Чтение онлайн

– Полегчало, красавчик?
– сочувственно поинтересовалась девица. Подсаживайся к нам, развейся, сыграй пару партий.

– Давай, давай!
– подзадорил краб.
– Смотри, какую телку мы тебе подобрали - высший класс! Куда до нее твоей официанточке...

Не раздумывая, я изо всей силы швырнул в него стакан. Стакан летел точно в краба, но сидевший как истукан каратист молниеносным движением руки перехватил его в воздухе и аккуратно поставил на стол. При этом на каменном лице каратиста не дрогнул ни один мускул, а сам он даже не посмотрел в мою сторону.

– Что же это, граждане хорошие, делается?!
– возопил краб.
– Как что, так он сразу швыряется! То мною, то инвентарем. Я в суд подам!

– Не успеешь!
– пообещал я.
– Сварю.

– Ой-ей-ей! Напугал...
– захорохорился краб, но на всякий случай бочком пододвинулся к Рыжей Харе.
– Я, между прочим, и так уже красный!

Однако ожидаемой защиты он не получил.

– Заткнись, - ласково посоветовала ему Рыжая Харя.
– Иначе я тебя в сыром виде под пиво употреблю.

Краб присел, испуганно подобрав под себя лапы.

– Никто меня не любит...
– еле слышно забормотал он хнычущим голосом. Каждый съесть норовит...

– Любит, любит, - успокаивающе похлопала его по панцирю девица.
– С укропом и под майонезом...

Компания за столом оскорбительно рассмеялась.

– Присаживайся, - повторила приглашение Рыжая Харя и пододвинула к столу невесть откуда взявшийся стул.

– Нет, - помотал я головой.
– Пойду умоюсь.

Поднявшись с дивана и ни на кого не глядя, я обогнул стол и направился в ванную комнату. Включил холодный душ и, подставив голову, долго стоял, наклонившись над ванной, . пока от холода не заломило в висках. Выключил воду, вытер волосы полотенцем и посмотрел в зеркало. Мой вид, на удивление, оказался вполне сносным. Небольшая щетина да затянувшаяся ранка на подбородке от ножа ночного налетчика - вот, пожалуй, и все. Ни похмельной опухлости лица, ни мути в глазах...

"Голубеньких глазах", - с сарказмом передразнил про себя полуголую девицу. Мне вдруг почему-то вспомнился глупый новомодный шлягер в стиле "рэп". Бритоголовый юнец, извиваясь на сцене, речитативом выкрикивал в публику:

Для-то-го-что-бы-по-ве-рить,

Слиш-ком-мно-го-при-ви-де-нии!

Группа сопровождения хрипло подхватывала:

Йо-хо-хо-хо! И бутылка рому!

Расчесываясь, я прислушивался к тому, что делается в комнате, но оттуда не доносилось ни звука. Странно в общем-то, самое время им сейчас заорать нестройными голосами знаменитый припев пиратской песенки Стивенсона. Весьма подходящая ситуация. Неужели ушли незваные гости?

Как же, размечтался! Черта с два ушли. Меня ждали. Причем, как мне показалось, ждали, застыв в тех самых позах, в которых я их оставил. А когда появился из ванной комнаты, они и ожили. Даже померещилось секундное запоздание "оживания" застывшей картины.

– Так что, красавчик, сыграем?
– настырно полюбопытствовала девица, нагло глядя мне в глаза. Она выпятила грудь, и два темных соска раскосо уставились на меня стволами крупнокалиберных пулеметов.

Красивая у нее была грудь, будто нарисованная. Даже слишком красивая, словно у статуэтки, потому и казалось, что от нее веет холодом. У Люси грудь была меньше, но теплая, живая, со стучащим под ней сердцем...

Я мотнул головой, отгоняя бередящее душу воспоминание. Забыть о Люсе нужно как можно скорее. Ни к чему хорошему это не приведет.

Три с половиной пары глаз выжидательно смотрели на меня.

– Какие ставки?
– хмуро спросил я. Похоже, от незваных визитеров так просто не отделаться и придется принять их условия.

– А кто во что горазд. Кто на деньги, - девица кивнула на горку золотых монет, - а я на раздевание.

Она зазывающе заерзала на стуле, и ее грудь заколыхалась.

– А во что?

– В покер, милый, в покер.

– Нет уж, в дебильные игры не играю.

Рыжая Харя присвистнула, удивленно взглянула на меня и веером пустила колоду карт с ладони в ладонь. Как заправский крупье, хотя по виду огромных волосатых лап трудно было ожидать такого искусства.

– Тогда во что желаете, сударь?

– В преферанс.

– Это дело!
– радостно согласился краб, довольно потирая клешни.

– Воля ваша, - кивнула Рыжая Харя.

Каратист встретил известие о новой игре без каких-либо эмоций, зато брови девицы недоуменно взлетели, она наморщила лобик.

– В преферанс?
– переспросила она и надула губы.
– А куда это?

– Дура!
– гаркнул краб.
– Тебе бы только размножаться внутриутробным способом!

– Не всем же икру метать, - парировала девица.

– Ты не умеешь играть в преферанс?
– удивленно спросила Рыжая Харя.

– Не-а. Только в покер обучена.

– Тогда катись отсюдова!
– возопил краб.
– Нас как раз четверо, а пятый игрок - под стол!

Девица поняла его слова буквально. Она встала и завиляла бедрами, ладонями поддерживая грудь. Видимо, игрок в покер из нее был никудышный, поскольку на теле остались лишь узенькие полупрозрачные трусики и чулки.

– Мальчики, ну зачем же так сразу - под стол, - воркующим контральто пропела она.
– Я больше привыкла на столе...

Она томно продела ладонью по животу, щелкнула резинкой трусиков.

– Между прочим, у меня там кое-что интересное осталось...

– Сгинь!
– рявкнула Рыжая Харя.

Лицо девицы оскорбленно вспыхнуло, будто от пощечины.

– Что-то ты, монстр, много на себя берешь!
– зло процедила она. Ладно, мы с тобой в другом месте поговорим...

И она исчезла. Испарилась вместе с дымом в комнате и полной окурков пепельницей.

– Ух...
– с облегчением проронил краб.
– Сдыхались! Садись, чего столбом стоишь?
– прикрикнул он на меня.

Я сел и окинул взглядом основательно замусоренную столешницу. Три колоды карт россыпью, полупустые бутылки, стаканы, тарелки с объедками... По всему видно, что играли здесь в свое удовольствие.

Рыжая Харя перехватила мой взгляд.

– Освежим стол, - понимающе предложила она. Нагнувшись, она извлекла из-под стула громадную холщовую суму и широким жестом смела в нее все со столешницы. Будто мокрой тряпкой прошлась, и стол заблестел неестественной чистотой, какой у меня в доме отродясь не было. Посуда с грохотом посыпалась в суму, и создалось впечатление, что дна у этой сумы нет. Звук из нее долетал, будто из мусоропровода.

Тем временем каратист вытащил из-под своего стула аналогичную суму и, запуская в нее по плечо руку, начал выставлять на стол бутылки: водку, пиво, джин, коньяк, тоник.

– "И бутылку рому..." - непроизвольно вырвалось у меня.

– Хочешь рому?
– спросил каратист, шаря рукой в суме.

– Нет-нет!
– поспешно открестился я, словно от нечистой силы. Не хватало, чтобы за ромом последовал пресловутый "сундук мертвеца". Видел прошлой ночью нечто подобное в переулке Хацапетовки, и еще раз лицезреть не было никакого желания.