принцесс похищать, – клинок впился в грудь жреца.

В остекленевших глазах аббата отразилась ухмылка убийцы, а троица героев продолжила свой путь на встречу приключениям. Черноволосый мужчина по-прежнему скалился, а в его голове переплетались нежные, наивные мечты о том, как однажды он станет настоящим героем, таким как Ригард де Пот или Транкс Беспощадный.

====== Вкус власти ======

И тогда Трёхрогий Бог простёр длань свою над копытным народом. И молвил:

– Просите, мой народ.

И ответило ему рогатое племя:

– О великий бог рогатого народа, просим тебя об одном – избавь нас, гордых воинов, от позора и оскорблений. Пусть не дразнят наших мужей говядиной, а наших жён не хватают за вымя, пусть не машут пред нами красными тряпками и цены на подковы не завышают вопреки рыночной конъюктуры. А ещё хотим мы свежей травы и воды чистой, живительного воздуха и обширных земель.

И ответил им Трёхрогий Бог:

– Минотавры, племя моё, мне ведомо ваше горе. И есть в Мире земля, где ждёт вас великое счастье. Идите на север, туда, где острова в бескрайнем океане упираются в край Западного Континента.

И ответили минотавры:

– Но там же холодно и ничего не растёт!

– Верьте мне, сыны и дочери мои, и кончайте жалобно мычать. Коли не были на краю земли, то отчего решили, что нет там жизни? Лишь на поверхности царит там холод и правит белая смерть. В глубине же, где жар ядра нашего мира напитывает почву, цветут сады красоты невиданной и журчат реки чистоты неписанной. Так что садитесь в лодки и плывите на край. Ищите большое поле и копайте. С верой в меня копайте и усердием...

Закатное солнце медленно погружалось за водную гладь, провожая караваны кораблей. Бог Абачус с ухмылкой смотрел им вслед. Когда последний скрылся из виду, небожитель принялся отвинчивать рога. Первый. Второй. Третий. Не будет больше Рогатого Бога, да и минотавров больше не будет. Скучные. Надоели. Теперь он будет богом лжи и обмана. А имя возьмёт себе... ну, например, Йозеф! Кстати, под это дело можно будет вывести новую породу эльфов...

Гидрогериамитантониэль. Хроники изменчивых богов.

Шёл двести тридцать первый день осады Ярбрека. Обе стороны были вымотаны, но ни одна не желала сдаваться. Алаарцы, осадившие великую крепость, уже давным-давно опустошили амбары окрестных деревень, а сами деревни растащили на дрова. Эти дрова варили в полковых котлах, чтобы хоть как-то поддержать гибнущую от голода армию. Среди воинов только вампиры да оборотни выглядели относительно довольными жизнью, да и те всё чаще натыкались на возмущённые взгляды сослуживцев и неудобные вопросы вроде «Где моя рука?» или «А почему Винни такой бледный?». Особо ретивые солдаты даже предлагали провести учёт всей крови и конечностей объединённого княжеского войска. Защитникам было немногим лучше – большая часть запасов подошла к концу и теперь аристократы Крайних Островов были готовы глотки друг другу перегрызть за кусок чего-нибудь съестного. Всё верно, дуэли теперь проводились не за честь дам и кавалеров, а за перепёлок и рябчиков. К счастью, жертв было немного, поскольку специальным эдиктом короля Тивина поединки были разрешены исключительно на подушках. Негоже ведь магам, занятым призывами единорогов и змеев, пускаемых на колбасы и похлёбки, тратить силы на исцеление бессмысленных ран. На фоне этого королевский двор стремительно деградировал – без магической подпитки постепенно откатывались косметические и физические модификации. Что уж говорить о рядовых бойцах. Осаждённые съели всё живое, что было в крепости, включая червей из лавки «Большой улов», а сейчас копали яму. Некий учёный предположил, что под вечной мерзлотой столицы может быть древнее проклятое захоронение минотавров. Зомби, конечно, вредны для здоровья и больно кусаются, но вполне сойдут за говяжью похлёбку, особенно с голодухи. С каждым днём ситуация становилась всё безнадежнее, но, не смотря на все тяготы и лишения, осаждённые не сдавались.

– Мы не сдадимся! – день ото дня слышалось с крепостной стены, – мы будем сражаться до последнего солдата, до последней стрелы, до последнего вздоха, а когда умрём, нас поднимут некроманты, и мы вновь будем сражаться!

Принц Глен Вольфгард не шутил. Он действительно был готов на всё, поэтому ежедневно в полдень взбирался на стену и вещал о несгибаемом духе воинов севера, о том, что их дело правое, и они непременно победят. По его замыслу подобная операция должна была внушить ужас врагам и ободрить соратников, ведь не каждый день ведь увидишь, как, не боясь стрел и копий, наследник короны встаёт между зубцов цитадели. Правда, стрелы у осаждающих давно кончились, а артиллеристы собрали для катапульт все камни в радиусе полусотни километров, так что теперь осадные орудия заряжали преимущественно гигантскими снежками, предварительно полив последние водой и дав подмёрзнуть.

– А когда мы победим, то я лично сдеру шкуру с вашего зарвавшегося властелина, набью её опилками и поставлю на вашей же главной площади, чтоб отпугивать голубей от памятника, воздвигнутого на ней в честь моей победы.

– Высочество кончил? – грубый голос опасливо вклинился во вдохновительную речь. – А то мы того-этого, устали уже.

– Какие же вы хиляки, однако, – усмехнулся наследник, поправляя очки. Как и большинству аристократов, в младенчестве ему в голову поместили кусочек адаманта, дабы уберечь от заклинаний подчинения. Сейчас же этот кусочек не позволял исцелить зрение принца. – Эх, ладно. Похоже, не будут сегодня стрелять. Сворачиваемся.

Дрын облегчённо выдохнул, он и его брат Трын синхронно опустили широкий лист бесцветной стали. Материала невидимого, но отнюдь не невесомого. Наследник рода Вольфгардов был готов сражаться до последнего солдата, но отнюдь не до последнего принца. Хотя, возможно, он был бы храбрее, если бы прознал, что капитана алаарского расчёта скормили оборотням за то, что он со скуки выбил снежками на стенах Ярбрека неприличное слово. Ирония его поступка заключалась в том, что защитники сего осквернения видеть не могли, а захватчики теперь каждое утро наслаждались видом артиллерийской самодеятельности. Глен же о таких вещах даже не задумывался, сопровождаемый верными телохранителями он направился в свои покои. На сегодня долг перед страной можно считать выполненным.

Беззвучно вспыхнули огоньки освещавших замок факелов. Здесь, среди вечной мерзлоты, были свои особенности строительства: крупные города и замки основывались исключительно в местах расположения горячих сернистых источников или горючего газа, поднимавшегося из глубин земли. Ярбрек был газовым городом, хотя местные учёные так и не смогли определить, что это за газ и откуда он под землёй взялся. Да и не важно это, пока он обогревает и освещает воздвигнутую в снегах крепость.

Гектор поправил подпорки. С некоторых пор его модные эльфийские уши начали провисать, и их приходилось подвязывать к закреплённым на голове колышкам. Печально, но виконт ведь не член королевского дома, а значит волшебная подзарядка ему полагается только в случае вылазки за ворота. А ещё диверсантам полагался последний обед и последняя трубка. Последние оттого, что оборотни алаарцев с нетерпением ждали любого рода шпионов, дабы разнообразить свой рацион.

– Не стоит о грустном, – сказал себе мужчина. Он ведь не просто так пришёл к принцу, у него есть план, который поможет изменить ход войны.

Спустя полчаса Гектор и Глен сидели в обитых бархатом креслах, распивая драгоценное вино. Рассказ друга детства заинтересовал принца. План был дерзким, и это пришлось по душе наследнику престола. Гектор вообще был рисковым парнем, с младых лет он влезал в какие-нибудь авантюры: приходил к драконьим пещерам, стучал мечом о щит и убегал, забирался в башни прекрасных принцесс, целовал их и убегал, брал деньги в долг и снова убегал. Взять хотя бы его последний подвиг – Гектор смог убежать из осаждённой алаарцами крепости на юге и принести в Ярбрек, давно съевший почтовых голубей, ценные сведения.