Чтение онлайн

– Да.

Было так тяжело слышать голос сынишки и сознавать, что он сам сейчас должен сделать. Паркер обвел взглядом лабораторию и подумал: «Можно, если повезет и достанет сил, порвать с зависимостью от жен, любовниц или коллег, но не от детей. От них – никогда. Они навсегда забираются в сердце». В телефон он произнес:

– Скоро буду. Не волнуйся.

– Правда?

– Примчусь на всех парах.

Паркер отключился. Все в оцепенении уставились на него.

– Мне нужно ехать. Но я вернусь.

– Послушай, Паркер, – начал было Кейдж, – мне жаль, что он испугался, но…

Маргарет Лукас оборвала его взмахом руки:

– Копатель никак не мог прознать о вас, но я пошлю двух агентов дежурить у вашего дома.

Паркер решил, что это преамбула к уговорам остаться. Но она тут же добавила:

– Ваш сынишка… езжайте к нему. Обрадуйте.

Паркер некоторое время смотрел ей в глаза, гадая, нашел ли он «ключ» к головоломке по имени «спецагент Лукас».

Он собрался поблагодарить ее, но внезапно почувствовал, что любая демонстрация благодарности и вообще любой ответ разрушит хрупкое равновесие между ними. Он просто кивнул и поспешно вышел.

Фрагмент за фрагментом. На экране Тоуба Геллера они занимают свои места. Все еще путаница.

Маргарет Лукас повернулась к доктору Эвансу – тот изучал письмо шантажиста. Психолог отхлебнул кофе, долил еще из термоса и сказал:

– У меня появились кое-какие соображения.

– Поделитесь.

– Исходя из того, что мы наблюдали, я думаю, Копатель всего лишь инструмент. Скажем так – «портрета не имеет». Анализировать его бессмысленно – с тем же успехом можно анализировать винтовку. Но сам преступник, мужчина в морге, – совсем другое дело. Высокоорганизованный правонарушитель. Он все блестяще спланировал. На каждый ход у него имелся запасной. И оружие он подобрал безотказное – человеческое существо, умеющее лишь убивать.

– Кинкейд сказал, что он был прекрасно образован, – заметила Лукас. – Он попытался замаскировать это в письме, но Паркер его раскусил.

Эванс немного подумал.

– Как он был одет?

Арделл нашел описание и зачитал его. Эванс подытожил:

– Дешевая одежда. Не совсем то, что ожидаешь от человека, способного организовать подобное и потом требовать двадцать миллионов долларов.

– О чем это говорит? – поинтересовалась Лукас.

– Я вижу в этом классовый подход, – объяснил Эванс. – Мне кажется, он предпочитал убивать богатых, а не бедных.

– Но в первый раз Копатель валил всех без разбора, не только богатых, – сказал Харди.

– Учтите где – на Дюпон-серкл. Это же царство яппи. А Театр Мейсона? Билеты стоили, должно быть, долларов по шестьдесят. Думаю, он имел на богатых зуб.

– Почему? – спросил Кейдж.

– Пока не знаю, но он их ненавидел. Мы должны помнить об этом, пытаясь вычислить его следующую цель.

Лукас подвинула к себе фотографию покойника и вгляделась в нее. Что у него было на уме? Каковы были его мотивы?

– Постойте, – произнес Геллер. – Что-то вырисовывается.

Все склонились к экрану, на котором были слова: «…двух милях к югу. Р…». Дальше компьютер подставлял комбинации букв из фрагментов пепла. Теперь за «Р» стояла «и» и формировалась третья буква.

– Та самая латинская «i» со странной капелькой, о которой упоминал Паркер, – заметил Геллер.

– «Слеза дьявола», – прошептала Лукас.

– Верно, – кивнул Геллер. – За ней… тоже буква.

– Какая именно? – шепотом спросил Харди.

– Очень нечеткая, – пробормотала Лукас. – С хвостиком. – Она перегнулась через плечо Геллера: – Напоминает циркуль ножками вверх. Может, «х»?

Кейдж вздернул голову:

– Циркуль? Может, это «ц»?

– Риц, – прочитал Харди. – Может, «Риц-Карлтон»?

– Наверняка «Риц-Карлтон». Он по-прежнему целит в богатых! – воскликнула Лукас.

Геллер, не вставая с кресла, подъехал к другому компьютеру. Через пять секунд на экране появился телефонный справочник.

– Два «Рица». Один на Тайсонс-корнер, второй – в Пентагон-Сити.

– Но оба за пределами округа. Паркер говорил, что он будет действовать в округе, – возразила Лукас.

– Возможно, сначала так и задумывалось, но он знал, что мы начнем облаву, и решил поменять правила игры, – сказал Эванс.

– Какой же из двух? – спросил Кейдж.

– Рисковать не будем. Охватим оба, – заключила Лукас.

Она позвонила Джерри Бейкеру и назвала ему последний объект.

– Я хочу, чтобы мобилизовали всех оперативников в округе и на севере Виргинии. Тебе это не понравится, но никаких шлемов-касок, – добавила она. На языке Бюро это означало: в штатском.

– Уверена? – с сомнением спросил Бейкер.

– Придется, Джерри. Один раз мы чуть было не схватили этого типа, теперь он будет пугливей оленя. Заметит что-нибудь необычное – и будет таков. Всю ответственность беру на себя.

Лукас повесила трубку. Лен Харди смотрел на нее во все глаза:

– Собираетесь идти в штатском? То есть из отелей никого не эвакуируют?

– Никого. Он не должен ничего заподозрить.

– Детей хотя бы эвакуируйте, – взмолился Харди.

– Нет. Попробуем эвакуировать кого бы то ни было – все сразу узнают и начнется паника.

– Так вы просто надеетесь на лучшее?

– Нет, – ответила Лукас. – Мы собираемся остановить его. – Взгляд на Эванса: – Доктор, не могли бы вы остаться здесь? – Взгляд на Харди: – Вы сидите на связи. Кейдж, пойдем. Мне надо заглянуть в свой офис – переодеться в вечернее платье. Мы не должны выделяться.

– У него для нас хорошие новости, – сообщил Уэнделл Джеффриз.

Мэр Кеннеди знал, что помощник имел в виду Слейда Филлипса. Кеннеди только что дал очередную пресс-конференцию. Он мог отчитаться лишь о моральном состоянии нескольких потерпевших, которых навестил в больницах.

– Он выйдет в эфир в десять, – сказал Джеффриз.

– С чем?

– Не говорит.

Зазвонил телефон. Джеффриз ответил:

– Алло? – Пауза. – Конечно. Подождите. – Он передал трубку Кеннеди: – Это интересно.

– Да? – произнес тот в трубку.

– Мэр Кеннеди? Говорит детектив Лен Харди. Я тут подумал… Про то, о чем мы разговаривали.

Кеннеди выпрямился в кресле:

– Продолжайте.

– Мне кажется, она совершает ошибку. Я должен что-то предпринять.

– Лукас?