Чтение онлайн

Именно «А-ля итальяно» стал местом нашего с ним второго свидания. И серьезного пари. Мы поспорили, кто больше всего знает слов на букву а. Разумеется, я проиграла. Пришлось дарить ему французский поцелуй под этой нелепой пластиковой плакучей ивой со светящимися фиолетовыми и синими листьями, установленной на первом этаже торгового центра.

Миша помог мне снять пальто, разделся сам, и мы уселись за свой любимый столик у окна, выходящего на сквер у банка. Даже не стали глядеть меню, зная его практически наизусть. Мужчина сразу же подозвал официантку и сделал наш обычный заказ: лазанья, чай с мятой и лимоном, малиновый чизкейк.

А я глядела в окно на заметенные снегом газоны, черные ленты асфальта между ними, голые и унылые ветви высоких деревьев, застывшее серое небо, и чувствовала себя совершенно опустошенной и несчастной.

По какой такой злой прихоти судьбы я полюбила именно этого мужчину да еще и не сумела позабыть? Зачем сейчас ворошу наше с ним прошлое, вспоминая дни, когда приходили сюда?

… Еще и назвал меня ветреной? Хотя… Если взглянуть на случившееся его глазами, то наше расставание воспринимается как верный признак наличия у меня этого недостатка.

— Тебе не кажется, что между нами назрел разговор? Даже не назрел — нагноился? — спросил предмет моих невеселых дум.

Я повернулась к нему. Воронов выглядел расслабленным и будто чуть отрешенным, в темных глазах, изучавших меня, не было ни насмешки, ни холода, ни тем более гнева. Но чувствовала, что он напряжен, готов действовать решительно.

— Да, — согласилась, весьма кстати вспомнив, что кое-какой вопрос действительно требовалось обсудить. Правда, касался он не того, о чем Миша, кажется, намеревался поговорить.

В любом случае, на откровениях и ретроспективах лежит табу. Никаких обсуждений нас с ним. Никогда.

— Чудесно. — Он тут же подался вперед, положив руки на стол, от ставшего цепким, серьезным взгляда похолодело сердце. — Я давно…

— «Три короля» вернули нам аванс, внесенный за корпоратив, — поспешила перебить я, глядя в его лицо хладнокровно, предупреждающе. — Я узнала вчера сумму в бухгалтерии. А заодно и бюджет, на который можем рассчитывать. Мы всех трат ведь так и не рассмотрели. По-моему, настало время распределить расходы.

Взгляд карих глаз напротив стал колючим, жестким, губы плотно сжались. По моей спине побежали мурашки, а мышцы напряглись. Противостояние и провокация — видишь, милый, теперь и я играю по твоим правилам.

— Значит, деньги. Презренный металл и бумага. Его достаток и нехватка, — резюмировал холодно. Добавил после паузы:

— Знаешь, Леся, на твоем бы месте я серьезно задумался.

— И о чем же? Где найти диджея подешевле?

На скулах мужчины желваки заходили. Он пояснил с нажимом:

— Задумался бы, насколько хватит моей выдержки.

— На ее отсутствие ты никогда не жаловался. Ты у нас прямо-таки ледяная глыба, — промолвила тихо мгновение спустя, вновь отвернувшись к окну, за которым громко щебечущая стайка воробьев облепила едва не стучащиеся в стекло ветви тополя. Вот уж кому сейчас весело и свободно…

Воронов промолчал, а под потолком ресторана будто грозовой фронт повис, пуская по коже электрические разряды и делая воздух густым и душным.

Минут через пять, проведенных в молчании, наш заказ принесли, и мы взялись за столовые приборы.

Кусок в горло не лез, кажется, не мне одной. Миша был бесстрастен, подчеркнуто вежливо спросил, как мне лазанья и не хочу ли я еще чего-нибудь. Но я знала его достаточно хорошо, чтобы быть уверенной: за внешней невозмутимостью сейчас бурлил адов котел. И центром круговорота кипятка была я.

Мы лениво ковыряли вилками в своих тарелках, а потом Воронов все же приступил к обсуждению бюджета корпоратива.

Как ни странно, но разговор о деньгах и их распределении нас увлек и в какой-то степени примирил. Впрочем, мы и не ссорились… Оплата ужина чуть было снова не развела нас по разные стороны барьера. Миша получил счет и расплатился с официанткой карточкой, сверкнув глазами, когда я потянулась к сумочке.

— Леся, еще движение, и я тебя прилюдно отшлепаю, — предупредил не то в шутку, не то всерьез.

Я нахмурилась, а после решила отпустить ситуацию. В конце концов, кто мне мешает вернуть ему деньги и месяцы спустя? Здешние цены прекрасно знаю…

Воронов расслабился и на обратном пути к машине вовлек меня в спор о том, просить ли биг босса добавить еще средств и каким образом урезать ту или иную статью расходов.

Да уж, давно не щекотала себе нервы жаркой полемикой с ним.

Когда Миша подвел меня к черной «Ладе-Приоре», то с иронией констатировал:

— Леська, тебе ни в коем случае нельзя бюджет доверить. Если следовать твоей логике и в домашнем хозяйстве, стиркой будет заниматься мыло, холодильник заменит ледник в подвале, а воду сами натаскаем.

— Не утрируй, — поморщилась я, усаживаясь в машину. — Если слушать тебя, то все деньги надо спустить на феерию и удобства. Вот кому нужна доставка автобусом после корпоратива?

Воронов наклонился ко мне, не спеша закрывать пассажирскую дверь.

— Экономная ты моя, — снисходительно усмехнулся, обжигая бесовскими искорками во взгляде. — Прежде всего тем, кто сам уйти не сможет.

Путь нам предстоял неблизкий. Пока толкались в городских пробках, неспешно обсуждали программу корпоратива.

Воронов не разочаровал. Впрочем, глупо было ожидать от него этого, работоспособность Миши и его привычка браться за дело основательно всегда служили примером и вдохновляли. Выяснилось, что на вечер найден тамада, уже даже предложивший на рассмотрение сценарий (Миша обещал его скинуть в наш чат во «ВКонтакте»), есть возможность запуска фейерверков, ведь рядом берег водохранилища. Общий сбор сотрудников планируется от четырех до пяти вечера, а обратно в город желающих повезет автобус, который подъедет в 23:00.

— Пока не ясно с меню и едой, но, думаю, сегодня это обсудим с владельцем и решим. Как говорится, был бы зверь, а шуба за ним не заржавеет.

— Жестокая параллель, — хмыкнула я.

— Жестоко людей привезти в тьмутаракань и не накормить. Это даже бесчеловечно, пусть и условия человеческие в безлюдных окрестностях.

Я не удержала смешок, услышав этот каламбур. Уловила довольную ухмылку своего напарника.

Последний муравейник городского микрорайона, напоминающий собранный ребенком лего, остался позади. Мы вырвались на шоссе, которое, словно фантастические моря, омывали с двух сторон заснеженные поля, изредка разбавляемые украшенными серебристыми уборами перелесками.