Чтение онлайн

В ответ на свою тираду она получила нескрываемое одобрение, проявившееся в глазах Герберта, и выражение уважительного удивления, проглянувшее из-за маски скептицизма на лике лиэра Совершенство.

— А брак с незнакомцем, стало быть, вас не оскорбляет? — всё же иронично осведомился он.

— Насколько я поняла, о браке и всех его… последствиях речь не идёт. Лишь о помолвке, отношение к которой для меня напрямую связано с тем, как незнакомец проявит себя после знакомства. Пока, должна сказать, он делает это не слишком блестяще.

— В чём же я провинился?

— Сходу судить человека лишь по тому, как когда-то вели себя его соотечественники, не слишком вежливо по отношению к нему и не слишком умно по отношению к себе. Можно жестоко ошибиться, а иные ошибки могут дорого тебе обойтись.

Изобразить тон и манеры обиженной ледяной принцессы удалось ей на славу, но Ева надеялась, что всё же не перегнула палку. Впрочем, взглянув на обоих представителей королевской семейки, она убедилась: вовсе нет.

— В данном случае, видимо, я и вправду ошибся. — Приложив ладонь к сердцу, Миракл учтиво склонил голову. Пусть он и проверял её, вести себя недостойно по отношению к нежным девам лиэру Совершенству явно претило. — Я оскорбил вас, лиоретта, и приношу свои извинения. Я задал недостойный вопрос и сделал недостойные выводы о вашей персоне. — Дождавшись, пока Ева милостиво кивнёт в ответ, Миракл посмотрел на брата — лицо его вновь сделалось жёстким. — Но всё же, Уэрт…

— Боги, никто не заставляет вас жить долго и счастливо, — устало проговорил некромант. — После её победы над драконом прилюдно совершите обручальный ритуал, дабы у народа не осталось никаких сомнений в том, что на троне теперь истинный король. Походите помолвленными, пока всё не успокоится. А дальше, если будете друг другу так противны, разорвёте помолвку. Всё просто.

Миракл, явно раздумывая над данным предложением и всей этой подозрительной ситуацией, с сомнением качнулся с мысков на пятки.

— И как же ты нашёл её? Неужели сумел опередить Айрес? Спрятать страшнейшую угрозу её власти прежде, чем та до неё добралась? — юноша вновь пытливо вгляделся Еве в глаза. — Ведь, зная королеву…

Вдруг оборвал фразу, — и когда лиэр Совершенство решительно направился к ней через всю комнату, Ева не сразу поняла, что он намеревается сделать.

— Простите меня за бестактность, лиоретта, если я ошибся, — произнёс юноша, быстрым жестом взяв её за руку.

Ева не успела отпрянуть прежде, чем лицо его вытянулось. В тот миг, когда он ощутил, как холодна её ладонь.

Мертвенно холодна.

— О, нет. — Миракл бесцеремонно сжал пальцами её запястье, явно пытаясь прощупать пульс. — О, боги…

— Я как раз собирался обсудить этот момент, — подал голос ничуть не смутившийся Герберт.

Ну да, подумала Ева. В конце концов, неловко как-то сразу начинать представление суженой со слов «знакомься, брат: твоя немножко мёртвая невеста».

— Так тебе удалось, — проговорил Миракл едва слышно. Разжав руку, медленно опустил её, глядя на Еву так, словно вдруг увидел привидение (хотя, учитывая, что с привидениями керфианцы были на короткой ноге, для них подобное сравнение не являлось особо актуальным). — Ты поднял её. Она умертвие.

— Да. Сохранившее душу, разум и магический дар. — Герберт неслышно подошёл ближе. — То, о чём до меня только мечтали.

— Ты поднял её, — повторил юноша. Глубоко, мерно выдохнул. — Уэрт… ты совсем рехнулся?

Некромант снова ничуть не смутился. И взгляд брата встретил совершенно спокойно.

— Айрес убила её. По-твоему, я должен был оставить её гнить в лесу? — Герберт кивнул в сторону Евы, пока не решавшейся вмешаться в разговор. — Можешь спросить у неё: она вряд ли была бы этому рада.

— Хочешь сказать, ты о её благополучии пёкся, когда её поднимал? Это можешь рассказывать кому угодно, только не мне.

— Теперь пекусь.

Кивок Миракла в сторону мёртвой невесты зеркально отразил жест Герберта.

— Посмотри на неё. Она — кукла, пляшущая по твоим приказам, обречённая выполнить задачу и упокоиться. Ты считаешь это милосердным? Ты считаешь это нормальным — мёртвая Избранная, спасительница поневоле?

— О, поверьте, лиэр Миракл, — успешно скрыв обиду за усмешкой, произнесла Ева, — моему своеволию позавидует кто угодно. Включая, возможно, вас. — Когда на неё обратили внимание, за которым не слишком хорошо прятали вновь прорезавшийся скепсис, её усмешка превратилась в обезоруживающую нежностью улыбку. — Я действую по собственному желанию. И Герберту помогаю сама. Порой даже тогда, когда он сопротивляется.

Она очень старалась, чтобы имя прозвучало вырвавшимся непроизвольно.

Судя по реакции Миракла, так оно и вышло.

— Герберту?

— Ох, простите, — очень естественно спохватилась она. — Уэрту, конечно. Я так его называю. Гербеуэрт — трудное для выговора имя, а «господином» я его именую лишь в моменты, когда хочется назвать кем похуже. И своё сокращение придумала прежде, чем узнала, как его называют… те, кто к нему близок. — Она иронично развела руками. — Хотела бы сказать «друзья», но их у него, как вы знаете лучше меня, приблизительно ноль.

Лиэр Совершенство покосился на некроманта, при этих словах убедительно изобразившего мраморную статую. Зачем-то посмотрел на стол за спиной Евы.

Потом — на её опущенные пальцы, по которым бледным лазурным кружевом вились разводы от высохшей целебной настойки.

— Трудно в это поверить. Но ещё труднее — в то, что Уэрт велит своему умертвию вести себя с собой настолько фамильярно, — хмыкнув, признал он. — Да ещё прикажет латать свои царапины. Если, конечно, за минувшие с нашей размолвки годы его не подменили. — Глаза юноши немного смягчились. — Однако если он пообещал вам жизнь в обмен на… ваши услуги — как не жаль мне вас огорчать, он лжец.

— Я собираюсь её воскресить, — прохладно сообщил Герберт.

— Мы оба знаем, что это невозможно.

— До меня и разумные умертвия считались невозможными.

Миракл помолчал — видимо, понял, что этот довод крыть ему нечем.

— Даже если бы я тебе поверил, даже если бы собирался… вдруг, чисто теоретически… провернуть то, о чём ты говорил, — произнёс он затем, — я бы поблагодарил тебя за столь щедрое предложение, как и за твои услуги. И ответил, что всё это мне ни к чему. — Слова прозвучали так безмятежно, учтиво и одновременно непреклонно, что Ева невольно восхитилась его воистину королевской манерой держаться. — Вздумай я затеять подобное, я бы опирался на тех, кого я знаю. В ком уверен. На живых, а не на мёртвых — не принимайте близко к сердцу, лиоретта, ничего личного. И следовал бы плану, который выработал со своими людьми. Надёжному, в отличие от слов человека, жившего за сотни лет до моего рождения.

— Я знаю, что ты не веришь в судьбу. Но я верю. — Вернувшись за стол, Герберт опустился в кресло; лишь по тому, как медленно и плавно он откинулся на спинку, Ева прочла, насколько же он вымотан. — Послушай, я делаю… мы с ней делаем… всё, что нужно касательно пророчества. Сами. Тебе останется лишь в должный момент красиво выйти с ней под руку и представить людям своей невестой, не более. Я не требую от тебя отказываться от своего плана, и не думаю, что тебе придётся его корректировать. Просто… учитывай это. Вот и всё. — Одними глазами он указал на девушку, неподвижно застывшую у края тёмной старой столешницы. — Народ ждёт её. Сам знаешь. Если в нужный момент она не окажется подле тебя, у людей могут возникнуть… сомнения.