Чтение онлайн

То, на что указывал человек, называя пищей, без труда было опознано людьми. Мертвый дикарь, один из племени, покоился на подвешенной к потолку грубой лежанке. Сомнений не было, они питались трупами соплеменников, чтобы выжить. Заунывный мотив, что они тянули до прибытия людей, был чем-то вроде обряда прощания с усопшим, прежде чем употребить его тело в пищу.

Люди содрогнулись от ужаса, отвращения и сожаления. Как должно быть тяжело людям, что они докатились до поедания покойников. Видимо не было у них возможности добыть достаточно пищи для существования. Оставалось лишь поражаться, как они вообще сумели дожить до этих дней.

Бросить их на произвол судьбы люди не могли. Дикарей было около десятка, они слабы и напуганы, поэтому вряд ли смогут оказать серьезное сопротивление, даже если и попытаются. Оставить их здесь, значит обречь на верную смерть. Таких худых и изможденных тел они не встречали даже у дикарей-одиночек, немало которых повстречалось им за время плавания. Одиночки как-то приспособились добывать пищу, найденная группа если и умела делать это, то в недостаточном объеме.

Капитан принял решение. Сделав знак дикарям следовать за ним, он пошел прочь от этого страшного места. Дикари безропотно подчинились приказу, засеменили следом, оглядываясь на подвешенный к потолку труп, то ли прощаясь с соплеменником, то ли с ужином. Боязливо поглядывая на окруживших их людей, переговариваясь между собой тревожной скороговоркой

На крыше экипаж взял дикарей в плотное кольцо, чтобы ни у кого не возникло соблазна прыгнуть в воду, и искать спасения на других чердаках окраинного микрорайона. Но, пленники были настолько слабы, истощены и напуганы, что не помышляли о бегстве, безропотно следуя за пленившими их людьми.

Один из матросов, по приказу Гетакса, спустился на плот, откуда взял семь кусков вяленого мяса ящера, как раз по числу пленников. Но, предложенное дикарям мясо поначалу не произвело должного эффекта. Они не смотрели на мясо, словно его и не было вовсе, хотя жадно шевелящиеся ноздри говорили об обратном. Они прекрасно видели предложенное угощение, осязали его запах, но боялись.

И тогда окружившие их люди отступили в сторону, не стесняя более дикарей, не давя на них близким присутствием. Тесный круг многократно расширился. Экипаж отошел к краю крыши, наблюдая за происходящим, продолжая контролировать весь периметр крыши на случай, если кто-нибудь попытается бежать.

Но у дикарей и в мыслях не было ничего подобного. И если вначале, находясь в плотном окружении чужаков, они старательно не замечали угощения, теперь все изменилось. Их глаза жадно вперились в куски мяса. Они продолжали бояться, по инерции, хотя люди и отошли на приличное расстояние.

Но, голод оказался сильнее страха! Один из дикарей медленно опустился на корточки, его рука неспешно, с опаской, потянулась к мясу. И вскоре приличный кусок вяленого мяса оказался в его грязных руках. Не мешкая более, он впился в угощение зубами, сопя и причмокивая.

Следуя примеру соплеменника, остальные дикари с жадностью набросились на мясо, разрывая его привычными к жесткой пище зубами. Поглощенные едой они совершенно забыли страх. Они забыли вообще обо всем, всецело поглощенные утолением терзавшего их много дней голода.

Смотреть на дикарскую пирушку было мучительно больно. Когда-то они были обычными людьми, которые любили вкусно поесть, и красиво одеться. Кошмарный мир ставший реальностью убил в них все человеческое, превратив людей в облаченных в лохмотья нелюдей, питающихся чем придется, даже себе подобными, ради продления своего беспросветного существования.

Стараясь не смотреть на пиршество дикарей, люди занялись приготовлением ужина, поджаривая на костре нарезанное ломтиками вяленое мясо, запивая жаркое водой из фляжек.

После ужина капитан собрал экипаж не занятый охраной пленников, для совета. Решался вопрос о дальнейшей участи деградировавших людей. В отличии от дикарей-одиночек, неоднократно встреченных ими ранее, эти были не совсем безнадежны. Они не утратили окончательно присущих человеку черт. Находясь в группе, они лучше противостояли безумию, чего, в одиночку, сделать было практически невозможно. Конечно, они повредились рассудком, но их еще можно было попытаться вернуть к нормальной жизни. Еще не все потеряно. Но, действовать нужно немедленно, не оставлять их здесь одних. Иначе безумие окончательно завладеет их рассудком, и тогда возврата к нормальной жизни не будет. Нужно забрать их с собой, чего бы это ни стоило.

Гетакс знаками пригласил дикарей на плот, не особенно рассчитывая на то, что они откликнутся на его приглашение. Так и случилось. Дикари в ужасе попятились, оглядываясь по сторонам, выискивая брешь в рядах людей, чтобы попытаться удрать. Но, бежать было некуда. Кольцо людей по приказу капитана вновь сомкнулось вокруг них, не оставив дикарям ни малейшей лазейки. А затем люди набросились на дикарей, повалив на крышу.

Не прошло и минуты, как все было кончено. Дикарей было вдвое меньше, они были истощены и ослаблены, и не могли достойно противостоять нападавшим, несмотря на отчаянное сопротивление, удесятерившее силы. Вскоре они, связанные по рукам и ногам, лежали на палубе плота, в ужасе вращая глазами по сторонам, испуганно переговариваясь между собой.

Задание Совета выполнено. Можно возвращаться домой с подробным докладом об увиденном, картой помеченной жирным кругом, и множеством крестиков, с пленниками на борту, которым со временем надлежало снова стать людьми.

Едва над морем сверкнули первые лучи просыпающегося светила, люди были на ногах. Нужно поторапливаться, чтобы успеть многое сделать за день, обещавший стать очень насыщенным. После завтрака, состоящего из вяленого мяса морского ящера, обжаренного на костре, люди отправились в путь, угостив жареным мясом и дикарей. Дикари ничего не имели против жаркого, и, судя по удовольствию, отобразившемуся на их лицах, угощение им пришлось по вкусу.

Как не велико было желание прямиком отправиться на базу, люди вынуждены были отложить возвращение еще на сутки. Помня об обещании найденной колонии обязательно навестить ее по возвращении обратно.

По дороге удалось добыть морского ящера, позарившегося на кусок вяленого мяса, подвешенный на крюк впереди плота. Удачная охота вызвала восхищение пленников, смешанное с суеверным ужасом. Им явно не доводилось видеть прежде ничего подобного.

Видя могущество чужаков и их дружелюбное отношение, дикари успокоились, перестав испуганно озираться, и постоянно что-то лопотать на своем непонятном языке. А когда каждому дали по приличному куску свежатины, на их глазах добытой из морских глубин, они стали смотреть на людей с нескрываемым восхищением, каким домашняя собака смотрит на любимого хозяина.

Дикарям развязали руки, но ноги продолжали держать связанными, на всякий случай. И хотя дикари не предпринимали попыток сбежать, свыкнувшись с положением, в котором оказались, излишняя предосторожность никогда не бывает лишней. Они перестали бояться людей, но их могла напугать какая-нибудь хищная тварь, некстати вынырнувшая на поверхность поблизости от плота. Страх перед хищником мог подвигнуть дикарей на необдуманный поступок. Напуганные монстром, они могли сигануть за борт, где полно зубастых тварей, бороздящих море в поисках добычи.