Чтение онлайн

И тогда мы решили солгать. Мы обманули главу президентской администрации Арнольда ван Дамма. Мы сказали ему, что кассета с видеозаписью утреннего интервью президента повреждена. Таким образом мы солгали и президенту. Однако хуже всего, что мы солгали вам, нашей аудитории. Сейчас кассеты с видеозаписью у меня, и я убедился, что они ничуть не повреждены.

При этом мы не нарушили никакого закона. Первая поправка позволяет нам делать почти все, что нам захочется, и это правильно, потому что вы, наши зрители, принимаете окончательное решение о том, что мы делаем и кем являемся. Но есть одна вещь, которую мы не имеем права нарушать, - это ваше доверие.

Я не сторонник президента Райана. Я не согласен с ним по многим вопросам. Если он примет решение выставить свою кандидатуру на выборах, я, возможно, буду голосовать за кого-нибудь другого. Однако я стал частью этой лжи и не могу жить, не рассказав о ней. Какими бы недостатками ни обладал наш президент Джон Патрик Райан, он честный человек, и я не должен позволять личным чувствам оказывать влияние на свою работу.

В данном случае я нарушил это правило. Я совершил ошибку. Я прошу извинения у президента и прошу извинения у вас. Наверно, это станет концом моей карьеры как телевизионного комментатора. Если так, то я хочу уйти из телевидения точно так же, как и пришел в него: по мере своих сил и возможностей говоря правду.

– До свиданья, желаю вам от службы новостей Эн-би-си доброй ночи.
– Пламер глубоко вздохнул, глядя в камеру.

– Какого черта?!

Пламер встал, прежде чем ответить.

– Если ты не знаешь ответа на этот вопрос, Том...

На столе Пламера зазвонил телефон, вернее, на нем замигала лампочка вызова. Он решил не отвечать на него и прошел в свою раздевалку. С остальным пусть разбирается Том Доннер.

***

В двух тысячах миль от Вашингтона, над национальным парком "Скалистые горы", Арнольд ван Дамм остановил запись, извлек кассету и по винтовой лестнице пошел с нею в президентский салон в носовой части авиалайнера.

Райан знакомился с текстом следующей и последней речи этого дня.

– Джек, думаю, тебе надо посмотреть это, - широко улыбнулся глава администрации.

***

Все когда-нибудь случается впервые. На этот раз это случилось в Чикаго. Женщина побывала у своего врача вечером субботы, и он сказал ей то же самое, что и всем остальным. Грипп. Аспирин. Побольше жидкости. Постельный режим. Однако, глядя в зеркало, она заметила как изменился цвет ее кожи, и это напугало женщину больше всех остальных симптомов. Она позвонила своему врачу, но наткнулась на автоответчик, а эти пятна не могли ждать. Она села в машину и поехала в медицинский центр Чикагского университета, один из лучших в Америке. Ей пришлось подождать в приемной экстренной помощи около сорока минут, и когда ее вызвали, она встала и пошла к столу, но, не справившись с собой, рухнула на кафельный пол на виду у персонала. Последовала мгновенная реакция, и уже через минуту два санитара вкатили ее на каталке в кабинет. Одна из сестер несла сзади бумаги больной.

Молодой врач, которому предстояло осмотреть ее, оказался практикантом, это был его первый день в больнице. Он закончил университет и теперь специализировался на терапии.

– Что случилось?
– спросил он, глядя на больную.

– Вот, - сказала сестра из приемного отделения, передавая врачу заполненные бланки. Врач быстро просмотрел их. Тем временем две медсестры принялись проверять пульс, измерять кровяное давление, температуру.

– Похоже на симптомы гриппа, но что это?

– Частота сердечных сокращений сто двадцать, кровяное давление.., одну минуту.
– Медсестра проверила его еще раз.
– Кровяное давление девяносто на шестьдесят?
– удивилась она. Больная выглядела слишком нормально для столь низкого давления.

Тем временем врач расстегнул блузку женщины, и ему все сразу стало ясно. Он тут же вспомнил страницы своих учебников. Молодой практикант предупреждающе поднял руки.

– Немедленно прекратите все, чем вы занимаетесь. По-видимому, мы столкнулись с серьезным заболеванием. Я хочу, чтобы все, не теряя ни минуты, надели перчатки и защитные маски.

– Температура тридцать девять и семь, - сказала другая медсестра, отходя от пациентки.

– Это не грипп. У нее сильное внутреннее кровотечение, а эти пятна - это петачии.
– Врач надел маску и сменил перчатки.
– Вызовите сюда доктора Куинна.

Медсестра побежала выполнять его указание, а врач снова посмотрел на бланки, заполненные при приеме пациентки. Кровавая рвота, темный стул. Пониженное кровяное давление, высокая температура и подкожные кровоизлияния. Но ведь мы в Чикаго, запротестовал его мозг. Он взял шприц.

– Всем отойти назад, никто не должен приближаться к моим рукам, - сказал врач, ввел иглу шприца в вену пациентки и набрал пять кубических сантиметров крови.

– Что тут у вас?
– спросил входя доктор Джо Куинн. Молодой врач перечислил симптомы, переставляя пробирки с кровью на стол.

– Что можешь сказать, Джо?
– спросил он коллегу.

– Если бы мы находились в каком-нибудь другом регионе мира...

– Совершенно верно. Геморрагическая лихорадка, если такое вообще возможно.

– Кто-нибудь не спрашивал ее, ездила ли она недавно куда-нибудь?
– спросил Куинн.

– Нет, доктор, - ответила сестра из приемного отделения.

– Пакеты со льдом, - сказала старшая медсестра, она уже успела принести целую груду. Пакеты поместили подмышки, вокруг шеи и всюду, где они могли охладить потенциально смертельный жар тела.

– Может быть, дилантин?
– предложил Куинн.

– У нее еще не наступили судороги. Проклятье.
– Врач взял хирургические ножницы и разрезал бюстгальтер. На груди пациентки тоже виднелись петачии. Она серьезно больна. Сестра, позвоните доктору Клайну из отдела инфекционных заболеваний. Он сейчас дома. Попросите его немедленно приехать. А пока нам надо постараться сбить температуру, привести ее в сознание и выяснить где она была за последнее время, черт побери.

Глава 47

Пациент "Зеро"

Марк Клайн был профессором медицинского центра Чикагского университета и потому привык работать днем. Вызов почти в девять вечера удивил его, но он был врач и немедленно выехал в больницу. Этим вечером понедельника ему понадобилось двадцать минут, чтобы доехать от дома до отведенного для него места стоянки. Он миновал охранников, облачился в медицинский халат и, войдя в приемную "скорой помощи" со двора, спросил старшую медсестру, где находится доктор Куинн.

– Во втором изоляторе, профессор, - ответила она. Через двадцать секунд Клайн замер перед дверью изолятора, увидев на ней предупредительный знак. Он надел перчатки и защитную маску и только тогда вошел в палату.

– Привет, Джо.

– Я не хотел никуда сообщать об этом, не проконсультировавшись с вами, профессор.
– Куинн протянул Клайну карточку пациентки.

Клайн окинул взглядом запись и похолодел. Потом начал читать сначала, внимательно, строчку за строчкой, то и дело поглядывая на больную, чтобы сравнить запись с внешним видом пациентки. Белая женщина - все верно, сорок один год - похоже, разведена - это ее дело, живет в квартире примерно в двух милях от больницы - хорошо, во время приема температура тридцать девять и семь - очень высокая, а вот давление необычайно низкое. Петачии?