Чтение онлайн

B. Л. Виноградовой и др.).[Обнорский. Очерки; Булаховский Л. А. 1) «Слово о полку Игореве» как памятник древнерусского языка//Слово. Сб.-1950. С. 130–163; 2) О первоначальном тексте; 3) Заметки к спорным местам «Слова о полку Игореве»//Радянське лпгературознавство. 1958. № 18. С. 48–56; Якубинский Л. П. История древнерусского языка. М., 1953. С. 320–327, 349–350; Котков С. И. 1) «Слово о полку Игореве» (Заметки к тексту). М., 1958; 2) Из курско-орловских параллелей к лексике «Слова о полку Игореве»//Учен. зап. Орловского гос. пед. института. 1954. Т. 19. Кафедра русского языка. Вып. 4. C. 3—23; Виноградова В. Л. 1) Лексическая вторичность «Задонщины» сравнительно со «Словом о полку Игореве»//ТОДРЛ. М.; Л., 1956. Т. 12. С. 20–27; 2) «Слово о полку Игореве» и «Задонщина» по некоторым данным морфологии//Слово. Сб.-1962. С. 255–275 и др.] В настоящее время близок к завершению обстоятельный словарь-справочник к Слову о полку Игореве.[Словарь-справочник «Слова о полку Игореве»/Составитель В. Л. Виноградова. М.; Л., 1965–1978. Вып. 1–5. {Вып. 6 вышел в свет в 1984 г.}] Большой фразеологический материал к памятнику содержится в книге В. П. Адриановой-Перетц.[Адрианова-Перетц. «Слово» и памятники.] Интересные наблюдения об ориентализмах Игоревой песни сделаны В. А. Гордлевским, Л. Н. Гумилевым, О. Сулейменовым и В. Ф. Ржигой.[Малов С. Е. Тюркизмы в языке «Слова о полку Игореве»//И ОЛЯ. 1946. Т. 5, вып. 2. С. 129–139; Гордлевский В. А. Что такое «босый волк» //ИОЛ Я. 1947. Т. 4, вып. 4. С. 317–337; Ржига В. Ф. Восток в «Слове о полку Игореве»//«Слово о полку Игореве». М., 1947. С. 169–189; Сулейменов О. Аз и я. Алма-Ата, 1975; Гумилев Л. Н. Поиски вымышленного царства. М., 1970. С. 305–345.] Фауну и флору в Слове изучал Н. В. Шарлемань.[Шарлемань Н. В. 1) Из реального комментария к «Слову о полку Игореве»//ТОДРЛ. М.; Л., 1948. Т. 6. С. 111–124; 2) Природа в «Слове о полку Игореве» // Слово. Сб.-1950. С. 212–217 и др.] Вопросы военного искусства и вооружения по материалам Слова явились предметом занятий видных специалистов в этой области — В. Г. Федорова,[Федоров В. Г. 1) Кто был автором «Слова о полку Игореве» и где расположена река Каяла. М., 1956; 2) Военные вопросы «Слова о полку Игореве». М., 1951.] А. В. Арциховского[Арциховский А. В. Русское оружие X–XIII вв. //Доклады и сообщения исторического факультета МГУ. М., 1946. Вып. 4. С. 3—17.] и др.

Как историко-географический источник Слово изучали Б. А. Рыбаков, К. В. Кудряшов, М. Н. Тихомиров.[Кудряшов К В. «Слово о полку Игореве» в историко-географическом освещении // «Слово о полку Игореве». М., 1947. С. 43–94 и др.; Рыбаков Б. А. Дон и Донец в «Слове о полку Игореве»// Научные доклады высшей школы. Исторические науки. 1958. № 1. С. 5—11; Тихомиров. Русская культура. С. 70–79.] Работами Б. А. Рыбакова продвинулось исследование содержания Слова в сопоставлении с летописями XII–XIII вв. и исторической действительностью того времени.[Рыбаков. 1) «Слово» и современники; 2) Русские летописцы.] В. П. Адрианова-Перетц обратила внимание на народные корни Слова в его образном строе.[Адрианова-Перетц В. П. «Слово о полку Игореве» и устная народная поэзия // Слово. Сб.-1950. С. 291–319.]

В различных аспектах истории культуры Древней Руси изучает Игореву песнь Д. С. Лихачев.[Лихачев. «Слово» и культура.] И. П. Еремин показал Слово о полку Игореве как памятник ораторского искусства.[Еремин И. П. 1) «Слово о полку Игореве» как памятник политического красноречия Киевской Руси//Слово. Сб.-1950. С. 93—129; 2) Жанровая природа «Слова о полку Игореве» //Еремин И. П. Литература Древней Руси: (Этюды и характеристики). М.; Л., 1966. С. 144–163.] Много сделано для раскрытия богатства идейного содержания Слова Д. С. Лихачевым, И. У. Будовницем и Л. В. Черепниным, показаны патриотические идеи автора, его сочувствие «ратаям» (т. е. крестьянству), его острая критика княжеских распрей.[Лихачев. 1) Исторический и политический кругозор; 2) Слово-1955; Будовниц И. У. Общественно-политическая мысль Древней Руси (XI–XIV вв.). М., 1960. С. 216–231; Черепнин Л. В. «Слово о полку Игореве» как памятник русской публицистики XII в. 1950. Автор представил мне возможность ознакомиться с рукописью этого интересного исследования.] Весьма значителен был вклад, сделанный советскими писателями, занимавшимися проблемами художественного перевода Слова (В. И. Стеллецким, А. К. Юговым и др.). Много новых страниц в изучении Слова о полку Игореве учеными раскрылось благодаря тонким и разносторонним исследованиям М. П. Алексеева, П. Н. Беркова, Д. С. Бабкина и ф. Я. Приймы.[Алексеев М. П. П. И. Прейс в работах над «Словом о полку Игореве»//Доклады и сообщения филологического института ЛГУ. Л., 1951. Вып. 3. С. 221–254; Берков П. Н. Заметки к истории изучения «Слова о полку Игореве» // ТОДРЛ. М.; Л., 1947. Т. 5. С. 129–138; Бабкин Д. С. «Слово о полку Игореве» в переводе В. В. Капниста // Слово. Сб.-1950. С. 320–399; Прийма Ф. Я. «Слово о полку Игореве» в научной и художественной мысли первой трети XIX в. //Там же. С. 294–319 и др. {См. также: Прийма Ф. Я. «Слово о полку Игореве» в русском историко-литературном процессе первой грети XIX века. Л., 1980.}]

Оставалась нерешенной лишь одна группа вопросов о Слове — когда, где и кем было написано это произведение. Суждений в литературе на эту тему высказывалось много, но большинство из них имело негативную силу, т. е. сильно было критикой предшествующих точек зрения.[Обзор предлагавшихся атрибуций Слова и их оценка, а также ценные методологические указания по проблеме см.: Дмитриев Л. А. 1) К вопросу об авторе «Слова о полку Игореве»//РЛ. 1986. № 4. С. 3—24; 2) Автор «Слова»//Энциклопедия. Т. 1. С. 24–36.] Автором считали то дружинника киевского князя (Н. К. Гудзий, С. Е. Малов), то выходца из Галиции (А. С. Орлов), то сл<овутн>ого певца Митусу (Е. В. Водовозов, А. Югов), то киевского придворного поэта-музыканта (В. Ф. Ржига), то сына новгородского тысяцкого Мирослава (И. М. Кудрявцев), то киевского боярина Петра Бориславича (Б. А. Рыбаков), то черниговского тысяцкого Рагуила (В. Г. Федоров) или даже князя Святослава Рыльского (А. Домнин).[Домнин А. Матушка-Русь. Пермь, 1960.] Гораздо реалистичнее постановка вопроса Д. С. Лихачевым, который пишет: «Где бы ни было создано „Слово“ — в Киеве, в Чернигове, в Галиче, в Полоцке или в Новгороде-Северском — оно не воплотило в себе никаких областных черт».[Лихачев. Слово-1955. С. 144.] Это глубоко верно, именно отсутствие «областных черт» в Слове делает невозможным появление этого памятника в период феодальной раздробленности.

На развитие исторической науки и литературоведения тормозящее влияние оказал культ личности Сталина. В этот период всякие попытки отрицать древнее происхождение Слова о полку Игореве считались кощунственным надругательством над русской культурой и наглядным проявлением буржуазного космополитизма. Впрочем, и тогда отдельные ученые не склонны были разделять традиционный взгляд на Слово. Сомневался в достоверности этого памятника видный историк академик Р. Ю. Виппер (1859–1954), в последние годы жизни упорно занимавшийся источниковедческими сюжетами (критикой евангельских текстов). Живо интересовался Виппер и русской историей феодального периода. Незадолго до смерти он устроил собеседование со специалистами по древнерусской литературе по вопросу о времени составления Слова о полку Игореве. На встрече присутствовали В. Д. Кузьмина, И. М. Кудрявцев, В. Ф. Ржига и другие ученые. В ходе трехчасовой дискуссии Р. Ю. Виппер прямо сказал, что изложенные доводы в пользу древности Слова о полку Игореве его не удовлетворили.

Как нам сообщил А. Э. Бертельс, член-корр. АН СССР, Э. Бертельс около 1950 г. готовил доклад на тему об ориентализмах Слова о полку Игореве. Он пришел к выводу, что все попытки истолковать тюркизмы Слова из одного ка-кого-либо тюркского языка или тюркской фонетики явно безнадежны. Поэтому Э. Бертельс считал, что «ориентализмы» Слова или искажены до неузнаваемости, или появились под пером фальсификатора.

Исторические решения XX и XXII съездов КПСС привели к коренному перелому в изучении важнейших проблем отечественной истории и литературы. Снова был поставлен на повестку дня вопрос о времени создания Слова о полку Игореве. В 1962 г. вышел в свет сборник статей, как бы подводящий итоги критики взглядов проф. А. Мазона.[ «Слово о полку Игореве» — памятник XII века. М.; Л., 1962; ср. также: Лихачев. Когда было написано «Слово»? С. 132–160.] Вместе с тем постепенно становится ясным, что на старых путях изучение Слова не может продолжаться. Это сознают и сторонники древнего происхождения памятника. Так, во время обсуждения проекта Словаря-комментария к Слову о полку Игореве, состоявшегося в ноябре 1960 г., И. П. Еремин и Л. А. Дмитриев заметили, что «дальнейшее изучение „Слова“ ввиду исчерпанности пока известных материалов зашло в тупик».[Салмина М. А. Обсуждение проекта «Словаря-комментария „Слова о полку Игореве“» // ТОДРЛ. М., Л., 1962. Т. 18. С. 594.] Одновременно все отчетливее раздаются голоса тех исследователей, которые возражают против традиционной датировки Слова.[О том, что обращение к князю Роману Мстиславичу не могло быть написано ранее начала XIII в., писал . Ф. Котляр (Котляр М. Ф.Чи міг Роман Мстиславич ходити на половців раніше 1187 p.//Український історичний журнал. 1965. № 1. С. 117–120).] Так, уже Д. Н. Альшиц показал невозможность датировки Слова временем ранее XIII в. в связи с явными откликами в нем на походы 90-х гг. XII — начала XIII в.[Сборник ответов на вопросы по литературоведению. М., 1958. С. 37–41. Краткое изложение доклада Д. Н. Альшица в Институте истории АН СССР от 18 апреля 1956 г. см.: Головенченко Ф. М. Слово о полку Игореве. 1963. С. 88–89.]

Впрочем, позитивные взгляды Д. Н. Альшица (Слово как памятник первой половины XIII в.) не подкреплены в достаточной степени конкретными соображениями.[В последнее время к этой точке зрения примкнул В. В. Мавродин, считающий, что «есть основание связывать время появления „Слова…“ с обстановкой, сложившейся на Руси после битвы на Калке». Это основание В. В. Мавродин видит в том, что призыв к единству в Слове соответствовал обстановке, непосредственно предшествовавшей нашествию Батыя на русские земли (Мавродин В. В. К. Маркс о Киевской Руси//Вестник ЛГУ. 1968. № 8. Сер. истории, языка и литературы. Вып. 2. С. 9).]

27 июня 1965 г. на кафедре древних языков МГУ С. С. Кононович сделала сообщение о времени создания и авторе Слова о полку Игореве.[Рукописный текст тезисов сообщения находится на кафедре древних языков МГУ.] С. С. Кононович пришла к выводу, что Слово о полку Игореве не подделка, но и не подлинник XII в. Оно представляет собою стилизацию XVII в., сделанную «старыми словесы», т. е. языком XII в. Памятник, по ее мнению, был составлен в 1677 г. в среде киево-могилянских ученых. Его автором С. С. Кононович считает известного писателя и церковного деятеля Дмитрия Саввича Туптало (Димитрия Ростовского). Слово о полку Игореве, как думает С. С. Кононович, являлось как бы призывом к Дорошенко покинуть Москву, стать во главе донцов и взять Азов (который тогда якобы отождествляли с древней Тмутараканью). А. И. Мусин-Пушкин, судя по рассказу Селивановского, обнаружил подлинник Слова руки Дмитрия Туптало.

По одним тезисам трудно судить о всей аргументации С. С. Кононович. Но уже в тезисах привлекает попытка рассмотреть Слово о полку Игореве как художественное произведение позднего времени. Верно подмечена принадлежность автора к кругу церковных литераторов, вышедших из Киевской духовной академии, его связь с Ярославлем.

Однако тезисы С. С. Кононович не дают еще оснований согласиться с ее датировкой Слова: по своим жанровым и стилистическим особенностям оно входит в круг литературных явлений второй половины XVIII в. Сведение Селивановского о почерке, близком к почерку Димитрия Ростовского, относится не к Слову о полку Игореве, а к хронографу. Песнь об Игореве походе, как можно судить по свидетельству H. М. Карамзина, А. И. Мусина-Пушкина, А. И. Ермолаева, была написана почерком, близким к полууставу XV в.

Во время майской дискуссии 1964 г. И. Н. Голенищев-Кутузов говорил, что Слово «могло возникнуть и в XIII и даже в XIV вв. на основании еще уцелевших преданий, летописей, песен… В XIV–XV вв. плетение словес и прочие украшательства распространились и на Русь из пределов болгарских и сербских… Следует обратиться к изучению стилистики XIII–XIV вв. Тогда непривычные топо-сы, метафоры, метонимические сравнения, эпитеты, повторы и т. д. в „Слове“ (восходящие, как общее европейское достояние, к греко-латинской риторической системе IV–V вв. нового времени) перестанут нас смущать и тревожить».[АН СССР. Отделение истории. Стенограмма обсуждения работы А. А. Зимина 5 мая 1964 г. Утреннее заседание. С. 33–34; см. также: Golenistschew-Kutusow /. Das «Igorlied» und seine Probleme// Sowjet Literatur. 1965. N 3. S. 148.]

15 октября 1964 г. на заседании Географического общества АН СССР (Ленинград) Л. Н. Гумилев прочел обстоятельный доклад на тему «Тюрко-монголы и автор Слова о полку Игореве».[См.: Гумилев Л. H. I) Монголы XIII в. и «Слово о полку Игореве»//Доклады Отделения этнографии Географического общества СССР. Л., 1966. Вып. 2. С. 55–80 (в расширенном виде: Gumilev L. N. Les Mongols du XIIIе siecle et le Slovo o polku Igoreve//Cahiers du Monde Russe et Sovie-tique. Paris — Sorbonne, 1966. Vol. 7, N 1. P. 37–57); 2) Несторианство и Древняя Русь//Доклады Отделения этнографии Географического общества СССР. Л., 1967. Вып. 5. С. 5—24; 3) Поиски вымышленного царства. М., 1970. С. 305–345.] В этом докладе сделана попытка датировать памятник 50-ми гг. XIII в. и объяснить его создание сложной обстановкой русско-монгольских отношений. По мысли автора, Слово представляло собою произведение, возникшее в южнорусской среде и содержавшее призыв к борьбе с татаро-монгольскими поработителями. Анализ терминов «хинове», «харалужный» и некоторых других привел Л. Н. Гумилева к выводу, что Слово не могло быть написано ранее вторжения татаро-монгол, ибо эти термины дошли до нас в монгольской огласовке. Продолжая наблюдения, сделанные Д. Н. Альшицем, Л. Н. Гумилев, однако, считает, что Слово не могло быть написано в начале XIII в. (до 1236 г.), ибо автор не мог предугадать возможность нашествия татаро-монгол на Русь, а половцы находились в союзе с русскими. По мнению Л. Н. Гумилева, Слово не могло появиться и во второй половине XIII в., ибо упоминание в нем о сборе половцами (татарами) подворной подати («по бл отъ двора») невозможно после того, как в 1261 г. было ликвидировано взимание подворной дани татарскими откупщиками. Слово, по мнению Л. Н. Гумилева, могло быть написано в 1249–1252 гг., т. е. незадолго до нашествия на Русь полчищ Неврюя.