Славяне накануне образования Киевской Руси
Шрифт:
Таковы остатки жилых сооружений, обнаруженных нами на площади первого раскопа. Что же касается вещей, найденных в толще культурного слоя вне пределов указанных сооружений, то они в своей массе относятся к двум основным культурно-историческим комплексам: скифскому, связанному с жилищем в северной части раскопа, и раннеславянскому, связанному с жилищем в южной части раскопа. Примерно 90 % всех керамических находок из слоя относятся к этим двум комплексам. Скифский материал представлен обычными лепными сосудами, часто орнаментированными защипами по краю венчика или же рельефными валиками по плечикам. К скифскому же комплексу относятся обломки эллинистических амфор, изредка попадавшихся в слое. Раннеславянские сосуды, как правило, лепные (рис. 3, 6-10). Все они сделаны из глины, содержащей значительные примеси дресвы и песка. По фактуре сосуды довольно рыхлые, поверхность у них бугристая, темно-коричневого цвета. Края венчиков многих сосудов покрыты косыми насечками или же пальцевыми вдавлениями (рис. 3, 7–9). На одном из обломков, кроме того, прочерчен овал с вписанным в него крестом (рис. 3, 7). По форме — это горшки и сковородки с невысокими наклонными бортиками (рис. 3, 6). Обломков мисок не встречалось. Помимо этих двух основных керамических комплексов в слое изредка попадались обломки лепных чернолощеных сосудов зарубинецкого типа, обломки гончарных серолощеных сосудов, характерных для памятников черняховской культуры, а также обломки больших лепных сосудов предскифского времени (рис. 3, 1–4). Последние сделаны из глины, содержащей примеси песка. Поверхность сосудов сглажена, светло-коричневого цвета. Сосуды орнаментированы рельефными валиками, насечкой и различными вдавлениями. К какому из вышеупомянутых комплексов относится вскрытое нами погребение, сказать трудно. Это же самое относится к двум глиняным пряслицам, найденным в раскопе (рис. 2, 5, 9).
Второй раскоп находился в 75 м к северо-востоку от первого. Характер культурного слоя на площади этого раскопа таков же, как и в первом раскопе. И на такой же глубине, кстати сказать, здесь была обнаружена часть большого скифского жилища, окруженного хозяйственными ямами. Жилище большей своей частью уходило под стенки раскопа. На полу вскрытой части жилища находились остатки небольшого очага и обломки глиняных скифских сосудов. Находки в толще культурного слоя этого раскопа совершенно подобны находкам из слоя первого раскопа: обломки глиняных сосудов предскифского, скифского, зарубинецкого, черняховского и раннеславянского типов. Правда, в этом раскопе обломков черняховских сосудов несколько больше, чем в первом. Найдено также несколько обломков светлоглиняных амфор. Особо следует отметить находку большого железного ножа (рис. 2, 10), зеленоватой пастовой бусины, орнаментированной желтыми «глазками» с красной окантовкой (рис. 2, 7), и какой-то глиняной поделки в виде катушки (рис. 2, 15). С той и другой стороны поделка эта орнаментирована резко прочерченными бороздками.
На вспаханной поверхности в разных местах поселения встречались обломки глиняных сосудов упомянутых типов, причем обломков сосудов предскифского времени было особенно много на северной оконечности возвышенности, на которой расположено поселение. На поверхности поселения найдены также обломок большого бронзового плоского браслета (?), бронзовое колечко и две бусины из голубовато-синего стекла (рис. 2, 2, 8, 11).
Как уже упоминалось, во время раскопок встречались обломки костей животных. По определению В.И. Цалкина, кости принадлежали следующим видам:
Подавляющее большинство определенных здесь костей происходит из культурного слоя и не может быть связано с каким-либо культурно-историческим комплексом. Можно выделить лишь кости из жилищ и очага возле раннеславянского жилища. В скифском жилище, точнее на очагах этого жилища, например, кости принадлежали следующим животным:
В раннеславянском жилище костей животных было меньше, и они определяются так:
На очаге около раннеславянского жилища были обнаружены кости рогатого скота и птицы.
Время функционирования поселения, точнее поселений в урочище Гончариха, можно установить лишь приблизительно, так как в большинстве случаев это можно сделать только по керамике. Первоначальное заселение урочища относится ко времени, непосредственно предшествовавшему появлению в Приднепровье скифов, т. е. примерно к VIII в. до н. э. Скифские вещи, найденные при раскопках, хорошо датируются IV–III вв. до н. э. Зарубинецкая керамика датируется обломками светлоглиняных амфор, т. е. амфор I в. до н. э. — I в. н. э. [396] Черняховский комплекс, очевидно, укладывается в общие рамки бытования этой культуры с конца II по IV в. н. э. Трудно датировать раннеславянский комплекс, в том числе и жилище. Строго датирующих вещей у нас нет. Керамика же, судя по аналогиям (Хотомель, Бабка и т. д.), в целом относится к VII–VIII вв. н. э.
396
О датировке подобных амфор см.: И.Б. Зеест. Новые данные о торговых связях Боспора с южным Причерноморьем. — ВДИ, 1951, № 2, стр. 106–116.
Кроме раскопок на поселении в урочище Гончариха, нами произведены небольшие разведочные раскопки в урочище Панчиха, находящемся на западной окраине села. Здесь на вершине большой возвышенности хорошо прослеживаются остатки большого скифского поселения. Мощность культурного слоя на поселении незначительная и не превышает 0,50 м. Слой насыщен обломками характерных глиняных сосудов. Изредка попадались кости животных и небольшие куски обожженной глины. Найден также бронзовый наконечник стрелы (рис. 2, 16) и три глиняные пряслица (рис. 2, 12–14) [397] .
397
Вещи из раскопок возле с. Сахновки переданы на хранение в фонды Корсунь-Шевченковского районного музея.
А.Т. Брайчевская
Поселение у балки Яцевой в Надпорожье
У поселка Первое мая (б. Коммуна) Любимовского сельсовета Днепропетровского района, на левом берегу Днепра, к югу от балки Яцевой, находятся остатки поселения, существовавшего в течение длительного времени. Первоначально археологами был открыт в этом месте славянский материал, датируемый XII–XIII вв. [398] В результате раскопок, проведенных Днепрогэсовской экспедицией Института археологии АН УССР в 1953 г. [399] и Надпорожским отрядом Раннеславянской экспедиции Института археологии АН УССР в 1955–1956 гг. [400] , на поселении, кроме находок указанного времени, было обнаружено большое количество более раннего материала конца I тысячелетия н. э. Помимо того, во время работ 1956 г. на поселении был открыт еще более древний слой, относящийся к середине и началу второй половины I тысячелетия н. э., связанный с наиболее ранним этапом в жизни поселения. Ряд находок на поселении был сделан А.В. Бодянским во время разведок в Надпорожье [401] .
398
А. Добровольский. Слiди перебування слов’ян XII–XIII ст. ст. у Надпорiжжi. — АП УРСР, т. I. Киiв, 1949, стр. 94.
399
Экспедицией 1953 г. руководил П.П. Ефименко. В раскопках на поселении участвовали М.Ю. Брайчевский, А.В. Бодянский, А.Д. Столяр и автор настоящей работы. Краткие сведения о раскопках на поселении см.: А.Т. Брайчевская. Изучение славянских памятников Надпорожья, КСИА АН УССР, вып. 4, 1955, стр. 30, 31.
400
В состав отряда, кроме автора работы, входили А.А. Кравченко и В.А. Виноградов.
401
А.В. Бодянский. Археологические находки в Днепровском Надпорожье. — СА, 1960, № 1, стр. 276.
Данная работа представляет собой публикацию материалов, относящихся к двум первым этапам жизни поселения, а также некоторых других аналогичных памятников Днепровского Надпорожья.
Поселение расположено на краю прежней второй надпойменной (лёссовой) террасы левого берега Днепра, размываемой после постройки Днепрогэса водами оз. им. Ленина (рис. 1). В настоящее время терраса занята колхозными огородами и парниками. Высота террасы 2–3 м. Проведенные в 1956 г. работы показали, что древнейший культурный слой поселения прослеживается на крайнем северном мысе береговой террасы. С запада и северо-запада он ограничен водами Днепра, с севера — балкой Яцевой, устье которой затоплено водой, а с востока — боковым овражком, выходящим к балке. Обнаруженный на северном мысе культурный слой тянется на 200 м к югу от устья балки Яцевой и территориально отделяется от двух позднейших слоев, обнаруженных в южной части поселка. Древнейший слои характеризовался обилием костей животных и керамическим комплексом, в котором около 70 % составляла лепная посуда, грубая, толстостенная, с крупными примесями шамота и иногда дресвы в тесте, с бугристой поверхностью бурого цвета. Лепная керамика сочеталась с некоторым количеством гончарной посуды — обломков горшков, кувшинов, привозных амфор.
Рис. 1. План поселения у балки Яцевой с указанием раскопов.
1 — раскоп I — 1953 г.; 2 — раскоп VII — 1956 г.; 3 — раскоп VII — 1956 г.; 4 — раскоп VII — 1955 г.; 5 — раскоп III — 1956 г.; 6 — раскоп IV — 1953 г.; 7 — раскоп V — 1955 г.; 8 — раскоп I — 1955 г.; 9 — раскоп II — 1956 г.; 10 — раскоп I — 1956 г.; 11 — раскоп V — 1956 г.; 12 — раскоп II — 1953 г.; 13 — раскоп VI — 1956 г.; 14 — раскоп III — 1953 г.; 15 — раскоп II — 1955 г.; 16 — раскоп V — 1953 г.; 17 — раскоп III — 1965 г.; 18 — раскоп VI — 1953 г.; 19 — раскоп VI — 1955 г.; 20 — раскоп IV — 1955 г.; 21 — раскоп X — 1956 г.; 22 — раскоп VIII — 1955 г.; 23 — раскоп XI — 1956 г.; 24 — раскоп VIII — 1956 г.; 25 — раскоп IX — 1956 г.
На северном мысе поселения были обнаружены остатки двух жилищ с материалом, аналогичным имевшемуся в культурном слое.
Постройка 12 [402] (рис. 2). Выявлению контуров жилища в раскопе препятствовал мощный слой чернозема (до 1,5 м от современной поверхности). Это обстоятельство не дало возможности, в частности, ответить на вопрос, какого типа сооружение было раскопало — наземного или полуземляночного. Очень возможно, что жилище это, как и все остальные, раскопанные на поселении, было полуземляночным, однако в данных стратиграфических условиях точно определить его контуры не удалось. О наличии в этом месте жилища свидетельствует очажная яма посредине сооружения, скопление вокруг нее находок на одном уровне, который, очевидно, соответствует уровню пола, и несколько более интенсивная черная окраска гумусного слоя вокруг ямы в месте залегания находок (рис. 2). По периферии места расположения находок лежали семь гранитных камней среднего размера: четыре камня находились у края очажной ямы (возможно, камни частью были связаны с разрушенной печью, частью — со стенами постройки).
402
Обнаружена в раскопе X 1956 г. Нумерация постройкам давалась в порядке их открытия в течение трех лет раскопок на поселении.
Рис. 2. Остатки постройки 12.
1 — черепки; 2 — точильный брусок; 3 — камень; 4 — угольки; 5 — место находки зеркала; 5 — место находки цепочки; 7 — темное гумусное пятно.
Если судить по гумусному слою, камням и скоплению находок, то жилище с запада на восток имело длину около 4,5 м, а с севера на юг — около 3,5 м. Такие же примерно размеры были и у других жилищ поселения.