Чтение онлайн

– И каковы успехи?

– Учитель настолько поражен ими, что даже предложил присвоить ей прозвище легендарного средневекового бойца. И теперь боевое имя Розочки - Гюрза.

– Имя, говорящее о многом!
– согласился Константин Иванович и тут же обиженно сказал: - И ты это от меня утаивал? Хорош друг.
– Богомолов даже не пытался скрыть досады.

– Извини, Костик, но я дал слово Розочке.

– Выходит, она работает теперь на Америку.

– Да, Розочка работает на Америку, но я принял и второе ее условие.

– И какое же?

– Она выступает в роли Гюрзы только в том случае, если эта работа не будет во вред России. Надеюсь, это условие удовлетворяет моего старого друга?

– Вполне. Ладно, считай, что отмазался, - успокоился Богомолов и перескочил на другую тему: - Как тебе последний выпад Кондолизы Гатти против России?

– Лично я ничего другого от нее и не ждал, - спокойно ответил Майкл.
– Но мне кажется, ты не должен всерьез воспринимать ее эскапады: дождемся инаугурации, пона-блюдаем за правлением нового президента пару-тройку месяцев и увидим, как все вернется на круги своя...

– Твоими бы устами да мед пить! Но это, к сожалению, лишь догадки.

– Но это МОИ догадки.

– Знаешь, в России есть такая поговорка: загад не бывает богат!
– не сдавался собеседник.

– В таком случае готов биться об заклад: на что угодно, - предложил Майкл.

– Что ж, при твоем выигрыше и второй стакан с меня, - усмехнулся Богомолов.

– Принимаю...

Тепло попрощавшись, они закончили разговор, и Майкл попросил Розочку вернуться.

– Насекретничались?
– съязвила Розочка.

– Какие могут быть от тебя секреты?
– отмахнулся Майкл и добавил: - Между прочим, это была не моя инициатива.

– Надеюсь, вы успокоили генерала?

– В каком смысле?

– В смысле моего профессионализма!

– И выслушал несколько упреков от него... До сих пор не понимаю, зачем нужно было скрывать твою подготовку от Богомолова?

– Мне хотелось сделать сюрприз Савелию, а у вас, у мужиков, которые дружат, разве могут быть друг от друга секреты?

– Но я же не проговорился!
– с некоторой обидой заметил генерал.

– Вы - приятное исключение!
– усмехнулась Розочка и добавила: - Шучу, шучу! Вы оказались человеком слова!

– Константин Иванович прав, вам нужно оформить документы на другие имена. С тобой все ясно: ты должна быть родственницей Савелия, а он там был под фамилией де Сильва, Сильвестр де Сильва, а ты будешь Розалией де Сильва, его сестрой и невестой Виктора, Виктора Манчини.

– Дважды не согласна!
– возразила Розочка.
– Во-первых, стать невестой партнера - значит связать себя различными условностями: мало ли с кем придется столкнуться на острове, - рассудительно пояснила Розочка.

– Убедила!

– Правда не помешает, а потому я должна оставаться женой Савелия.

– Сдаюсь! А с Виктором вы тогда будете друзьями "с детских лет". Внутренне Майкл порадовался аналитическим способностям Розочки.
– А что во-вторых?

– Во-вторых, хочу поменять имя Розалия.

– А это из каких соображений?

– Надоело мне это имя!
– раздраженно бросила она.
– Надоело объяснять, что я не еврейка, а русская, и что это была простая блажь моей мамы, у которой была наколка в виде розы, обвивающей кинжал.

– Память о зоне?
– догадался Майкл.

– О зоне, - с печальным вздохом кивнула она.

– Что этот рисунок означает?

– Клятву мести!

– Впечатляет... И какое же имя ты хочешь взять?

В этот момент Розочка как раз и размышляла над своим новым именем. Желание сменить его уже давно приходило ей в голову, и не только потому, что новые знакомые сразу спрашивали о ее национальности, а некоторые прямо говорили о принадлежности к евреям. Это имя не любил и ее отец: как-то признался, что просто пошел на поводу у своей беременной жены, желавшей назвать дочку Розочкой. Вероятно, в прошлом у отца были какие-то неприятности, связанные с этим именем. Во всяком случае, он очень редко называл дочь по имени, чаще обращаясь к ней: "моя дочурка", "мой цветочек", "моя кисонька", а то и "моя булочка". А однажды, когда ей было лет шесть, отец, будучи под "хорошим градусом", с грустью прошептал дочери:

– А ты знаешь, дочурка моя милая, как папка хотел тебя назвать? Юлечка! Юлечка!
– повторил он с нежностью и добавил: - А полное имя - Джульетта...

Хоть и была она совсем еще крошка, однако ей навсегда запомнились слова пьяного, но любящего отца. Но не только отец заставил задуматься Розочку о смене имени: как-то она обратила внимание, что и Савелий не часто называл ее по имени, обращаясь к более нежным определениям: "моя милая", "моя ласточка", "моя любимая", а однажды, в пылу самой большой нежности, назвал ее "ты - моя Джульетта"! И это уже не могло быть простым совпадением: когда два самых любимых человека думают одинаково, значит, того хочет сам Бог...

Это имя понравилось и ей самой, и оно настолько запало ей в голову, что с тех пор она мысленно называла себя всяческими производными от имени Джульетта: Джулия, Юлия, а сколько возможностей для нежности и ласки! И потому, услышав вопрос Майкла, она не раздумывала ни секунды:

– Пусть будет Джулия! Мне оно нравится. Да и по-русски здорово звучит: Юлия!

– Отличный выбор!
– похвалил Майкл, но добавил: - Только в паспорт предлагаю вписать Джульетта!
– и пояснил: - Джулия - это американский вариант!

– А что? Джульетта де Сильва! Звучит!
– задорно провозгласила Розочка, с трудом скрывая радость: воплотилась ее давняя мечта, и в голову неожиданно пришло: "Наверное, и папа, там, на небе, вздохнул с облегчением..."

Автор предлагает Читателю, учитывая пожелание и радость нашей героини, не портить ей настроение и называть ее только Джульеттой и любыми производными от этого имени и благодарит Читателя за понимание...

II

Вновь остров Маис

Через пару дней, тщательно проинструктировав Виктора и новоиспеченную Джульетту, снабдив их новыми документами и легендами, а также вручив кредитные карточки и по пятьсот долларов наличными, Майкл простился с ними в своем кабинете и пожелал удачи и доброго пути. Они улетали на следующий день, но проводить их генерал не смог: он срочно был отправлен в командировку в Израиль с весьма ответственной миссией...

Джульетта вернулась домой около шести часов вечера, и почти тут же раздался звонок телефона. Она быстро схватила трубку и произнесла:

– Вас слушают!

– Простите, это Розочка?

– Да, Розочка, но мне будет гораздо приятнее, если с этого момента вы будете называть меня Джульеттой, - сухо заметила она и, чтобы избежать вопросов по этому поводу, добавила: - Это не дань моде или девичья блажь: просто я вернула себе имя, данное мне отцом!

– У вашего отца отменный вкус!
– одобрительно отозвался голос, которого, как ей показалось, она раньше не слышала.