Чтение онлайн

Изредка встречаются крупные сосуды со слабо отогнутыми венчиками. Их поверхность также сплошь покрыта орнаментом. Среди них есть сосуды, изготовленные, по-видимому, на примитивном гончарном круге.

Из глины изготавливались сковородки с невысоким прямым бортиком. Иногда по их краю сделаны защипы, а на дне двух нанесен знак крестообразной формы из вдавленных полос (рис. 2, 7; 4, 4).

Кроме глиняной посуды, встречались глиняные пряслица, чаще биконической, а также шаровидной формы (рис. 4, 3, 7). Несколько пряслиц сделано из стенок сосудов.

Представляют интерес обломки амфор с округлым дном, с поверхностью, покрытой крупным рифлением. Исследователи относят их обычно к VIII–IX вв. [390] (рис. 2, 9).

Кроме того, было встречено также несколько обломков серолощеной посуды салтовского типа. Из других предметов найдены железные ножи, костяные проколки, костяное изделие в виде мотыги (рис. 4, 6), мелкие бусы из светло-серой пасты и стекла и др. (рис. 4, 8, 9).

По характеру собранных материалов раннеславянское поселение в урочище Макаров остров может быть отнесено ко времени VIII–IX вв. н. э. или даже несколько более раннему.

По ряду характерных признаков (четырехугольные полуземляночные жилища, печи-каменки, глиняные сосуды и отдельные костяные изделия) это поселение может быть поставлено в ряд раннеславянских поселений указанного времени, известных под названием поселений типа Луки-Райковецкой [391] .

Наиболее близкими к поселению в урочище Макаров остров являются поселения в урочище Юрьева гора в окрестностях Смелы на том же Тясмине [392] , а также поселение в урочище Пидкова [393] , в окрестностях Днепропетровска, исследованное В.Н. Даниленко.

Исследования на Тясьмине позволяют говорить об интенсивности заселения этого района Среднего Приднепровья восточнославянскими племенами накануне образования древнерусского государства и общности их материальной культуры с материальной культурой других одновременных им восточнославянских племен.

Возле с. Сахновки Корсунь-Шевченковского района Черкасской обл. имеются остатки нескольких древних поселений. На одном из них, расположенном в урочище Гончариха, в 1956 г. нами производились небольшие раскопки. В них принимали участие Л.П. Гусаковский (Москва), С. Георгиева и Ж. Вожарова (София). В 1949 г. на этом же поселении производил раскопки В.И. Довженок [394] .

Поселение находится примерно в 2 км к северо-востоку от села, в заболоченной пойме левого берега р. Роси. Оно расположено на южной оконечности небольшой песчаной возвышенности, узкой полосой тянущейся с севера на юг. Площадь, на которой находится поселение, давно уже распахивается, а лет двести назад здесь же находился небольшой хутор, остатки которого хорошо заметны. Почва на площади поселения состоит из оподзоленной супеси, гумусированной в верхней части.

На поселении нами было вскрыто два участка: раскоп № 1 площадью 252 кв. м и раскоп № 2 площадью в 100 кв. м. Более интересным оказался первый раскоп (рис. 1). Северным своим краем он вплотную примыкал к раскопу В.И. Довженка (1949 г.). Мощность культурного слоя на площади этого раскопа не везде одинакова. В южной части она, например, составляла около 0,70 м, в северной — до 1 м. Начиная от поверхности и примерно до глубины 0,60 м, местами и несколько глубже слой состоял из супеси, насыщенной золою. Начиная с глубины 0,60 м и вплоть до материка слой лишь слегка окрашен золою и поэтому отличается от верхнего горизонта более светлым цветом. Материк — довольно плотный желтоватый песок. Никаких прослоек или иных стратиграфических особенностей в культурном слое не прослеживалось.

Насыщенность культурного слоя вещевыми находками сравнительно невелика. Кроме обломков глиняных сосудов, изредка попадались куски обожженной глины, кости животных, а также некоторые другие вещи (бусы, пряжка, наконечник стрелы). По времени находки, сделанные в культурном слое, относятся к самым различным эпохам, начиная от предскифского времени и вплоть до современности [395] . Не считая вещей, относящихся к более позднему времени, выделяется по крайней мере, пять различных культурно-исторических комплексов: предскифский, скифский, зарубинецкий, черняховский и раннеславянский. Стратиграфически, если брать собственно культурный слой, а не различные углубления в материке, эти комплексы никак не расчленяются. Слой перемешан. Более или менее чистые комплексы удалось проследить только по заполнениям некоторых углублений в материке. К описанию этих углублений мы и переходим.

Больше всего углублений оказалось в северной части раскопа. Помимо различных ям хозяйственного назначения, здесь обнаружены остатки большого скифского жилища, углубленного в материк примерно на 0,10 м. Общая же глубина жилища от уровня современной поверхности 1,10 м. В плане жилище имело неправильно овальную форму и было вытянуто с запада на восток. Длина жилища 10 м, ширина — около 5 м. В юго-западной части жилища находились остатки очага: небольшая площадка обожженного грунта, на которой лежала зола, древесные угли и кости животных. Второй, несколько более крупный по размерам очаг находился в восточной части жилища. На этом очаге, а главным образом около него лежало много костей животных. Очаг этот частично перекрывал большую круглую яму, вырытую в юго-восточном углу жилища (рис. 1). Диаметр ямы около 2 м. Она углублена ниже уровня пола жилища на 0,40 м. В песчано-золистом заполнении этой ямы обнаружено несколько небольших обломков глиняных лепных скифских сосудов. Кроме упомянутой ямы, в пределах жилища находилось еще несколько ям. В большинстве из них никаких вещей не обнаружено, и только в одной, частично прорезающей первую яму у очага, найдено несколько обломков глиняных лепных раннеславянских сосудов. В разных местах на дне жилища изредка попадались отдельные обломки глиняных лепных скифских сосудов. В одном месте стояла нижняя часть горшка того же скифского типа. В толще культурного слоя над жилищем, помимо обломков различных глиняных сосудов, на глубине 0,90 м от уровня современной поверхности обнаружена круглая железная пряжка, относящаяся уже к раннеславянскому времени (рис. 2, 4). Вокруг жилища располагалось семь ям неправильно округлой в плане формы. Одна из них прорезала западную стенку жилища, остальные находились на некотором расстоянии от жилища (рис. 1). Ямы углублены в материк от 0,25 до 1,00 м. Две из ям — восточная и западная, прорезающая стенку жилища, — судя по характеру находок в заполнении, относятся к XVIII в., остальные ямы более ранние. Так, в яме «з» найдено около сотни обломков глиняных сосудов, подавляющее большинство из которых скифские, а остальные — чернолощеные зарубинецкие. В этой же яме обнаружено несколько обломков эллинистических амфор. В заполнении ямы «ж» находились обломки только скифских сосудов, а в яме «е» были обломки и скифских и раннеславянских сосудов. В яме «е» найден также обломок стенки стеклянного сосуда синего цвета, украшенного двумя горизонтальными желтыми полосками (рис. 2, 6). В остальных ямах вещевых находок не сделано.

В центральной части раскопа жилых или иных сооружений не обнаружено. Здесь находилось восемь небольших ям. Только в одной из них, расположенной в южной части прирезки к раскопу, найдено несколько обломков глиняных раннеславянских сосудов. Яма эта прорезала более раннее погребение (рис. 1). Остатки этого погребения, почти полностью разрушенного указанной ямой, находились на глубине 0,90 м от уровня современной поверхности. Захоронение было произведено в овальной яме, вытянутой с юго-запада на северо-восток. Длина ямы, 1,80 м, ширина — около 1 м. На дне ямы, в северо-восточной ненарушенной ее части, лежал человеческий череп, лицевой частью обращенный к северо-западу. Возле черепа находилась кость предплечья правой руки. У теменной части черепа стоял небольшой глиняный сосуд, а у оконечности кости предплечья лежал совсем небольшой обломок какой-то обожженной костяной поделки в виде проколки. Судя по положению черепа и остатков руки, можно полагать, что покойник лежал на правом боку с согнутыми в локтях руками и, по-видимому, подогнутыми ногами. Сосуд, найденный в погребении, — лепной (рис. 3, 5). Поверхность его лощеная, коричневого цвета. С наружной стороны на донышке сосуда имеется выемка в виде широкой полосы, прорезающей все донышко. Выемка сделана каким-то долбящим орудием незадолго до обжита сосуда.

В толще культурного слоя центральной части раскопа, помимо обломков разновременных глиняных сосудов, найден бронзовый наконечник скифской стрелы (рис. 2, 1). Он обнаружен на глубине 0,60 м, вблизи восточной стенки раскопа.

Более интересной для нас оказалась южная часть раскопа, где выявлены остатки раннеславянского жилища (рис. 4, 1). Жилище четырехугольное, вытянутое с юго-запада на северо-восток (рис. 1). Длина его 3,85 м, ширина — 3 м. Жилище углублено в материк примерно на 0,40 м, общая же глубина его от уровня современной поверхности составляла 1,10 м. Стенки жилища, если судить по уцелевшей материковой их части, вертикальные, пол ровный, обмазанный глиной. В восточной части жилища хорошо сохранились два слоя такой глиняной обмазки, в западной — один, к тому же сильно нарушенный. Толщина этих слоев не превышала 0,05 м. Между слоями обмазки в восточной части жилища встречались древесные угольки и зола. В северо-восточном углу жилища находилась большая глинобитная печь. Раньше, т. е. до сооружения печи, на этом же месте располагался очаг. Пол жилища на месте очага был сильно обожжен и покрыт сверху золою и углями. Здесь же, в пределах очага, находились три ямки от небольших столбиков. Сверху остатки очага, в том числе и упомянутые ямки, были покрыты слоем вязкой глины толщиной около 0,10 м. На образовавшейся при этом глиняной площадке и была устроена печь. Печь — круглая, сводчатая, обращена устьем к югу (рис. 4, 2). Наружный диаметр ее около 1 м, внутренний — 0,60 м. Свод печи сделан из глины и для прочности у основания укреплен небольшими камнями. Верхняя часть свода обрушилась, и остатки ее лежали внутри печи, а также рядом с нею. Толщина свода печи у основания составляла около 0,20 м, в верхней части свод несколько тоньше. Стенки свода печи и под сильно обожжены. Под, кроме того, покрыт тонким слоем золы и древесных углей. Никаких следов деревянных конструкций в печи не прослеживалось. В трех углах жилища имелись ямки от небольших столбов. Четыре подобных же ямки обнаружено под остатками глиняной обмазки пола у юго-западной стенки жилища и одна — у северо-западной. Ямки небольшие, диаметром около 0,10 м и глубиной 0,10-0,15 м. Столбики в этих ямках стояли вертикально. В развале печи, а также на полу в разных местах жилища найдено несколько костей животных, и около 20 обломков глиняных лепных раннеславянских сосудов (рис. 3, 8-10). На полу же, возле печи, обнаружена половинка голубоватой стеклянной бусины, изображенной на рис. 2, 3. Других находок не было. Углубленная часть жилища заполнена обычным культурным слоем. В толще этого слоя, примерно на уровне материка, непосредственно над ямой хорошо прослеживалась тонкая прослойка из сероватого песка.

С северной, западной и восточной сторон к жилищу примыкало шесть небольших округлых ям глубиной от 1,05 до 1,40 м. В заполнении большинства из них найдено по нескольку обломков лепных сосудов того же типа, что и сосуды из жилища. В 4 м к западу от жилища, в толще культурного слоя на глубине 0,50 м от уровня современной поверхности находились остатки небольшого очага. Здесь на обожженной площадке диаметром около 0,50 м было много золы и древесных углей. Среди них находились кости животных и птиц, а также несколько обломков глиняных лепных сосудов того же типа, что и сосуды из жилища. Жилище было углублено всего лишь на 0,60 м ниже уровня древнего горизонта.