Чтение онлайн

– Или министр иностранных дел Сабах удалил из текста все вежливые выражения, или то, что он услышал, напугало его. Готов поспорить, что это второе, - решил Берт Васко.

– Бен?
– спросил Джек. Доктор Гудли покачал головой.

– Мне кажется, что там возникает серьезная проблема, - заметил он.

– Кажется?
– переспросил Васки.
– Возникшая проблема выходит за пределы простого "кажется".

– О'кей, Берт, ты наш главный знаток Персидского залива, - произнес президент.
– Хотелось бы выслушать твое очередное предсказание.

– Культурные традиции Ближнего Востока основаны на том, чтобы торговаться. Существуют замысловатые словесные ритуалы, которыми пользуются на важных переговорах. Обсуждение простой фразы: "Привет, как поживаете?" - может занять целый час. Если мы приходим к выводу, что в данном случае такого не произошло, смысл следует искать в отсутствии подобных изощренных фраз. Вы ведь сами сказали, господин президент, что суть переговоров звучит, как "нам не о чем разговаривать".
– Интересно, правда, что встреча началась с совместной молитвы. Может быть, в этом таится что-то, предназначенное для саудовцев, но не для кувейтцев? Даже он не был знаком со всеми оттенками местных культурных традиций.

– Тогда почему саудовцы делают вид, что этому не стоит придавать особою значения?

– Вы говорили, что принц Али пытался создать у нас другое впечатление, верно?

– Да, - кивнул Райан.
– Ну и что?

– Королевство Саудовской Аравии страдает в некоторой степени манией преследования. Они хорошо относятся к нам и доверяют Соединенным Штатам как стратегическому партнеру, но в то же время не любят нас и испытывают недоверие к нашим культурным традициям. Впрочем, даже это не так просто. Об этом можно говорить без конца, однако суть заключается н опасениях, что слишком тесные контакты с Западом окажут отрицательное влияние на их общество. Саудовцы в высшей степени консервативны по всем социальным вопросам - помните, когда наши армейские части перебросили туда в девяносто первом году, они попросили, чтобы армейские капелланы сняли религиозные знаки отличия со своих мундиров, а когда увидели, что женщины в нашей армии водят автомобили и носят оружие, у них едва не поехала крыша. Таким образом, с одной стороны, они полагаются на нас, как на гаранта их безопасности - принц Али спрашивал вас об это,.!, правда?
– но с другой - беспокоятся, что мы, защищая их страну, нарушим существующие там обычаи и традиции. Все упирается в религиозные проблемы. Саудовцы предпочтут, наверно, договориться с Дарейи, чем снова обратиться к нам с просьбой защитить их границы. Таким образом, в правительстве Саудовской Аравии преобладает точка зрения, что в случае крайней необходимости мы все-таки придем к ним на помощь - но только в случае крайней необходимости. А вот кувейтцы занимают другую позицию. Если мы обратимся к ним с предложением провести там совместные учения, они согласятся немедленно, даже если саудовцы попросят их отказаться. Хорошая сторона здесь в том, что Дарейи знает это и потому не решится предпринять поспешные действия. Если он начнет перебрасывать свои войска на юг...

– ЦРУ предупредит нас об этом, - уверенно заметил Гудли.
– Мы знаем, чего ожидать, а войска ОИР недостаточно подготовлены, чтобы скрыть это.

– Но если мы сейчас пошлем в Кувейт свои войска, это будет расценено как акт агрессии, - предостерег Адлер.
– Лучше сначала встретиться с Дарейи и попытаться выяснить его намерения.

– Чтобы у него не было сомнений относительно нашей позиции в этом вопросе.
– поддержал Васко государственного секретаря.

– На этот раз мы не повторим прежней ошибки, и мне кажется, он понимает, что положение стран Персидского залива представляет для нас проблему первостепенной важности. Мы не допустим не правильного толкования нашей позиции.
– Посла Эйприл Глэспи обвиняли в том, что у Саддама Хусейна после беседы с ней летом 1990 года создалось не правильное впечатление о позиции Соединенных Штатов, но она отрицала объяснение Хусейна, а его самого не назовешь особенно надежным источником информации. Может быть, дело заключалось в лингвистических нюансах перевода. Но скорее всего он просто услышал именно то, что ему хотелось услышать, хотя посол и не говорила этого, - привычка, широко распространенная среди глав государств и детей.

– Как скоро ты сможешь это сделать?
– спросил президент.

– В самое ближайшее время, - ответил государственный секретарь.

– Тогда действуй, - распорядился Райан.
– И как можно быстрее. Бен?

– Да, сэр?

– Я уже говорил с Робби Джексоном. Подготовь вместе с ним операцию по переброске туда ограниченного контингента сил быстрого развертывания. Пусть это будет небольшая воинская часть - ее задача продемонстрировать нашу озабоченность ситуацией, но чтобы это нельзя было истолковать как провокацию. Кроме того, свяжись с Кувейтом и передай, что мы всегда готовы прийти к нему на помощь и что можем по первой же их просьбе перебросить туда свои войска. Что у нас наготове?

– Двадцать четвертая мотомехдивизия, Форт-Стюарт, Джорджия. Я уже проверил, - ответил Гудли, испытывая гордость от того, что сумел предвидеть развитие событий.
– Ее Вторая бригада находится сейчас в состоянии повышенной боевой готовности. Кроме того, у нас наготове бригада Восемьдесят второй воздушно-десантной дивизии в Форт-Брэгге. Поскольку на складах в Кувейте находится военное снаряжение, мы можем доставить туда личный состав и развернуть войска в течение сорока восьми часов. Я также посоветовал бы повысить готовность транспортных кораблей в Диего-Гарсии. Это можно сделать, не привлекая внимания.

– Молодец, Бен. Позвони министру обороны и передай, что я хочу, чтобы этим занялись, - но без лишнего шума.

– Будет исполнено, господин президент.

– Я скажу Дарейи, что мы протягиваем руку дружбы Объединенной Исламской Республике, - сказал Адлер.
– Кроме того, дам понять, что мы заинтересованы в мире и стабильности в этом регионе, а это означает неприкосновенность существующих границ. Интересно, каким будет его ответ?

Все повернулись к Васко, который уже начал жалеть о том, что приобрел статус гения по Ближнему Востоку.

– Может быть, Дарейи просто хочет напугать их. Однако не думаю, что ему захочется пугать нас.

– Это твоя первая попытка уклониться от прямого ответа, - заметил Райан.

– Слишком мало информации, - ответил Васко.
– Ой вряд ли стремится к конфликту с нами. Это уже случилось однажды, и теперь все внимательно наблюдают за происходящим. Да, он враждебно относится к нам. Да, он с такой же враждебностью относится к Саудовской Аравии и другим странам Персидского залива. Однако он не собирается выступать против нас. Может быть, военной мощи ОИР достаточно, чтобы победить все эти государства в ходе военного конфликта, но я всего лишь служащий Государственного департамента и потому не могу дать определенного ответа на этот вопрос. Зато одержать победу в новой войне, если мы выступим в ней на стороне государств Персидского залива, он не сможет и отлично это понимает. Таким образом он стремится оказать политическое давление на Саудовскую Аравию и Кувейт, в этом нет сомнения. А вот дальше этого он вряд ли пойдет, и потому я не вижу оснований для беспокойства.

– Пока, - добавил президент.

– Да, сэр, пока, - согласился Васко.

– Может быть, я требую от тебя слишком многого, Берт?

– Ничего страшного, господин президент. Достаточно, что вы готовы выслушать меня. Было бы неплохо разработать РОВН - специальную разведывательную оценку возможностей и намерений ОИР. Мне нужен более широкий доступ к той информации, которую получает наше разведывательное сообщество.

Джек повернулся к доктору Гудли.

– Бен, займись составлением РОВН. Берт входит в нашу команду, и я решил предоставить ему полный доступ ко всем сведениям по этому региону, которые к нам поступают. Знаете, ребята, мне иногда доставляет удовольствие отдавать распоряжения, - добавил он с улыбкой, чтобы ослабить напряженность, которую вызвали обсуждаемые вопросы.
– Итак, перед нами потенциально серьезная проблема, но пока она не представляет непосредственной угрозы, верно?
– Кивки собравшихся.
– О'кей. Спасибо, джентльмены. Будем внимательно следить за развитием событий в этом регионе.

***

Рейс 26 авиакомпании "Сингапур эйрлайнз" совершил посадку с опозданием на пять минут, и самолет остановился у терминала в 10.25 утра. Пассажиры первого класса, после того как насладились отдыхом в широких и комфортабельных креслах, получили теперь более быстрый доступ к запутанной процедуре въезда в Америку, с помощью которой эта страна гостеприимно приветствует прибывающих гостей. Один из прибывших извлек из багажа, вращающегося на карусели, свой портплед с двумя костюмами, повесил на плечо сумку из ручной клади и встал в очередь, ведущую к иммиграционному контролю. В руке он держал заполненную карточку, в которой говорилось, что у него нет с собой ничего, представляющего особый интерес для властей. Напиши он правду, она отнюдь не обрадовала бы федеральных агентов.

– Добро пожаловать, - сказал инспектор. Он взял карточку и прочитал ее. Затем проверил паспорт - потрепанный от многочисленных поездок, со страницами, щедро усеянными штампами въезда и выезда. Инспектор перелистал страницы и нашел чистую, чтобы поставить на ней свой штамп.

– Цель приезда в Америку?

– Бизнес, - ответил прибывший.
– Посещение автомобильной выставки в Джавитс-сентер.

– Угу.
– Инспектор вряд ли слышал ответ. Он хлопнул печатью, вернул паспорт, и прибывший встал в другую очередь. Здесь его чемоданы подвергли рентгеновскому просвечиванию, чтобы не открывать их и не осматривать содержимое.