Чтение онлайн

– Ах, как вы не правы!
– возмутилась Корнелия.

– Мне самой не нравилась миссис Оттерборн, но ее дочь была к ней так привязана. Для нее смерть матери страшное горе. Я не знала горничную, но уверена, кто-то любил и ее. А Линнет Дойль, помимо всего остального, была так красива. Когда она появлялась, у меня комок подкатывал к горлу.

Мистер Фергюсон схватился за волосы.

– Я сдаюсь. То, что вы говорите, - немыслимо.

– Он обернулся к Пуаро.

– Известно ли вам, сэр, что отец Корнелии был разорен отцом Линнет Риджуэй? И, видя наследницу в парижских нарядах и всю в жемчугах, Корнелия блеет, как библейская овца: "Ах, как она красива!" Ей хоть бы что. Ей даже в голову не придет возмутиться.

Корнелия покраснела.

– Сначала я возмутилась, когда узнала, кто она. Но всего на минутку. Понимаете, папа умер от горя, когда потерял все свои деньги. Но разве не вы говорили - прошлое надо забыть, жить надо настоящим. Разве вся эта история не прошлое?

– Она меня сразила, - объявил Фергюсон.

– Корнелия Робсон - вы единственная добрая женщина из всех, кого я встречал. Прошу вас, выходите за меня замуж.

– Вы сошли с ума.

– Нет, это официальное предложение в присутствии знаменитого сыщика. Мсье Пуаро - вы свидетель. Вопреки моим принципам, я добровольно предлагаю этой женщине свою руку. Я не верю в брак, но она, вероятно, не признает других отношений, значит, так тому и быть. Ну же, Корнелия, соглашайтесь.

– Не говорите ерунды!
– сказала Корнелия, отчаянно покраснев.

– Почему вы не хотите за меня замуж?

– Потому что вы несерьезны.

– Несерьезен, делая вам предложение, или несерьезен как человек?

– И то и другое. Вы над всеми смеетесь, на вас нельзя положиться.

Она замолчала и, вся красная от волнения, торопливо пошла в другую сторону.

Фергюсон смотрел ей вслед.

– Ну и девушка!

– Он помолчал.

– Что с вами, мсье Пуаро? О чем вы так глубоко задумались?

– Размышляю, только и всего.

– Попробую-ка я напасть на старую каргу. Если мне удастся восстановить ее против себя, это поможет уговорить Корнелию.

Он повернулся и отправился в салон. Мисс Ван Скулер гордо восседала на своем обычном месте и вязала. Фергюсон направился прямо к ней. Эркюль Пуаро незаметно проскользнул в салон и сел на почтительном расстоянии, погрузившись в чтение.

– Приветствую вас, мисс Ван Скулер.

Она подняла голову и с минуту разглядывала его, затем ответила ледяным тоном:

– Добрый день, - и снова принялась вязать.

– Послушайте, мисс Ван Скулер, у меня к вам важное дето. Я буду краток. Я хочу жениться на вашей кузине.

Мисс Ван Скулер уронила клубок шерсти, и тот стремительно покатился через весь салон.

– Вы, должно быть, лишились рассудка, молодой человек, - сказана она грозно.

– Вовсе нет. Я решил на ней жениться и попросил ее руки.

Мисс Ван Скулер оглядела его с холодным любопытством, как будто перед нею возникло странное насекомое.

– Ах, вот как? И она согласилась?

– Нет, она отказала мне, но я буду настаивать до тех пор, пока она не согласится.

– Должна предупредить вас, мистер... я не знаю вашего имени...

– Фергюсон.

– Мистер Фергюсон, - с отвращением повторила она, - я предприму все меры к тому, чтобы помешать вам преследовать мою кузину.

Мисс Ван Скулер, дрожа от бессильной злобы, встала.

В это время Пуаро выглянул из-за журнала, поднял моток шерсти и галантно подал его старой даме.

– Благодарю вас, мсье Пуаро. Мне нехорошо. Этот наглец...

– Да, он несколько эксцентричен, испорчен воспитанием, - и небрежно добавил:

– Вы его узнали, разумеется?

– Узнала?

– Да, он не называет своего титула из-за передовых идей, которых набрался в Оксфорде.

– Титул?
– отрывисто переспросила мисс Ван Скулер.

– Разумеется, это же молодой лорд Доулиш. У него огромное состояние.

– И вы давно это знали?
– спросила мисс Ван Скулер. Лицо ее ясно говорило, какие противоречивые мысли вызвало это сообщение.

Пуаро пожал плечами:

– Я видел фотографию в газете и обратил внимание на сходство. Потом я нашел кольцо с печаткой и изображением гербового щита. Уверяю вас, это именно он.

Наконец, она удалилась, горячо поблагодарив его. Он снова помрачнел и сидел в глубокой задумчивости, покачивая головой и повторяя:

– Да, все совпадает.

25

Его раздумья прервал Рэйс:

– Где же вы, Пуаро? Через десять минут к вам пожалует Пеннингтон.

Пуаро быстро поднялся с кресла.

– Пожалуйста, разыщите и приведите ко мне молодого Фантора.

Рэйс удивленно посмотрел на него и вышел. Пуаро направился в свою каюту. Рэйс и Фантора явились почти одновременно с ним. Пуаро пригласил их сесть и предложил сигареты.

– Итак, мсье Фантора, приступим к делу! Если не ошибаюсь, вы носите такой же галстук, как мой друг Хастингс.

Джим Фантора перевел взгляд на свой галстук.

– Это галстук члена клуба "Старая Англия".

– Совершенно верно. Я хоть и иностранец, но хорошо разбираюсь в правилах и обычаях англичан. К примеру, я знаю, что есть поступки, которые "допустимы", и есть которые "недопустимы".

Джим Фактора усмехнулся.

– В наше время, сэр, так уже не говорят.

– Неважно, обычаи сохраняются и по сей день. Галстук клуба "Старая Англия" - это все еще галстук именно этого клуба. И есть определенные поступки (я знаю это по собственному опыту), которые человек, носящий такой галстук, не совершает. Человек в таком галстуке, мсье Фактора, ни за что не вмешается без спросу в сугубо личный разговор незнакомых ему людей.

Фантора удивленно молчал.

– Но в один прекрасный день, мсье Фантора, - продолжал Пуаро, - вы поступили именно так. Несколько человек спокойно занимались своим делом в салоне. Вы встали неподалеку от них, явно прислушиваясь к их разговору, а потом вдруг подошли к ним вплотную и обратились к мадам Линнет Дойль, выразив одобрение ее деловой смекалке.

Джим Фантора отчаянно покраснел. Не дожидаясь возражений, Пуаро продолжал:

– Этот ваш поступок, да еще то, что вы слишком молоды и вряд ли можете себе позволить такое дорогое путешествие (вы ведь член ассоциации юристов, а там платят не столь уж щедро, не правда ли?), заставили меня задать себе вопрос: каковы причины вашего пребывания тут.

Джим Фантора судорожно дернул шеей.

– Я отказываюсь давать вам какую бы то ни было информацию, мсье Пуаро. Вы, должно быть, сошли с ума!