Чтение онлайн

Откровенно говоря, я не знала, как поступлю дальше. Возможно действительно всё стоит обдумать не спеша, как я привыкла — взвесив все «за» и «против».

Предложение Ярослава о покупке туристического агентства в Германии, я отмела и вовсе не из-за благородных порывов свойственных романтическим особам. Это был расчёт. Наш контракт закончится через пять месяцев, и я не хотела оказаться привязанной бизнесом к этой стране, находиться поблизости от Давыдова после завершения контракта. А так бы произошло, если бы согласилась на покупку. Я не приемлю полумер. Если работать, то работать. Я бы вкладывала всю себя в развитие агентства и, что потом — всё бросить?

Насчёт Лукаса Ярослав прав. Мне нужно сказать директору, что мой семейный статус изменился, но не по телефону — при личной встрече и после того, как я поговорю с Грэгом. Чтобы там не говорил австралиец обо мне, я должна сама сказать ему о нашем разрыве. В конце концов, я сама могу позвонить ему или связаться по скайпу, что предпочтительнее. Практически получится лицом к лицу.

Задумалась я и над поведением Ярослава. Я старалась вспомнить, когда оно изменилось. Всё, что приходило на ум, так это то, что это произошло во время полёта. Сначала я наблюдала, сквозь прикрытые ресницы, как он задумчиво и пристально смотрит на меня, расположившись напротив моего места. Помню, как этот взгляд раздражал и нервировал. Было желание отгородиться от него бетонной стеной. А к концу полёта Ярослав перестал гипнотизировать меня. Мы словно поменялись ролями — он стал избегать мой взгляд. Сейчас задумавшись над этим, причины для такого поведения я не видела.

— Нам сегодня на мероприятие идти. Ты помнишь? — уточнил Ярослав перед тем, как выйти из кухни.

— Я буду готова к трём.

— Поужинаем в ресторане, — предупредил мужчина и ушёл.

На дальнем краю стола остались лежать ноутбук, документы. Я всё равно собиралась подняться к себе и решила занести по пути вещи в комнату Ярослава. Когда поднялась на второй этаж, дверь в спальню мужчины была приоткрыта. Был слышен голос Ярослава, разговаривающего по телефону.

— Да, в ближайшие дни пришлю тебе отчёт.

— … — телефонного собеседника Ярослава я не слышала, но по дальнейшему разговору поняла, что он говорил с отцом.

— Да. Я в процессе, — Ярослав оглянулся на меня, остановившуюся в нерешительности в проёме двери и предупреждающе поднял указательный палец вверх, видимо, чтобы я не шумела.

— Положи, — кивнул он головой в сторону комода. — И подожди минутку, — это он полушёпотом сказал мне и тут же ответил отцу. — Да, это Надя зашла. Я передам ей привет. Нет. Полина пусть лучше сама свяжется с моей женой. Мне некогда ещё и этим заниматься, — Ярослав улыбнулся, видимо отец отпустил шутку. — Да согласен. Моя жена — ценное приобретение. Нет, Надя у меня не такая. Ей свойственно чувство меры. Так что я не переживаю на сей счёт. Артур? А, что с ним станется. Нормально работает. Да-да, я всё помню.

Ярослав сбросил вызов и с лёгкой блуждающей на губах улыбкой, посмотрел на меня.

— Тебе передают привет — отец с Полиной и Бизон. 

— Угу, спасибо. А зачем Полина будет со мной связываться? — поинтересовалась.

Ярослав небрежно махнул рукой и близко подошёл ко мне.

— А! Она там вечеринку организовывает в честь моего Дня рождения. Посмотришь сценарий. Главное, чтобы это не переросло по масштабам в «свадьбу». Хочу в кругу семьи отметить. До пятидесяти гостей — максимум. С друзьями отмечу отдельно. Кстати, это отличный повод познакомить тебя с ними. Они тебе понравятся, вот увидишь. Мы дружим с колледжа.

— Хорошо, — согласилась, но легко не было. Знакомиться с его друзьями не хотелось. Зачем он всё больше втягивает меня в свою жизнь? Всё равно расстанемся. — Я помогу Полине. Получается, мы полетим домой накануне двадцать девятого июля?

— Или день в день. Работа покажет, — Ярослав довольно и белозубо улыбнулся и открыл ноутбук, выводя технику из спящего режима. На заставке была я. Эту фотографию он сделал, когда я каталась на доске на Сейшелах, он ещё её показывал моим родителям. Внутри как-то всё сжалось от тоскливого воспоминания того чудесного дня, как Ярослав заботливо ухаживал за мной, и в то же время я разозлилась. Совсем заигрался. Зачем я ему на заставке?! И ещё Джулию свою убрал. Я не сдержалась, фыркнула и развернулась на выход, но оказалась остановлена. Ярослав удержал меня за плечо.

— Надя, как ты смотришь на то, чтобы мне помочь?

— С чем? — насупилась и скинула с плеча наглую конечность, в пол оборота разворачиваясь к мужчине.

— Я не успеваю. Мне нужно сделать перевод отчёта с немецкого для отца. В штате пока нет переводчика. Вакансия открыта. Поэтому приходится самому, а я не сильно дружу с немецким.

— А почему не делаете сразу на русском или английском? Александр Андреевич бегло разговаривает по-английски, — я сложила руки на груди и внимательно смотрела на мужчину. От моего взгляда, неловкости он не испытывал, такой как испытывала я, когда готовила, а Ярослав наблюдал за мной.

— Первый экземпляр документов для налоговой готовится на немецком, как и вся техническая документация. Мы же в Германии, — Ярослав пожал плечами и развернул ко мне экран. — Ну, а потом переводится на английский и русский. А человека пока не нашли. Возьмёшься за такой текст?

Я пробежала глазами по строчкам. Конечно, в тексте встречались специфические термины, которые с лёту перевести я не могла, но словарь мне в помощь. В конце концов, это прекрасная возможность занять себя. И я согласилась.

— Давай попробую.

Надя мне сейчас напоминала испуганного жеребёнка, которого нужно было приручать лаской. Каждое моё прикосновение, которое она раньше принимала с охотой, теперь вызывало у неё желание оттолкнуть, отгородиться от меня. Я это чувствовал. В каждом движении. Видел в её светло-карих, словно пронизанных лучиком света, глазах. Только и лучик сейчас был тусклым, спрятанным за набежавшей тучей. Не вспыхивал больше её взгляд былым интересом ко мне. Моя женщина отворачивалась от меня, вздрагивала, если я не сдерживался и позволял себе прикосновения. Чёрт! От этого хотелось взвыть и встряхнуть её, чтобы опомнилась или вспомнила, как загоралась от простой ласки, как отвечала на мои знаки внимания, но я продолжал упорно и терпеливо делать вид, что всё нормально, что так и надо. Сам дров наломал, сам и оказался под этим завалом.

С того момента, когда я вспомнил, чем обидел Надю, я провёл не одну бессонную ночь. Изматывал себя работой больше, чем требовалось. Старался не попадаться ей на глаза. И всё ради того, чтобы её воспоминания притупились, ушла острота переживаний. Чтобы я не мелькал перед её глазами, лишний раз напоминая об обиде.

Тогда, в самолёте, Артур спросил меня, что я намерен предпринять. Внутренним порывом был подойти и попросить прощения, но это было бы настолько глупо и прозвучало бы по-детски: «Надя, извини меня, пожалуйста, за то, что назвал тебя чужим именем»… С нашей первой супружеской ночи прошло несколько дней. И сейчас извинение прозвучало бы насмешкой. Так, словно я всё это время знал и молчал, а теперь решил поиздеваться. И вообще, зачем бередить незатянувшуюся рану? Это всё равно, что собственноручно подкинуть соли и смотреть, как Надя будет корчиться от новых незабываемых ощущений. Нет!

Лучше применить военную хитрость и действовать скрытно, оплетая ничего не подозревавшую Надежду хитрым клубком из действий и внимания. Я безумно хотел вернуть назад наши лёгкие, веселые, но с перспективой на глубокие, отношения. Мне крайне не хватало наших дурачеств и разговоров обо всём.

Скольких усилий мне стоило позволить ей занять спальню отдельно от меня. И теперь я сожалел, что поддался. Нужно было настоять на совместном проживании. А теперь я вынужден был довольствоваться воспоминаниями и мечтами о моей страстной малышке.