Чтение онлайн

– Вообще-то, есть.

– А ты покажи!

– А вот и покажу!

– А вот и не пока... – слова застряли в глотке гоблинши, когда пред ней предстал преображённый ишак. О, это был всё тот же серый ослик средней длинноухости, только кисточка хвоста светилась ярким, куда более ярким, чем солнечный, светом. Но самым удивительным был сотканный из такого же сияния рог, выросший прямо на месте белого пятнышка.

– Но... Как?!!! И почему?!

– Сия тайна может подвергнуть опасности в неё посвящённого, а я не хочу желать тебе зла, маленький эльф.

Стоит ли говорить, что уже через секунду Мерль повисла на единороге, умоляя его рассказать? Какие бы опасности не сулила история, она не могла быть опаснее, чем испытание построенного ей намедни гоблиномёта.

Эта история случилась давным-давно. В ту пору, когда эльфы ещё были яростным и агрессивным народом, проживающим свой век в бесчисленных войнах.

– Погоди-ка, ты ведь про орков только что сказал!

– Когда-то эльфы были орками. И вообще, не перебивай меня, полуорк!

Так вот. Войны были излюбленным развлечением богов. Им нравилось, как сражаются бойцы, вся это кровь и многочисленные смерти. Им нравилось, как во славу их приносятся жертвы на поле брани. Но нравилось не всем. Бог света Солар и богиня добра Люмина решили изменить установленный порядок, создав новую, чистую расу, преисполненную добра и благородства. Расу, которая должна была стать для всех примером. И они создали...

– Эльфов!

– Да нет же, они создали единорогов.

Мы стали вершиной творения старого мира. Нас наделили красотой, непреклонностью и упорством, силой и статью, достойной правителей Нового Мира, умением разгонять тьму и повергать зло, умением врачевать раны и отвергать саму смерть.

– Но ты же осёл!!!

– Маленький эльф совсем забыл, когда происходили те события? Старый мир являлся местом суровым и негостеприимным, а тогдашней вершиной творения в нём были орки. И потом, мы именно такие, какими нас задумали Солар и Люмина. Вестники света не должны внушать восхищение, им чужда гордость, а нести они должны радость и веселье. Много лет спустя эльфы извратят заветы богов, впав в гордыню, однако поверь тому, кто говорил с самим Соларом. У него было прекрасное чувство юмора и весьма забавный облик.

Итак, план двух богов начал своё осуществление. В самый кровавый и мрачный, в самый голодный и жестокий год мы были посланы в сотни орочьих племён, неся с собой истинный свет.

Ослик остановил повествование.

– Чего замолчал? Они что, свет не приняли?

– Приняли.

– Тогда почему на Континенте последнего единорога видели несколько эпох назад?

– Потому что они нас съели.

Так получилось. Орки не очень умны, и они сочли божественную гуманитарную помощь как помощь непосредственно пищей. Поверь, выглядело всё это столь же ужасно, сколь и звучало. В ту ночь тысячи костров по всему миру грели котлы, в которых варили божьих посланцев. План творцов провалился, но последствия того пиршества не прошли бесследно. Всё добро, что некогда содержалось в нас, передалось оркам. Они изменились. Преобразились телом, духом и разумом. Возникли эльфы.

Мерль почесала кончик носа. Орки съели единорогов и стали эльфами. Ну что ж, звучит правдоподобно! Но это не объясняет, почему её новый знакомый сидит в ящике!

Вопросы следовали один за другим, перелистывая страницы дня. Юникхорн, именно так звали единорога, поведал ей о своих странствиях. О том, как выжившие дети Солара и Люмины путешествовали по миру, неся с собой свет и надежду. Только с каждым годом их становилось всё меньше. Теперь за ними охотились не ради мяса, а ради ценной в алхимии крови и драгоценных рогов, несущих в себе великую силу. Вскоре к магам и алхимикам присоединились эльфы, которых совсем не прельщала мысль об огласке своей родословной, орки по тем же основаниям, людские дворяне и паладины, у которых единорог на каждом третьем гербе, и которые не хотели менять художественные изображения на подлинные. Единорогов истребили. До последнего. И этим последним посчастливилось оказаться мне. Видишь ли, желая защитить нас от полного вымирания, боги сотворили пророчество, согласно которому после гибели последнего единорога на мир снизойдёт великое бедствие. Боги частенько хитрили с пророчествами, среди них было немало ложных, но тем не менее никто не хотел проверять их подлинность на себе. Меня было решено посадить в ящик. Самые древние аристократические фамилии людей, эльфов и орков создали Общество – организацию, между членами которой передавался ящик и которая хранила великую тайну.

До ночи оставалась всего пара часов. Достаточно, чтобы Мерль поведала новому другу историю своей удивительной жизни. Ещё, как выяснилось, вопреки традиции единороги любят морковку, а не невинных дев. Морковки и сказаний у гоблина оказалось в избытке.

– Слушай, а не хотел бы ты ещё чего-нибудь? Кроме морковки. Ну, трубочку выкурить, например.

– Единороги не курят. Однако есть кое-что, чего мне действительно хотелось бы. Я много лет не видел солнца, не ощущал его теплоты, не наслаждался игрой лучей на зелёной скатерти лугов, не чувствовал ветра в ушах, пробегая по ржаному полю, когда колосья хлеба щекочат пузико.

– Да поняла я, – замахала руками гоблинша. – Освободиться хочешь!

– Да. Но это, увы, невозможно. Клетка заперта, ноги мои в кандалах. Эй, погоди, что ты делаешь?!

Мерль ничего не делала. Замки на клетке она вскрыла ещё во время беседы, просто чтобы занять руки. У кандалов же не было ни шанса. Юникхорн продолжал стоять столбом, а Мерль уже во всю колошматила его пятками по бокам.

– Так мы едем или нет?! – недовольно засопела она.

– Постой, ты желаешь отправится со мной?!

– Разумеется, глупый! Я тоже хочу, чтоб мне рожь пузико почесала.

Самый дерзкий побег в истории Континента взял низкий старт. Эльфийка и единорог отправились в совместное путешествие, преследуемые Обществом. Они скрывались в лесах и городах, совершали налёты на морковные грядки, умело маскировались под гоблина и осла, словом путали следы как могли. Но счастье длилось недолго. С каждым днём погоня всё приближалась. Зачарованные кони нисколько не уступали скакуну Мерль в скорости и неутомимости, и поимка беглецов была вопросом времени.

– Кажется, всё, – Мерль шлёпнулась на траву, держась за отбитый зад. – Приехала. Дальше давай без меня.

– Я никогда не брошу тебя, мой друг, – возразил скакун. Бок его был перебинтован обрывками тряпки – стрелой зацепило. – Страшно представить, что с тобой сделают люди, если поймают.

– О, поверь, им ни за что меня не поймать.

– Мой друг, ты быстра как ветер. Нет, как два ветра. Однако кони людей быстры как три ветра. Тебе не убежать.

– Какой-же ты наивный, – гоблин растянулась на траве. Солнце сочилось сквозь древесные кроны, теплое, с нежным привкусом зелёной листвы. Последнее солнце Мерль было воистину прекрасным. – Прости, что не сказала сразу. Мне тридцать восемь лет, короткий век гоблина подошёл к концу. Я знала это ещё тогда, и что нас схватят знала. Но это были самые счастливые дни в моей жизни. Спасибо и прощай. Хотела бы я, чтоб наше путешествие никогда не кончалось.

Она закрыла глаза. Большие, зелёные и с необычно длинными для гоблина ресницами. Грудь мерно вздымалась и чуткие уши единорога могли слышать звук биения сердца, с каждым разом всё тише, с каждым разом всё реже. Юникхорн приблизился, не понимая ни происходящего, ни самого себя. Совсем недавно ему было всё равно. Его не волновал предавший единорогов мир, ему были безразличны существа, отвергнувшие его братьев и сестёр, и даже собственная жизнь не таила в себе ничего, кроме безразличия. И вот теперь, после всего лишь нескольких дней ему внезапно захотелось чего-то. Скакать вдогонку за гоблиншей, пытаться вырвать из цепких пальцев морковку, слушать рассказы о великих технических проектах. Он посмотрел на своего маленького друга. Зубы обхватили конец бинтов, срывая ткань. Алая струйка потекла по серому меху, скользнула по ноге, красной каплей замерла на кончике копыта.

Девушка проснулась от сильного жара. Всё внутри горело. Первые мысли были о том, что она угодила на сковородку в одном из кругов ада, но сковородка выглядела и пахла травой. Интересно, если в аду такая горячая трава, то какие же здесь сковородки?! И почему он так похож на лес, в котором она умерла? И что здесь делает Юникхорн? Единороги же добрые. В следующее мгновение она уже вскочила, бросаясь к лежащему по деревом ослу, но растянулась на траве. По какой-то непонятной причине ноги отказались ей подчиняться. Мерль попыталась встать ещё раз и снова упала. Прядь волос упала на лицо – чёрных волос. Что с ней случилось? Девушка смотрела на свои руки и не узнавала их. Кожа была гладкая и без мозолей, пальцы тонкие и ровные. Когда же дошло до осмотра других частей тела, Мерль едва не лишилась чувств. Нет, всё выглядело очень красиво, но ощущалось чужим и совершенно не функциональным.