Чтение онлайн

Где-то недалеко выл Палач. То ли моя мать все-таки его достала, то ли сообразил, что миры ему не достанутся. Не влезут в карман.

Я лежала под тисовыми кустами, свернувшись в клубок, и млела от остаточных потоков энергии, все еще проходящих сквозь меня. Пространство пошло рябью, и его разорвала тень, сотканная из огня и мрака.

Все-таки протодемон так похож на демиурга, что и не отличить. Деус склонился надо мной. Он, разумеется, скажет, что проверял, в порядке ли я, — но на самом деле он любовался. Еще бы, ведь я самое совершенное творение Пустыни.

— Дивная Кара, ты так сладко сопишь, что тебя слышно в другом измерении. Поспи еще, моя хорошая. Скоро вернусь.

Я научу его почтительности, но потом. Я и, правда, спала, а он спешил в дом, где сражались ослабевшая от многовекового заключения гадюка и предатель-самец. Коварный и как следует напитавшийся силой.

В знак особого расположения я бы погладила супруга хвостом. Однако я же не кошка, а хвост стал чересчур тяжелым. Деус исчез.

Я даже не нервничала. Все эмоции были потрачены. Если Эрхайри погибнет, то так, как и надлежало королеве. Выдирая сердце тому, кто угрожал ее потомству.

Мужу же гремучник и гремучница навредить не могли. У него иммунитет к их яду в любой дозе. И вообще. Я выбрала себе такого мужа, который справится с любой напастью без моей помощи.

Палачу конец. В каждой семье есть своя уродливая тайна. И эту мы спрячем поглубже.

Три дня спустя.

Я сидела у окна в Сиреневой гостиной. Менее чем две недели назад в этой самой комнате Морлей кинул меня под ноги графу. Теперь я занимала хозяйское кресло… Нет, не так. Я занимала свое кресло. Отсюда открывался вид на центральный подъезд к особняку. Дело в том, что Деус отбыл в столицу и должен был вскоре вернуться.

Порталы на Краю все эти дни не работали, и он путешествовал верхом на Бланко. В Бездне наконец заметили аномальную активность в своей отдаленной провинции. В былые времена сюда бы уже отправили высших демонов — вытравливать проснувшуюся чужеродную магию. А, может, дело не в том, что времена так уж изменились… Просто любимый сын пламени оказался моим мужем, а у другого любимого сына сейчас гостила моя дочь, наводя в его замке свои порядки. Хм, и за моей беременностью наблюдал наследный принц Бездны.

У них там разразился самый настоящий кризис. Как так, демоны проморгали прямо под носом «гадючье гнездо». Два пустынных беса из высшей касты (королева пустыни и ее братец) жили бок-о-бок с ними несколько сотен лет и накопили столько энергии, что хватило бы на целый апокалипсис. Все эти дни земля под ногами тряслась. Отчитываться вызывали всех верховных. Сегодня дошла очередь и до Дэвида, которого Бездна берегла напоследок.

Со мной рядом все эти пару часов неотступно находился Марбас. Возможно, источник пламени и воображал, что я таким образом пребывала под арестом. Однако принц-лекарь сговорился с Зелеосом и должен был забрать меня на нейтральные земли, если муж не сумеет успокоить матушку. В этом случае Марбас действовал бы в ущерб себе, но личные связи между высшими, как я уже убедилась, значили очень много. Тот факт, что во мне билось сердце Зелеоса, разрешал любые сомнения.

Сейчас принц измерил мне пульс и приложил к шее кристалл кровавого цвета, проверяя потоки. Демон остался доволен:

— Ни спаек, ни обрывов, ни рубцов. Вы пережили такой катаклизм, а сейчас все энергетические линии ровные и сильные. Соответствуют молодой бесовке из гремучего семейства. Отменные реакции. Еще дней пять будет наблюдаться сонливость, потому что организм перестраивается, — к тому же учитываем беременность.

Действительно, я почти постоянно спала, но это беспокоило меня в последнюю очередь.

— Во мне нет никаких особых талантов, да, Ваше Высочество? Как-то обидно. Была несметная сила, которой я не могла пользоваться, а потом разом ушла.

— Вы королева, Марагрет, зачем вам боевая мощь? Вы направляете пустынную магию, контролируете песчаных бесов. Вашей скорости позавидует любое существо, а регенерация достигает такого уровня, какого демоны никогда и не знали. Прибавим самый смертоносный яд среди всех миров яд и чутье, которое по ошибке назовут везением. Бесы пустыни редко вступали в прямую схватку с демонами и действовали хитрее. Сейчас вся империя встала на уши. То, что считалось забытым, возвращается и обещает соблюдать законы Бездны. Естественно, первая реакция Пламени — вернуть Край к повиновению, а бесов рассеять окончательно. Дождаться, когда их подтянется сюда поболее…

Я поправила на поясе янтарную брошь в оправе из матового золота. Закинула ногу на ногу, и тонкий блестящий сатин шафранного цвета тут же заструился по сторонам. Юбка плавно расширялась к низу. К небольшому шлейфу по последней моде я никак не могла привыкнуть.

Новенькая горничная с бледной, почти прозрачной кожей, заглянула в гостиную. Одновременно она умудрилась сделать книксен в сторону Марбаса:

— Ссаа-зша’рии вааш бхаар’саар ва саар’велль шшаа-хасс мааар, маа шшари?

(Пора подавать баранки и пастилу, моя госпожа?)

— Вот это я имел в виду, леди. Даже если военная кампания против Края не развернется прямо сейчас, вам лучше воздержаться и не рожать Деусу девочек. Элизабет с ее роскошной огненной магией Бездна, наверняка, примет.

Я пожала плечами. Мне не нужно никого звать. Бесы станут возвращаться на Край сами. Магия Пустыни достаточно сильна, чтобы пробивать за несколько миров отсюда, а они уже устали скитаться. Разумеется, придут не все и не сразу. За эпохи, когда нас уничтожали, мы научились осторожности.

— Это Ракххи, Марбас. Она из клана гекконов. В разы более живучая, чем гадюки. Ей не страшны падения и деформации. Она протиснется в любую щель, изменит внешность, сольется со стеной. Она жила в третьем по величине городе Края и позавчера кинулась ко мне в ноги, попросив провести песочный обряд. Следом явились еще несколько бесов.

— Приятно познакомиться, Ракххи. Пастилы можно побольше.

— Вы можете постараться и убить ее. Извернуться и убить меня. Несмотря на все последствия для Бездны. Убить мою дочь. Снова выжечь Край, вместе с поселениями и его обитателями. Они же уже хлебнули песчаной магии. И я не говорю про болота, которые всегда были оборотной стороной песков. Но ты же помнишь, демон, что наш наследственный код прячется слишком глубоко. Пустынники затаятся и все равно пробудятся в тех, в ком не ждали, как только позволит среда. И то же самое с великой Пустыней…

Марбас невозмутимо наблюдал, как служанка разливала чай. Мы уже успели выпить по чашке. Он подцепил сразу две баранки.

— Это сейчас мы позабыли, как вы пожирали нас целыми племенами. Зато слишком хорошо помним, как обращались с нами те, к кому мы бежали из дома. Такие, как мой дядя, затеяли грызню внутри кланов… Сейчас мы отринули идею, что демон — это враг номер один. Наши сердца открыты ко второму шансу на родной земле. Мы готовы даже на перепись. Можем носить опознавательные знаки, хотя они бессмысленны. Однако если вы затеете очередное истребление, то через лет пятьсот ваши редкие пары будут вскрывать себе сердце сразу после свадьбы. Пустыня вернется и поглотит ваши дома.