Чтение онлайн

"Пить пойдем... пить пойдем..."

Нет, не уснуть! Как попал он сюда, так далеко от привычных ему мест? Случайно или тут, на скупой и холодной земле, его родина? Он тревожит во мне давно забытые воспоминания о далеком Кавказе, возвращает меня в юность. Вижу гору Шахан, где когда-то давно клал по лугам острой косою ряды тучных трав, где утрами будил меня вот такой же звонкий перепелиный бой, где я, конопатый паренек, бродил с собакой и ружьем по полям и предгорьям. Как далеко я ушел, и еще не окончен поход!..

Так и уснул я с мечтой о Кавказе, а перепел бил, но все реже и реже...

Сквозь сон я слышал, как радист давал погоду, как прибежали из тайги к дымокурам олени, как кто-то хвалился пойманным тайменем, но проснуться не мог.

...Ждем самолет. С собою, кроме карабина, ничего не беру. Надеюсь скоро вернуться. Кучум настороженно следит за сборами. Он, кажется, догадывается, что я собираюсь в поход один, и награждает меня недружелюбным взглядом.

За завтраком Сипотенко снова возвращается к ночному разговору.

– - Не отбирайте Лебедева, кто будет доделывать его работу?

– - Кого вы предлагаете послать на Маю?

– - Сам поеду.

– - А наблюдения за вас будет делать медведь?

– - Людей не даете, придется обращаться за помощью к нему.

– - Запомните: все, что связано с наблюдениями, решайте своими силами, запасные инструменты пришлем.

– - Ну, а если опять поднимутся пожары?

– - Относительно пожаров я должен вам сказать прямо: мы одни здесь во всей округе и, к сожалению, плохо обращаемся с огнем, вот и расплачиваемся за это.

– - Не совсем так, -- возражает он.

– - Самолет на подходе!
– - кричит радист из палатки.

Машина с гулом надвигается на стоянку, разворачивается, осторожно, с какой-то опаской, касается гальки.

Мотор глохнет. Распахиваются двери, и на сходнях самолета появляется Михаил Михайлович Куций.

– - Миша!
– - кричу я, стаскивая его с трала.
– - Каким ветром тебя занесло к нам?

– - После расскажу, дай обнять Трофима! А-а... Владимир Афанасьевич, здравствуй! Прибыл в твое распоряжение, с инструментом для наблюдений.

У того широко распахиваются веки.

– - На наблюдения?! Вот это здорово! . .

– - Взял отпуск, выбрал инструмент и прикатил. Любо или не любо -принимай! Отстаете же вы, дьяволы, с планом, ну как тут вытерпеть, не помочь своим!

– - Ай, какой же ты молодец, Миша! Вижу, семнадцать лет, прожитые вместе в экспедиции, не пропали даром для тебя, помнишь наши хорошие традиции -- не бросать товарища в беде.

– - Значит, я остаюсь у Владимира Афанасьевича?

– - Твое право выбирать, тут уж я ни при чем.

– - Выгружай инструменты!
– - кричит обрадованный Сипотенко и сам лезет в самолет.

– - Ты, Владимир Афанасьевич, не слишком радуйся! Ведь у меня отпуск месяц, на многое не рассчитывай!
– - кричит ему вслед Михаил Михайлович.

– - Нет уж, коли приехал помогать, так засучивай рукава!
– - говорю я ему.

– - Боюсь, что ты задержишь меня...

– - И не ошибся. К тому же сам напросился к Владимиру Афанасьевичу. А известно ли тебе, что отсюда до жилья без малого тысяча километров, и все тайгою да болотами. Попробуй сбежать! Но мы не будем к тебе жестоки. Отнаблюдай нам шесть пунктов и с богом! В Новосибирск самолетом доставлю.

– - Ты с ума сошел, честное слово! Шесть пунктов!.. Да ведь это же почти годовая норма!

– - Вон Владимир Афанасьевич показывает цифру пять. Согласен на пять пунктов? Чувствуешь, как мы сразу тебе идем на уступки, и это лишь потому, что у Сипотенко действительно плохо с наблюдениями.

– - Нет, без шуток, я должен вернуться из отпуска в срок. Сам знаешь строгости начальника предприятия.

– - При чем тут Чудинов, ты -- в нашей власти!

– - Вот и приезжай к вам с добрыми намерениями! Но ведь я знаю, на этом не кончится. Как только ты улетишь, Владимир Афанасьевич скажет: "У нас не хватает рабочих, оленей, нет надежного помощника, придется тебе как-нибудь обходиться".

– - Угадал, честное слово, угадал!
– - обрадовался я.
– - Значит, все это не будет для тебя неожиданностью. Я улетаю спокойным за твою судьбу, верю, ничто тебя здесь не поразит.

– - Братцы, вы одичали! Куда я попал!

– - В ту самую экспедицию, где добрая половина хороших традиций вырабатывалась при твоем участии.

– - Шутки шутками, а из отпуска я должен вернуться вовремя. Разреши мне на время, пока ты будешь в штабе, взять в помощники Трофима?

– - Мне бы не хотелось давать ему большую нагрузку, ты сейчас набросишься на работу, как голодный лез на добычу, а он еще не совсем окреп после Алгычанского пика. К тому же я его жалеючи затаскал. Ему лучше остаться здесь, у Владимира Афанасьевича, и отдохнуть. Да он может и не согласиться.

– - Согласится, мы с ним уже перемигнулись.

– - Дело его.

– - И вот еще что: Плоткин мне говорил о твоих планах относительно Маи. Если ты не сможешь скоро вернуться сюда, то разреши нам с Трофимом отправиться в этот маршрут вместе с Улукитканом и Василием?

– - Вот ты о чем! К твоему сведению, Мая очень капризная река, стоит ли рисковать, Миша, ты за два года, как ушел в аппарат, поотвык от тяжелых походов. , -- Поеду, и даже с удовольствием.

– - Но это займет у тебя месяца полтора-два?

– - Не страшно, попробую тряхнуть стариной!

– - А как же с отпуском?

– - Договорись с Чудиновым, что-нибудь придумай.

– - Согласен, но на одном условии: если он не разрешит остаться, то в этом случае ты поедешь на свой риск обследовать Маю.

– - Хорошо, значит, благословляешь.

– - Бедный же ты будешь, вернувшись в предприятие. Представляю твою встречу с Чудиновым.

Незаметно к нам подходит Кучум, кладет вытянутую голову мне на колени, смотрит печальными глазами. В них и ласка, и грусть. Неужели он предчувствует разлуку, догадывается, что я не беру его с собою?

– - Да-да, Кучумка, мы должны расстаться, но потом (непременно будем вместе, так надо, -- говорю я и обнимаю своего четвероногого друга.

Пес от ласки добреет и уже не отходит от меня.

– - Остается две минуты -- прошу в самолет, -- слышится голос пилота.

Мы прощаемся. Самолет вырулил на дорожку и с торжественным гулом оторвался от косы. В окно мне было видно, как следом за нами бежал по земле Кучум в бессильной попытке не отстать от самолета.

...Только спустя месяц я смог вернуться на Токо. Пожары стихли. Погода установилась хорошая. Теперь можно заняться обследованием Маи. Путь туда идет по заболоченной Алданской низине.