Чтение онлайн

Придется отвлекать.

Заставляю себя расслабиться и страстно вздохнуть.

— Хорошо, Димочка. Я согласна, — он ослабляет хватку, толкает носом мою щеку.

— Целуй!

Поворачиваю голову и скольжу губами по его щеке. Укусить? А что мне это даст? Только разозлю.

— Не так, по-взрослому… — тянется ко мне губами.

— Дим, — соображаю в панике и еле сдерживаюсь, чтобы не скривиться, — я… кажется, дверь не закрыла…

Он трется об меня щекой и запускает язык в мое ухо. Фу!

— Идем вместе, — отрывает меня от земли и несет в коридор.

Не отрываясь от моей шеи, шарит рукой по рожку замка.

— Тебе неудобно. Я сама, — поворачиваюсь к нему боком.

Сжимаю правую руку. Большой палец в кулак — и резко бью в пах.

Димка охает. Сгибается и съезжает по стене.

— Су-у-у… — хрипит.

Распахиваю дверь и со всей силы пинаю его.

Он вываливается на лестничную клетку, а я закрываю двери на два оборота.

Да! Я это сделала!

Ноги подкашиваются, в пальцах дрожь. Но она приятная! Гормоны победы разбегаются по телу и щекочут, словно пузырьки шампанского.

Иду в ванную, чтобы умыться. По дороге спотыкаюсь о ящик с инструментами.

Эх, Димка! И платье мне помял, и кран не починил.

Одно хорошо — урок по самозащите я на нём отработала на «отлично».

Спасибо, мой учитель.

Приходи хвалить меня скорее.

Теодор

Настоящее смешивается с прошлым, в мозгу что-то коротит. Смотрю, как Аля толкает перед собой коляску.

Такая же подтянутая, миниатюрная, но движения плавные, линии фигуры мягче. Золотые волосы собраны, взгляд серьезный. Подходит к столику под зонтом. Садится на плетеный стул, разворачивает коляску против ветра.

— Привет, давно не виделись.

Киваю, разглядываю уверенную в себе, красивую женщину. Ты счастлива, львенок? Повзрослела, теперь у тебя свой выводок.

— Красивая, — констатирую.

Аля неуверенно улыбается. А где её клычок? Исправила?

— Ты тоже ничего, Истомин, только с загаром переборщил, — морщит носик, а глаза смеются.

— Ко мне все липнут: загар, деньги, девушки, — вступаю в привычную перепалку. Словно и не было между нами десяти лет.

— Прям уж все? Знаю я одно голубоглазое исключение.

— Ты виделась с Олей? — тут же слетают с меня предохранители. Я теперь как оголенный провод.

— Да. Она сказала, что дала тебе домашку по этике.

— Что есть, то есть, — улыбка растягивает губы.

Да! Оле не всё равно. Она хотела узнать подробности. Мысленно прокручиваю тот эпизод. Я же не жестил? По крайней мере, не в отношении Али.

Внутри нарастает беспокойство. Энергия бурлит. Встаю и вышагиваю по террасе. Обхожу коляску. Останавливаю взгляд на розовощеком свертке, разглядываю. Макс был прав — и правда на маму похожа.

— Прости меня, Алин. В том переходе…

Черт! Про Макса нельзя. Подставлю. Пусть делает домашку сам. Ну хорошо, тогда свою часть правды.

— Я выбрал неудачный момент, полез с поцелуем и спровоцировал драку…

— Очень даже удачный!

Чтооо?

— Тебе же не понравилось!

— Ну, чисто технически ты справился. Просто я тогда уже запала на Лебедева. Поэтому воспользовалась моментом, чтобы он за меня заступился.

Абзац!

Молча смотрю на краснеющую Алину.

— Ты тоже меня извини. Жаль, что тебя выгнали из школы. Макс очень скучал за тобой, говорил, что вы дружили раньше.

Мда… Бразильские сериалы отдыхают.

Алина крутит кудряшку над левым виском — волнуется.

— Ты только Максу не говори… что я специально. Он же думает, что защищал меня. А я знала, что Лебедев идет следом и ждала, чтобы он услышал мои крики.

— А если бы Макса не было рядом?

— Зарядила бы тебе под ребра или по…

— Я понял!

Вот это я тормоз. Ведь Аля ходила на уроки по самообороне. А я перепутал львенка с котенком.

Моя Оля бы замерла и дрожала от страха. Алинка же не из пугливых. Наверное поэтому у нее муж — чемпион в тяжелом весе.

Меня разбирает неудержимый смех.

— Тихо, Истомин! — шипит Алина и толкает в бок локтем. — Ребенка мне разбудишь, — наклоняется, поправляет ажурный чепчик. Мать — тигрица. С ней шутки плохи.

Почему-то перед глазами вижу Олю, которая точно так же склоняется к нашему ребенку. Мурашки по коже от этой картинки. Хочу, чтобы у дочки были её глаза и вздернутый носик.

Мне не терпиться увидеть мою худышку. Волнуется там, наверное, и опять ничего не есть.

— Так что, взаимные извинения приняты?

— Да, — прячет улыбку Алина. — Беги уже к своей учительнице, пусть домашку проверяет. А то у неё много желающих внимания.

— Ты о чём?

— Красивая у тебя невеста, говорю, Истомин. Уведут ещё.

Так… А это сейчас что было? Температура крови резко повышается.

— Алина, — оттаскиваю её от коляски, поворачиваю к себе, — давай без намёков! Ты же знаешь, у меня на этот счёт пунктик.

— Ох… да я ничего такого не имела ввиду.

— А что имела?

— Просто видела, как она с парнем одним разговаривала. Белобрысый такой, высокий. Увивался за ней, смешил. Оля говорит, друг детства. На прощание приобнял.

Закрываю глаза, вспоминая Олю в воздушной блузочке. Ямочка на щеке, водопад волос с вишневым отливом. Я бы тоже приобнял такую. Понимаю тебя, друг детства. Но лучше не распускай руки, если нет запасных.

Успокаивает только то, что Оля сняла блок, ответила, ждет меня.

— Спасибо, Алин. Я тогда пойду. Мне ещё ромашки надо купить и клубнику.

— Рада за тебя, передавай привет Оле, — на мгновение она обнимает меня и доверчиво кладет голову на грудь.

— А ты Максу, — треплю её кудряшки, и благодарю судьбу, что тогда, десять лет назад, она оттолкнула меня. Ведь сейчас в коляске не лежал бы ещё один львенок, а меня не ждала самая нежная голубоглазая девушка.

***

Паркуюсь у Олиного дома. Ищу глазами её окна. Ждешь меня, котёнок?