Чтение онлайн

– Они имеют гордый вид, босс, - заметил Хэмм. Издалека донесся дружный возглас - это солдаты танковой роты ответили на призыв своего командира разнести противника в пух и прах. Вместе с бригадой прибыла даже группа телеоператоров местной компании, готовых запечатлеть на пленку это событие для будущих поколений.

– Они действительно гордятся собой, полковник, - ответил генерал. Солдаты должны гордиться своей профессией.

– Им не хватает лишь одного, сэр.

– Чего именно, Эл?

– Боевого клича "Ме-е-е", - произнес полковник Хэмм, не вынимая сигары изо рта.
– Как подобает ягнятам, которых ведут на бойню.
– Офицеры переглянулись. Первая задача их части, представляющей собой воображаемого противника, заключалась в том, чтобы отнять эту гордость. Мотомехполк "Черная кавалерия" еще ни разу не терпел поражения в боевых учениях - это случалось разве что при столкновениях с частями регулярной армии, да и то очень редко. Хэмм не собирался уступать и на этот раз. Два батальона тяжелых танков "эйбрамс", еще один, укомплектованный бронетранспортерами "брэдли", артиллерийский батальон, рота мотопехоты и батальон боевой поддержки против трех батальонов его полка? Соотношение сил было явно несправедливым. Для гостей.

***

Работа практически закончена. Самой трудной оказалась заключительная фаза приготовления аммонита, потому что она потребовала от горцев немалых физических усилий. Необходимые пропорции аммиачного удобрения (которое представляло собой главным образом аммиачную селитру) и дизельного топлива они узнали из книги. Обоим показалось забавным, что растениям нравится поглощать смертоносную взрывчатку. Взрывчатое вещество, используемое в артиллерийских снарядах, тоже состоит из аммиачных соединений, и однажды в Германии, через несколько лет после окончания Первой мировой войны, химический завод, занимавшийся изготовлением удобрений, взорвался и стер с лица земли соседнюю деревню. Дизельное топливо добавлялось к селитре отчасти для того, чтобы увеличить мощность взрывчатой смеси, но главным образом оно служило в качестве увлажнителя, ускоряющего прохождение взрывной волны в массе взрывчатки, что резко ускоряло детонацию. При изготовлении аммонита горцы пользовались большой ванной и веслом, терпеливо размешивая взрывчатку до необходимой консистенции (это они тоже узнали из книги). Результатом была большая глыба из материала, внешне похожего на глину. Разделив ее на части, горцы поднимали их и грузили в цистерну бетоновоза.

Внутри цистерны было грязно, дурно пахло, и, наверно, такая работа была к тому же опасной. Погрузкой взрывчатого вещества внутрь цистерны они занимались поочередно. Люк, через который обычно заливался жидкий бетон, был чуть больше трех футов диаметром. Холбрук установил над люком электрический вентилятор, который вдувал в цистерну свежий воздух, чтобы не дышать парами жидкой взрывчатой смеси, которые не только издавали отвратительный запах, но и, скорее всего, были взрывоопасны. К тому же от них болела голова, и уже одно это являлось достаточно серьезным предупреждением. На всю работу потребовалось больше недели, но теперь, когда они погрузили последнюю глыбу, цистерна была заполнена на три четверти. Слои взрывчатки расположились неравномерно, и пустые пространства пришлось заполнять более жидкой смесью, которую переносили в ведре. Теперь цистерна бетоновоза была наполнена до такой степени, что работать в ней стало трудно, и пустая часть наверху в сечении представляла собой большой сегмент.

– Думаю, этого хватит, Пит, - заметил Эрни Браун.
– У нас осталось еще с сотню фунтов, но...

– Да, разместить остальное будет труднее, - согласился Холбрук, вылезая из цистерны. Он спустился по лестнице, оба горца вышли из амбара и уселись в пляжные кресла, чтобы отдышаться.
– Черт побери, как я рад, что все кончилось!

– Я тоже.
– Браун потер лицо и сделал глубокий вдох. У него страшно болела голова. Придется подольше посидеть на лужайке, чтобы проклятые пары покинули легкие.

– Все это плохо для нас кончится, - сказал Пит.

– Да уж точно, но кончится плохо и еще кое для кого. Между прочим, отличная мысль насчет пуль, - добавил он. Внутри цистерны было уложено две бочки пуль - слишком много, наверно, но маслом кашу не испортишь.

– Что за ореховый торт без орехов?
– невозмутимо заметил Холбрук.

– Сукин ты сын!
– Браун расхохотался и едва не свалился вместе с креслом.
– Боже, как болит голова!

***

Кэ д'Орсе <Кэ д'Орсе - так по названию набережной в центре Парижа часто именуют находящееся там Министерство иностранных дел Франции.> ответило согласием на просьбу о сотрудничестве с поразительной быстротой. У Франции были дипломатические представительства во всех странах Персидского залива, что объяснялось в первую очередь разветвленной сетью коммерческих интересов, начиная от торговли танками и кончая фармакопеей. Французские войска, размещенные в этих странах, в прошлом нередко вынуждены были воевать с противником, снаряженным французским же вооружением, но в этом не было ничего необычного. В конце концов французские товары находили сбыт на рынках множества стран. Согласие на сотрудничество в проведении этой дипломатической миссии поступило по телефону непосредственно послу США в девять утра, и он передал это по телексу в Госдеп меньше чем через пять минут, так что государственного секретаря Адлера пришлось разбудить, чтобы уведомить об этом. Дежурные офицеры предупредили остальных участников предстоящей операции, прежде всего 89-е авиакрыло военно-транспортной авиации, базирующееся на базе ВВС Эндрюз.

Организовать выезд государственного секретаря из города так, чтобы это осталось незамеченным, было непросто. Опустевший кабинет чиновника столь высокого ранга всегда привлекал внимание, и потому была разработана несложная легенда - якобы Адлер вылетал в Европу для консультаций с главами союзных государств. Французы осуществляли куда более строгий контроль над средствами массовой информации, и в данном случае главным был вопрос времени.

– Слушаю, - произнес Кларк, поднимая трубку телефона в номере отеля "Мэрриотт", расположенного недалеко от Лэнгли.

– Вылет сегодня, - произнес голос. Кларк недоуменно мигнул, затем вспомнил.

– Отлично. У меня все готово, - ответил он, положил трубку и повернулся на другой бок, чтобы еще немного поспать. Для этой операции не требовалось никакого инструктажа - им надлежало всего лишь позаботиться о безопасности Адлера, прогуляться по улицам Тегерана и вернуться домой. Вообще-то безопасность Адлера не вызывала сомнений. Если иранцы - Кларк еще не мог заставить себя называть их гражданами ОИР - захотят сделать что-то, два офицера службы безопасности, вооруженные одними пистолетами, не смогут ничего предпринять для его защиты, так что полагаться приходилось на полицию или иранскую службу безопасности. Они будут там всего лишь для вида, почему-то так принято.

– Вылетаем сегодня?
– послышался голос Чавеза с соседней кровати.

– Да.

– Буэно <Хорошо (исп.).>.

Дарейи посмотрел на свои настольные часы, вычел восемь, девять, десять и одиннадцать часов. Неужели что-то помешало им? Подобное беспокойство было проклятием тех, кто занимали такие должности, как он. Ты принимаешь решение, люди приступают к действиям, и только после этого ты начинаешь по-настоящему беспокоиться, несмотря на самое тщательное планирование операции. Ничто не может гарантировать абсолютный успех, какие бы усилия ни были потрачены на ее подготовку. Приходится идти на риск, что непонятно тем, кто не занимают пост главы государства.

Нет, все должно пройти успешно. Он принял французского посла - очень приятного неверного. Посол так великолепно владел фарси, что Дарейи даже подумал, что с таким произношением впору читать стихи персидских поэтов. К тому же посол был так вежлив и почтителен, с такими изысканными манерами. Он изложил просьбу своего правительства с улыбкой посредника, стремящегося заключить брак между представителями двух благородных семейств. Да, конечно, американцы не обратились бы с такой просьбой, получи они предупреждение об операции Бадрейна и его людей. В этом случае встреча состоялась бы на нейтральной почве - Швейцария всегда представляла собой самое удобное место для неофициального, но прямого контакта. А сейчас они посылали своего министра иностранных дел - к тому же еврея!
– для встречи с главой государства, которое считали враждебным. Целью встречи является установить дружеские отношения, обменяться мнениями по вопросам, представляющим интерес для обеих сторон - так сказал французский посол, стараясь убедить Дарейи в ее необходимости и несомненно надеясь, что в случае успеха Франция станет страной, сумевшей оказать помощь в развитии дружеских отношений между ОИР и Соединенными Штатами - или по меньшей мере в создании непосредственных контактов между ними. Если же переговоры не приведут ни к чему, все запомнят, что Франция приложила немало усилий к примирению стран, которые в течение столь продолжительного времени относились друг к другу с подозрением. Будь Дарейи поклонником балета, он мысленно представил бы себе менуэт как визуальное изображение дипломатических отношений между странами.

***

Черт бы побрал этих французов, подумал аятолла. Не прегради Мартелл в 732 году при Пуатье <В сражении при Пуатье (732 г.) между арабами, пришедшими из Испании, и франками тяжелая кавалерия последних, введенная Карлом Мартеллом, одержала верх и положила предел дальнейшему продвижению арабов в Европу.> путь Абд-ар-Рахману, весь мир был бы сейчас.., но даже Аллах не в состоянии изменить историю. Рахман потерпел поражение в битве из-за жадности и алчности своих воинов, которые утратили чистоту веры. Столкнувшись с богатствами Запада, они перестали воевать и начали грабить, позволив тем самым Мартеллу отступить, перестроиться и нанести ответный удар. Да, такой урок нужно запомнить. Можно и грабить, но прежде следует выиграть битву, уничтожить противника и только после этого забрать то, что тебе нравится.