Чтение онлайн

Есислава же вернулась на свое место, отвернувшись от Светомиры, поджала ноги к груди, и стала смотреть на спину удаляющегося мужчины. Тот же уверенно взмахнул руками, подозвал к себе цепи, и нашептал им что-то и прогнал за борт. Резкий толчок напугал, некоторые даже на ногах не удержались, гребцы принялись озираться удивленно, вцепившись в весла.

– Что ты сделал? – ошарашенно спросил подбежавший к Данияру мужчина.

– Слегка ускорил.

– Когда на берег сойдем, бери, что угодно, все что хочешь - забирай.

– Радоваться рано, Олим, сил моих надолго не хватит, сможем оторваться лишь, а дальше вся надежда только на весла.

Мужчина разочарованно стукнул кулаком об борт, бросил Данияру, чтоб тот держался подольше, хлопнув того по плечу, и пошел раздавать команды.

Морские разбойники остались где-то позади, Светомира была уверена, что они смогут оторваться и уйти от них, ведь рядом Данияр, а он всегда придумает что-нибудь, спасет всех. Ведь даже в Новых землях нашел ее, спас. Есислава рядом с ней рухнула облегченно на колени, обняв себя руками.

– Обошлось, кажись, - протянула она.

Светомира ничего не стала ей отвечать, помнила, как та набросилась на нее, а ведь ее можно понять, узнай она, что рядом с ней сидит ведьма, вела бы себя точно так же. Уж быть подальше от нее и оградить от зла всех остальных, точно захотела бы.

Судно стремительно разрезало темные волны, ветер приносил соленые капли, от которых слезились глаза, помогая скрыть слезы. Она хотела быть сильной, хотела, чтоб все сложилось иначе, но только сейчас она до конца поняла, что тьма проросла в ней, отравила ее плоть и кровь, да так сильно, что даже светлый дар любимого обжигал ее, приносил боль. Пусть свет и раздирал только пока еще одну руку, но она прекрасно понимала, что так будет не всегда. Где-то в ней лежала надежда, что ничего в ней, кроме позорной метки, не изменится, но сейчас девушка убедилась в обратном.

Гонимое людским страхом судно рассекало темные серые волны. Непогода нервировала, темные, тяжелые облака угрожающе нависали, то и дело, заслоняя собой солнце, а кто-где, они и вовсе слиплись между собой, образовав сине-черную, беспросветную полосу, прилипавшую вдалеке к, отражавшей небо, воде. Казалось, что надвигающийся шторм преследовал их с того самого момента, как они заприметили морских разбойников. Иной раз было даже трудно понять, всходило сегодня солнце или нет.

Светомира наблюдала как еще один мужчина, обреченно заломил руки в небо, прося принести ему удачу, и если уж не отвести ненастье, то дать его пережить. Такое поведение нагнетало. Неужели это хуже, чем разбойники морские, что, возможно, шли по пятам? Да и спустя столько дней, привыкла она уже к постоянной непогоде.

Изогнутая линия прочертила небо, принеся яркую вспышку света, почти сразу же уши заложил гром, да такой силы, что Светомира вздрогнула. Данияр заметив, как она запрокинула голову, вглядываясь туда, где мгновение назад ударила молния, наклоняясь почти к самому ее уху, произнес:

– Когда на Новые земли плыли, то же самое было. Молнии сверкали, ветер сильный поднимался,

но все обошлось. Судно покачало, да перестало. Поговаривают, что это место проклято, иной раз повезет, и солнце светить будет, да ветер попутный парус надувать, а иной раз, вот как сейчас. На вот, согрейся.

Данияр запустил руку в карман, поднес ее к губам, дождался, когда огонек станет пробиваться сквозь его пальцы, и протянул его девушке. Та взяла его осторожно, сжала в кулачок, прислонила к животу, и расправила ладонь. Оглядев внимательно, накрыла живой огонь поверх другой рукой, улыбаясь.

Наговаривает на нее Есислава. Вон, как бойко его дар принимает, прижимает к себе, разве ведьма бы смогла так? Признаться, и он задумался, когда она руку отдернула, только мало ли, что случилось с ней. Руки, небось, болят, вон вся синяками усыпана, а осмотреть себя не дает. Не доверяет чужим, а его стесняется. Но ничего, как до суши доберутся, уж там разденет ее, каждый шрамик заприметит, согреет его дыханием, да обожжет поцелуем. Досталось ей, небось, сам бы руки оторвал, тому, кто шрамы на ее лице оставил.

Эх, будь Есислава с ней приветливее, разговорились бы, печаль скоротали, да кручину отогнали бы поскорее. Видно же по ней, что переживания ее пожирают, разъедают изнутри. Догадывался он о том, что снасильничали над ней. Знал, что Светомира боится даже говорить об этом, ведь воспитывал ее Белозар строго. Честь для нее была важно настолько, что она за нее жизнь бы отдала. Тут бабам бы между собой поговорить, о жизни обмолвится… Другого он ожидал от Есиславы, думал подругой для его лады верной станет, а она… Уж, не ревнует ли?

– Мы ведь так быстро плыть стали, скоро дома будем? – оторвал от размышлений голос Светомиры.

– Да, скоро будем, - с готовностью отозвался он, и прислонился к ней, согревая своим дыханием висок.

Девушка закрыла глаза, прижавшись к нему, а он подул легонечко на лицо, отгоняя выбившуюся прядь волос. Хотел ее в щеку поцеловать, а она обернулась, посмотрела на него, да с такой нежностью, что тут же тепло ее тела ощутить захотелось. Сердце забилось чаще, разгоняя кровь по телу, дыхание сбилось, такое желание им овладело, что сдерживаться тяжко стало, да настолько, что из пальцев стал свет просачиваться. Потянулся он к ней, да накрыл ее нежные губы, смял их,

языком по нижней губе провел, прикусил слегка, потянув на себя, а после отстранился. Подождал, пока Светомира глаза не распахнет удивленно, не взглянет на него очами своими васильковыми,

да вновь припал, чтобы углубить поцелуй, приникнув в рот, так чтобы языки сплелись в одно целое.

Рука Данияра обхватывала талию, притягивала Светомиру к себе, будь они не на судне, он бы давно уже накрыл ее грудь своей ладонью, опустился бы к животу, осторожно подбираясь ниже. Поскорее бы в земли родные вернуться!

Девичий всхлип донесся до его затуманенного разума не сразу. А когда он обернулся, чтоб глянуть, что стряслось, увидел лишь быстро удаляющуюся Есиславу.

– Ревнует она, - тихо произнесла Светомира.

Данияр ничего ей не ответил, лишь положил свою руку ей на колено, да оперся спиной об кадку, притянув девушку к себе поближе.

– Ложись головой на колени, отдохни, не видит никто.

Она послушно кивнула, и медленно прислонилась. Данияр улыбнулся и сплел их пальцы вместе, опустив на пах. Пусть потихонечку привыкает к отношениям между мужчиной и женщиной. Светомира от таких действий дернулась было, но он удержал ее.