Чтение онлайн

Он отступил на шаг, подозрительно насупился. Я, переводя дыхание, пролепетала:

— Я все избегалась, но никого не нашла. Как хорошо, что я повстречала вас. Вот! — Я сунула ему протез. Бородач озадаченно принял. — Сломалось, и милостивый государь Мэлор послал меня за кем-нибудь, чтобы починил, поскольку сам… уф-ф… как вы понимаете, ходить затрудняется.

Бородач оглядел меня с ног до головы. Я выпрямилась, поправила волосы, сдержала жадное дыхание. Разбойник, наконец, стал разглядывать протез, облокотился на перила галерейки. Я сделала шажок вбок. Потом еще. Еще.

Оттолкнулась и со всей силы пихнула его в плечо. Он грузно перевалился через перила и, как мешок картошки, шлепнулся внизу. Гулко стукнул об пол протез. Я, чувствуя, что надорвалась от этих упражнений, поковыляла дальше. Сердце прыгало и застревало в горле, я чувствовала, что выкашливаю вместе с дымом и его. Глянула через перила один раз, убедилась, что бородач не двигается. Физика. Центр тяжести у мужчин выше, вывести из равновесия проще. Ничего личного, просто физика, подумала я и нервно захихикала.

Насилу вспомнила, как мы с главарем шли, и решила не сворачивать в тронный зал, а обойти. Сэра Эвина вели куда-то вот туда… я, торопливо шагая, добралась до открытой двери, заглянула. Кажется, кухня: два стола, горящий очаг, котел над огнем, рядом ведра, пустые мешки и корзины по углам. На один из столов облокотился разбойник, которого я раньше не видела. Я перевела дыхание, вытянула кинжал из ботинка, спрятала за спиной. Вышла в дверной проем, заголосила:

— Какой ужас! Какой ужасный кошмар!

Разбойник дернулся, схватился за нож (без ножей тут никто не ходит, как видно), а я замахала руками:

— Там! Там! В холле! Они повздорили, и милостивый государь Мэлор его… прямо сверху… на пол…

Разбойник пихнул меня с дороги, сунулся в дверь напротив очага, крикнул что-то, и оттуда выскочило четверо. Разбойник рыкнул "Пригляди за девкой!" непонятно кому, все повернулись ко мне на секунду, но никто не остался, все вымелись из кухни. Я скользнула за ними, заперла дверь, кряхтя от напряжения, подтащила к ней стол. Выглянула в столовую. На столе среди серебряных канделябров валялись рубашками вверх карты. Я обошла опрокинутый резной стул, отодвинула занавесь. Так, тут мы с Мархом Мэлором не проходили. Я припустила по коридору, чувствуя, что все тело дрожит, а в боку начинает колоть. Под ноги прыгнули ступеньки, я чуть не покатилась по ним, устояла, спустилась, прижимаясь к стене. Толкнула дверь. В нос ударил запах плесени и испражнений. Я с омерзением обошла ведро, благопристойно прикрытое дощечкой (узнаю почерк Марха Мэлора), пустые ящики. Остановилась у столба, на котором на крючках висели лысеющие пучки трав, прислушалась. Разговаривали, кажется, двое, но ведь их может быть и больше, просто остальные молчат. Я сжала зубы. Вот будет смешно, если сэра Эвина поволокли не сюда.

С другой стороны, где и запирать, если не в погребе.

Я вытерла ладони о платье, перехватила кинжал за спиной, зашагала, громко стуча каблуками, чтобы не решили, что я подкрадываюсь.

Они обнаружились за дощатой загородкой, двое, стояли по сторонам от двери, один срезал ножом мозоль с ладони, другой над чем-то ржал, постукивая одним сапогом о другой. Подобрались, заметив меня.

— Милостивые государи, — сказала я с нарочитой любезностью. — Господин Мэлор послал меня с просьбой.

— Господин, — хекнул веселый, стукнул кулаком в дверь. — Слышь, ублюдок, твоя девка уже по поручениям бегает. Смирная, быстро поняла. Учись!

На скуле у него красовался синяк, а у того, что ковырялся ножом у себя в ладони, распух нос. То ли между собою подрались, то ли сэр Эвин не дался просто так.

— Чего там? — спросил веселый. — Чего Марху надо?

— Господин Мэлор не поверил мне, — сказала я, — когда я его уверила, что мой дорогой страж стоит десяти его людей. Он заявил, что победит его один на один.

Разбойник с ножом хмыкнул. Веселый заколотил в дверь пяткой.

— Слышь, ублюдок! Завалишь Марха, а?

Из-за двери послышалось хриплое проклятье. Я сглотнула.

— Марх много о себе думает, — сказал разбойник с ножом, оторвал мозоль, бросил на пол. Лизнул ладонь. — Тявкать любит больно, а как один на один — любой из нас его положит, делов-то.

— Вот именно, — подтвердил веселый. — Ногу по задницу надо было отхватить, и то гонору б не убавилось. Что он вам там наговорил… мазель? — Он с трудом произнес непривычное слово.

Я сделала большие и глупые глаза.

— Он велел привести моего дорогого стража к себе, чтобы помериться силами и показать, что я была не права. Но я уверена, уверена! — Я чуть не подпрыгивала от возбуждения. Как-то так должны вести себя знатные дурочки? — Ведь вы не смогли бы справиться с пленником, а вы, господа, при полном комплекте, куда тогда господину Мэлору, который так несчастливо лишен некоторых… частей.

Веселый заржал.

— Скажу я, чего он лишен, но не при девках… прощения просим, мазели.

Разбойник с ножом больше ничего не резал, а поигрывал оружием.

— Это вы у нас пленники, а не мы у вас, — сказал он рассудительно. — Ясно, кто кого сильнее, и не надо нам в мозги срать.

— Волчья яма — это не самый честный бой, — сказала я, скромно потупившись. — Конечно, любой сильнее безоружной девушки и ее связанного защитника. Но я вас уверяю, при других обстоятельствах…

Веселый походкой вразвалочку приблизился ко мне, обвил рукой плечи так, что я не смогла дернуться. Наклонился, проговорил, лыбясь:

— А я на обстоятельства клал, как угодно вашего полукровку разложу. А потом вас. — Обратился к серьезному: — Что это Марху все достается? Пусть и нам, правильно говорю? А ты стой тут, — сказал он мне, шлепнул пониже спины. — Счас все решим и поглядим, кто чего стоит.

— Не дури, — сказал серьезный. От стенки, впрочем, так и не отлип, а глаза бегали с интересом. Что с людьми делает долгая жизнь и скука, совсем думать перестают.

— А я чуток, — сказал веселый. Пнул дверь. — Марху скажем, что пытался сбежать. А мазелька подтвердит, а? Подтвердишь?

Я проблеяла согласно, отступила немного. Перехватила кинжал за спиной.

Веселый открыл дверь. Рядом с ним встал серьезный, снял с пояса булаву. Веселый исчез в помещении, выволок оттуда сэра Эвина. Выглядел он так, словно его засунули в бочку с камнями, забили крышку и пустили катиться с холма. Он остановился взглядом на мне. Я сказала:

— Не посрамите меня, мой страж.

Сэр Эвин напружинился, когда его дернули за руки. Веселый занес нож над веревками, но передумал.

— Наверх пойдем, места больше, и всех позовем, пусть поглядят.