Поскольку мерю я морскую милюНе метром, а изяществом волны,К мольеровско-шекспировскому стилюЯ подхожу с обратной стороны.Вино и блюдо из бараньих почекЯ не вкусил, а, зауздав коня,Создал коллаж из буквиц, лиц и строчекВ манере, не присущей для меня.В нём много чувств, но ни красы, ни мысли.И я опять, но вновь не по-людски,Когда же думы и вино прокисли,Коллаж порвал на мелкие клочки.
У музы
С трудом, но всё ж настроив лируНа разговор при встрече,Я мысленно входил в квартиру,И вот вошёл под вечер.Оставив позади интриги,Осеннее ненастье,Ласкал глазами шкаф и книги,Хозяйку в светлом платье.Наполненная жизнью зала,Картины, фото музы —Вся меблировка выдавалаПристрастия и вкусы.В гостиной думал я вальяжноПро вывихи планиды,Про то, что нужно и что важноДля Соколовой Лиды.В декоре шарм, хрусталь в серванте,С подсветкой статуэтка —Всё говорило о талантеБлистательном и редком.
Мы
Лишь только возникали споры,Рождалась и беда.Пришли из Азии монголы,Сжигая города.Да и Европа поднималаНад нами острый меч.И нагло русским предлагалаПод веру Рима лечь.Не знала Русь в веках покоя,Веками кровь лилась,От православного устояК империи рвалась.Мы с азиатами несхожи,Но и не Запад злой,Мы – евразийцы, и нам БожеУдел отмерил свой.И я всегда, друзья, гордился,Да и теперь горжусь,Что русским на земле родился,И обожаю Русь.
Легкомыслие
Кухней правила дама,Засучив рукава,Я ж строфой ДонжуанаПосылал ей слова:«Я надёжен, как небо,Я надёжен, как бог,Как творения Феба,Как пленительный Блок.От идеи ГермесаОдержим я мечтой,А вот друг твой от беса