Чтение онлайн

— Обезбол. — Харпер протянула чашку. Деймонд осторожно понюхал содержимое, но выпил. Отсел на край дивана, давая забинтовать рану.

Харпер закончила работу, нервно оглядела Деймонда, и поняла, что комедия закончилась, началась драма. Глубокий вдох, который совершено не спас положение, и она резко встала.

— Меня тошнит, — прямо заявила она и унеслась в туалет.

Алкоголь и суши горячим потоком вышли в унитаз, обожгли горло, от чего из глаз брызнули слезы. Харпер зачесала волосы за уши, делая старательные вдохи через нос.

Стыдно-то как. Зато опьянение как рукой сняло: стресс, адреналин, еще и рвота.

Харпер умылась, смыла макияж, решив, что лучше уж без него показаться новому знакомому, чем с растекшейся тушью, нацепила шорты и покинула ванную. Оглянула комнату, но там никого не было: все же галлюцинации? Но потом она услышала шум на кухне и помчала туда.

— Ну, хоть не штаны, а шорты, — довольно изрек Деймонд, продолжая поиски вкусного в ее холодильнике. — Не волнуйся, все, что съем, куплю завтра. И еще кучу всего куплю. Тебя объедать не собираюсь.

— А?

— Ах да, я не сказал. Я тут буду жить. Диван подойдет.

— Чего?

Деймонд выглядел таким довольным, словно все происходящее было развлекательным шоу, и его вовсе не зашивали десять минут назад. Харпер сдержала порыв снять бинты, чтобы поискать рану, ведь сомневалась во всем, что видела.

Недовампир хоть и приобрел небольшие круги под глазами, выглядел вполне неплохо. Бледность с лица полностью ушла, движения стали резкими и четкими. Похоже, у него в глазах не темнело, в отличии от Харпер, которая плавно осела на стул. Пока она страдала в ванной, он успел выкинуть пустые контейнеры из-под роллов и теперь искал еду себе.

Кажется, она в дерьме. Шизофрения, да? Угу. Стоило ожидать.

— Не смотри так на меня. — Деймонд вытащил из холодильника пару йогуртов и сырков, нашел домашнюю лазанью и дико обрадовался. Тут же запихнул ее в микроволновку и без раздумий нажал на нужные кнопки. — Это для твоей же безопасности. Деньги нужны? Я готов платить за свое проживание.

— Деньги? — непонимающе переспросила Харпер. — Я писатель, естественно, мне нужны деньги!

Деймонд вскинул брови, садясь напротив с разогретой едой. Поморщился, невольно коснулся зашитого бока. Подцепил вилкой кусок лазаньи и откусил. Харпер, пользуясь случаем, разглядела его тату: завитушки и линии за правом предплечье, морда дракона на плече, какие-то символы. Не иероглифы, нет, но и понять смысл не выходило. Картинка тянулась к запястью, но становилась не такой насыщенной: несмело обвивала руку тонкой линией с шипами и завершалась кисточкой. А, так это хвост дракона!

— У писателей денег нет? — Деймонд мигом забыл про боль и принялся довольно жевать. Харпер непонимающе вскинула на него глаза, так залюбовалась тату. Вспомнила, о чем они говорили.

— Ну, типа, да. Неблагодарная профессия, мизерные заработки. И да, знала бы, что ты свалишься на меня, заказала бы больше роллов. Надо было заранее предупредить!

— В моем мире писатели уважаемые люди.

— Тут тоже такие есть. Но их мало. Я вот пока — нет.

Глупый разговор. Почему они обсуждают писателей?

— Кто ты?

— Темный. Из Небесного города в Мунфоле.

Харпер продолжала оторопела наблюдать, с каким аппетитом Деймонд ел ее лазанью. А бывший даже не удосужился заглянуть в холодильник, чтобы найти это богатство и самостоятельно подогреть. Бытовой инвалид, чтоб его!

— Не понимаешь, о чем я? Это плохо. Придется лекцию тебе читать. — Деймонд управился с лазаньей и открыл один из йогуртов. — Ты живешь в мире Солнца. Огромная планета, все дела, сама понимаешь. Я из параллельной реальности. Наш мир поделен на острова. Я из Небесного города, столицы Мунфола, еще известного как мир Луны.

— Ага. И ты… темный? Банально, что капец.

— Есть еще светлые.

— Трудно было названые придумать нормальное? Например… стражи света и стражи мрака! Плагиат, конечно, но как звучит! Это Дмитрий Емец придумал, если что. У меня вот в книге хранители. Жизни, душ, любви. Могу продать идею.

Деймонд рассмеялся, и снова на его щеках появились очаровательные ямочки. Как же жаль, что Харпер не героиня любовного романа. Но слава небесам, что она не героиня порно-романа. Секса с использованием щупалец или еще чего похуже (иногда она поражалась фантазии авторов, которые умудрялись засунуть в несчастную даму что угодно), она бы не вынесла. Душа желала романтики… и денег. Много денег.

Деймонд снова поморщился: видимо, шов доставлял неудобства.

— Если что, мы темные и светлые, — невозмутимо продолжил Деймонд, опустошая банку йогурта, — не потому что одни хорошие, а другие плохие. Просто… так пошло. И магия у нас одинаковая. Но мы отличаемся по внешности: одни темные, другие светлые, вот и все. Разные родословные. Я потом объясню подробнее.

— И какого лешего ты делаешь у меня? В этом богом забытом мире?

— Мы охотились за одним важным артефактом. Добрались одновременно. Была яростная битва, меня ранили, но я успел схватить свиток и открыть переход к тебе.

— Ко мне?

— Твое имя в свитке. Ты первая избранная, к кому еще мне было идти?

— Я? Ты сбредил. Нет, это я сбредила. Санитаров вызовешь? Мне пора в увеселительное заведение сумасшедший дом!

— Веснушка…

— Харпер.

— Веснушка, — Деймонд осторожно провел по ее носу и щекам, указывая на ее веснушки, заставляя вдруг гореть от смущения, — давай я завтра тебе все объясняю подробно. Я до смерти устал: спал последний раз дня три назад. Да и ты тоже устала.

Харпер облизала губы. Устала. Факт. И будь это книгой, то логично было бы продолжить разговор завтра, мол, дали читателям затравку, не перегрузили их мозг, ведь пишем развлекательное фэнтези, но… это не книга! Это ее реальная жизнь!

— Пожалуйста, веснушка. Там лекция на пару часов, не меньше.

— Ты не можешь остаться, — твердо сказала Харпер. — Максимум до утра.

— Понимаю.

Деймонд снял перстень с указательного пальца (а Харпер и не заметила, как их много у него!), протянул ей.

— Подскажу кому продать. В моем мире обычный камень, в твоем — большая редкость. Получишь миллион, не меньше.

— Миллион? Типа, белларусских рублей?

— Типа, твоей валюты. Рубли, да? Где мы? — Деймонд заметил непонимающий взгляд Харпер, нехотя пояснил: — Я не знаю, на каком языке говорю. Автоматический переводчик — чистая магия.

— Это Санкт-Петербург. Россия. Планета Земля. А ты с Марса?

— А! Это очень удачно, что ты живешь именно тут, по правде.

Харпер разглядела перстень. Видимо, из желтого золота, толстое и тяжелое, в завитушках, а камень сиял бирюзой, и едва оказался в ее руках, появились еще и розовые оттенки. Она несмело надела его на большой палец. Продать? Миллион — это много. Это же какое продвижение книгам можно сделать! Но… красивое. Да и всегда будет план «Б» в жизни: не бомжевать, а продать украшение, если планы стать известным писателем пойдут прахом.