Чтение онлайн

Боже, как трудно восстановить дыхание и унять растревоженное сердце. Так и кажется, стук его слышен далеко. Однако Тамара следов моего проникновения в квартиру не заметила. А то, что это была она, сомнений не вызывало, хотя я видел из своего укрытия лишь ноги да подол юбки. Судя по всему, она была сильно взволнована. То ходила бесцельно, то опускалась на диван и начинала нервно пристукивать по нему ладонями. Несомненно что-то произошло, причем из ряда вон выходящее, иначе зачем ей покидать работу. Наверное, ожидалась встреча, вот только деловая или с любовником? А если она заболела и будет несколько дней безвылазно находиться в квартире? Что делать тогда мне? Сохнуть от голода, мучиться от жажды и покрываться пылью? Перспектива кошмарная. Уж лучше отсидеть положенное по уголовному кодексу за проникновение в чужое жилище. Вот уж крепенько вляпался в погоне за истиной и справедливостью!

Зазвонил телефон. Тамара резко поднялась и направилась в прихожую. А я, задерживая дыхание, приготовился слушать разговор, глубоко досадуя, что не успел поставить «жучка», и теперь предстояло только по фразам Тамары догадываться, о чем пойдет речь.

— Да-да, пришла, — с явным недовольством выговорила она кому-то.

Затем настала длительная пауза. Тамара, видимо, внимательно слушала.

— Мы на такую сумму не договаривались, — отрезала наконец.

Вновь пауза, но короткая, и Тамара уже с возмущением произнесла:

— И вообще, что это за шантаж!

Мне казалось, она сейчас бросит трубку, но Тамара продолжила, заставив меня насторожиться:

— Кстати, мне незачем очки втирать, я догадываюсь, что на самом деле произошло на даче Окунева, — она шумно перевела дыхание и отрезала: — Получишь столько, сколько дам. Соглашайся и на работе больше меня не донимай телефонными звонками!

Только теперь Тамара бросила трубку и заметалась по комнате.

— Ишь как всем больших денег хочется! — выговорила она неизвестному оппоненту. — Перебьешься! На крючке у меня, на крючке! Чуть чего — и сдам. Не докажешь, что мы о чем-то договаривались. Вранье! Зависть!

Тамара прерывисто вздохнула и убежала на кухню. Я слышал, как хлопала дверца холодильника, как булькала, выливаясь, какая-то жидкость. Можно было предположить, что дама лечила нервы самым распространенным народным способом. Вернулась она вполне успокоенная. Присела на диван и стала гладить обеими руками загорелые икры своих ног. Видимо, этот массаж приносил ей умиротворение. Она даже прилегла, но находилась в горизонтальном положении недолго, минуту, не более. Поднялась и направилась в прихожую. Закрутился диск телефона. Интересно, с кем ей приспичило пообщаться после предыдущего кроткого, но нервного разговора.

— Алло, Верочка, — заставила она меня замереть, произнеся знакомое имя. — Приходи, поговорим. Да, ко мне домой. Жду. Поторопись.

Мне стало даже любопытно в моем скрюченном положении под диваном. Если это Верочка из комитета по экологии, то беседа между ними явно о пустяках не пойдет. Тамара, ясно, начнет на кого-то жаловаться. Бывшая коллега станет давать советы. Наверняка вспомнят покойного начальника и уж несомненно попотчуют друг друга версиями об убийстве. Так что имелась возможность разжиться ценными сведениями. Выходит, не зря провожу время под диваном, лишь бы не обнаружили.

Время текло для меня томительно. Не очень-то приятно находиться в одной позе, уже онемела нога и хотелось пошевелиться. Но Тамара словно приросла к дивану. Хоть бы ей приспичило в туалет. Потому-то звонок в дверь прозвучал для меня как сигнал к перемене своего неудобного положения. Тамара поспешила в прихожую, а я зашевелился.

— Вера, это ты? — послышался голос хозяйки квартиры, по-видимому, смотревшей в дверной глазок.

— Боже, к чему этот маскарад?! — проговорила она уже потише и защелкала замками.

Экономя на дыхании, я окончательно притих. Сейчас для меня начнется самое занимательное. И оно началось с неожиданного вскрика Тамары:

— Ой, кто вы?

— Тихо, молчи, — прозвучал в ответ грубоватый женский голос и приказал: — В комнату, быстро!

Я видел две пары ног. Одни полноватые, уходившие под зауженную книзу черную юбку, пятились в моем направлении. Другие, более стройные, обутые в красные туфельки, двигались за ними. И… мне не сразу поверилось: чуть выше колен эти изящные ножки прикрывало платье розового цвета. И даже по той части его, что попадало в поле моего зрения, можно было с уверенностью констатировать: это то самое, от Юдашкина.

— А Верочка где? — испуганно спросила Тамара, шлепаясь на диван.

— А это еще кто такая? — сурово поинтересовалась в ответ незваная гостья.

— Она сейчас должна подойти, — сообщила Тамара, как будто хотела этим испугать ворвавшуюся в квартиру незнакомую женщину.

— Пусть подруливает, я надолго не задержусь, — пришелица зловеще хохотнула, ее правая рука, доселе невидимая мне, опустилась и сразу стало как-то не по себе: длинные дамские пальчики сжимали рукоятку пистолета с глушителем. Еще, что сразу бросилось в глаза: на правом запястье синели наколотые две буквы «С».

Ситуация складывалась самая щекотливая, что зовется «переплетом». Как милиционер и как мужчина я был обязан прийти на выручку попавшей в беду хозяйке квартиры, но в то же время сознавал, что сделать подобное мне не удастся. Я сам себя загнал в ловушку, и стоило только обозначить свое присутствие, как получу первую пулю от несомненно обладающей не только хладнокровием, но и решительностью дамы в розовом. Лучший вариант в моем положении — это затаиться. Возможно, происходило обыкновенное ограбление и до крови дело не дойдет. И как бы в подтверждение моей мысли непрошеная гостья потребовала:

— Деньги гони!

— Какие деньги? — пролепетала в ответ Тамара, а я недовольно поморщился: неужели надо нервировать грабителя и ставить выше собственной жизни хрустящие бумажки!

— Не притворяйся! А ну шустри и не думай хитрить! — рука с пистолетом исчезла из поля моего зрения.

— Я сейчас, сейчас… — заикаясь, проговорила Тамара, и полноватые ножки, заплетаясь и спотыкаясь на ровном месте, отдалились от меня к противоположной стене, где находился шкаф с дверцами и врезными замочками.

— Вот, возьми, — послышался Тамарин голос.

В ответ прозвучало грубо и предупреждающе:

— Ты мне дуру не гони! Где остальные? Где валюта?

Я не видел лица Тамары, но представлял раздвоенность ее чувств: умирать не хотелось, но не хотелось отдавать и все требуемое.

В следующее мгновение грабительница, видимо, ударила или толкнула хозяйку квартиры так, что та отлетела на диван, и принялась выкидывать на пол содержимое шкафа. То, что искалось, нашлось очень быстро. Скорее всего, хранилось между каких-то бумаг и, будучи выброшенным, рассыпалось по полу. Одна бумажка, достоинством в сто долларов, залетела под диван. Вот уж полный «невезун»: возьмет и заглянет, и нажмет от неожиданности на спусковой крючок. Смерть, далекая от героической…