Чтение онлайн

— Началось! — неожиданно прокричал третий и спустя секунду относительную тишину прорезала пулемётная очередь.

Досталось и игроку.

Вы оглушены

Срок действия дебафа: 9…8…7 секунд

По истечении времени, к Горпео вернулся слух и контроль над телом. Видимо, отсутствие последнего и сделало дебаф таким коротким. Отпрыгнув от пулемётчика чуть вправо и выглянув из-за стенки, он увидел странный фиолетовый дым, медленно наполняющий объём воздуха примерно метр на два, а потом с громким хлопком превращающийся в существо, похожего на тибетского мастифа формой и размером. За то время, что он смотрел на превращение, ещё два куска территории у самой горы, что отвесно устремлялась ввысь, заволокло дымом. Видимо, это и есть те самые дроги.

Горпео, несмотря на всё усиливающийся страх, достал из инвентаря свой автомат нацелил на только-только появившийся дым, снял оружие с предохранителя и нажал на спусковой крючок. Попал, что по неподвижной цели было не трудно, но видимого эффекта это не произвело.

— Не стреляй по основе, — крикнул ему солдат справа, первый, — это бесполезно.

Лишь кивнув на это, так как драть горло в попытке переорать пулемёт смысла он не видел, игрок стал ждать полной стадии. Вот только как он ни старался, попасть ни в одного из шести дрогов из автомата не получилось. При этом ещё и потратил полтора магазина. От его пуль они уворачивались как будто с издёвкой, пусть на лицах, покрытых чуть ли не сплошной костью этого и не отражалось. Зато его товарищи по обороне были куда как более успешны. Больше всего урона наносил, естественно, пулемётчик, расходуя патроны пачками. Но никаких пачек радом с ним не было, да и просто пулемётные ленты нигде не лежали, не говоря уже о перезарядке. Третий шпарил и шпарил как не в себя, будто боезапас у него был бесконечным, как в старых шутерах начала века. А может, так оно и было, ведь НПС-персонажи в этой игре развивались точно так же, как игроки, и он вполне мог прокачать на максимум боезапас. И не только его, судя по ярко-красным чёрточкам, на сверх высокой скорости максимально точно вонзающимся в тела дрогов.

Автоматчики же как будто подгоняли существ под одну сплошную пулемётную очередь, стреляя по лапам и практически не целясь по голове. С чем это было связано Горпео не знал, но даже просто попасть в какое угодно место у него не получалось. И постепенно, с каждым убитым дрогом, игрока всё сильнее охватывала злость и вместе с тем всё слабее становился страх. Уже после первого существа, разорванного на клочки дыма, ушёл буквально животный ужас, ощущаемый за считанные секунды перед окриком пулемётчика, и после каждой новой смерти становилось всё легче. А вот апатии не ощущалось вообще. Она как будто ушла насовсем, не выдержав сильных эмоциональных потрясений. Но Горпео знал, что это очень обманчивое чувство. Да, может быть, прямо сейчас она и не нашёптывала свои очередные уговоры, но стоит только обстановке вокруг прийти к норме, и апатия обязательно вернётся. И не просто вернётся, а ворвётся с обвинениями и упрёками.

Дроги закончились как по расписанию. Рёв пулемёта стих, зашуршали пустые автоматные магазины, падая на снег, щёлкнули новые, вставая на своё положенное место. Горпео не мог не отметить, что оружие его невольных напарников — хотя тут больше он сам нежданный у них — куда круче того, что он получил на старте. У них и магазины больше, и стволы визуально толще, и приклады будто вырезанные из камня, и вязь странных символов, напоминающих и скандинавские руды, и алфавит хинди, и египетские иероглифы, по цевью. Да и в целом, по внешнему виду, с его практически полностью пластиковой дешёвкой не сравнятся. И патроны для таких супер-винтовок наверняка особенные, повышенные по характеристикам. И, в сочетании с собственными умениями автоматчиков, которые явно были и были неплохими, это и давало эффект, продемонстрированный солдатами.

Проанализировав факторы огневой мощи защитников деревни, Горпео приуныл. До такого уровня ему ещё качаться и качаться. Он уже не был уверен, что за год сможет найти себе здесь прибыльное занятие по душе… или хотя бы просто прибыльное. Но стремиться к этому он точно будет. Сумев разложить эмоции, возникшие во время этого неудачного для него боя, игрок сумел вычленить одну, существовавшее всего пару секунд, а потом безжалостно вытесненное злостью. И имя этой мимолётной эмоции — азарт. И, возможно, сумев поймать и приручить его, будущий лекарь сможет, наконец, получить удовольствие от жизни. И ради этого он готов качаться сутками напролёт. И все те вечера, что его захватывала апатия, он сможет наконец забыть как страшный сон и больше не придётся придумывать себе идеальную, невозможную к осуществлению жизнь… Лишь бы сейчас не на придумывать ещё более идеальный мир, в которой он сокрушает рейд-боссов одним движением мизинчика левой ноги, а боги игры падают к его ногам и просят пощады при очередном переделе пантеона, затеянным им от скуки…

— Новая волна на подходе, — вывел его из ступора голос пулемётчика.

Игрок выглянул из-за парапета, как он решил называть эту невысокую стенку, и увидел уже знакомый фиолетовый дым, постепенно сгущающийся в немаленьких собак. Снова пришёл страх, окутывающий, будто тёплое одеяло, с головой. Поддавшись ему, Горпео нажал на спусковой крючок, шесть пуль пролетели сквозь дым и высекли крошево из стены, как и все его патроны до этого. Услышав справа недовольный стон, он помотал головой в надежде отогнать всё усиливающийся внутренний ужас. Помогло не сильно, зато получилось вспомнить про азарт, и весь отрезок времени, что солдаты чётко и целенаправленно кропили в мясо дрогов, он старался его почувствовать снова. Но то ли специально это было невозможно, то ли игрок делал что-то не так, но даже слабой искорки, призрака искомого чувства, выцепить не удалось. Разозлённый, он специально отправил последний патрон магазина наискосок от себя, в небольшой выступ в каменной стене, и… попал. Дрог, по виду обезумевший от пулемётной очереди в морду и, вероятно, в надежде уйти от пуль, вонзавшихся в задние лапы, шагнул чуть вперёд и пуля игрока вонзилась ему под левый глаз. Сам он этого, конечно, не заметил, очень уж быстро перемещалась тварь в пространстве, но системка, пришедшая почти сразу после выстрела, сообщила и о начислении трёхсот очков опыта, и о месте попадания. Горпео поспешил перезарядиться, но пока он снимался магазина, наполнялся через интерфейс из коробок и ставился обратно, прошло секунд десять и от дрога остался лишь туман. От злости игрок бросил винтовку в снег.

— Эй, ты чего! — тут же воскликнул солдат справа от него. — Оружие не виновато, что ты такой мазила.

— Да не мазила, в том и дело, — тусклым голосом пробормотал Горпео, опускаясь на снег. — Попал я, а вы его убили до того, как я смог попасть в него ещё раз.

— Да когда бы это ещё было, — махнул рукой подошедший с левой стороны от пулемётчика автоматчик, — Или ты думал, что дроги встанут по стойке смирно и дадут себя расстрелять?

— Нет, я…

— А раз нет, то должен был ощутить давящее чувства страха. Ощутил?

— Да, и…

— Ну а раз ощутил, то и понять должен был, что именно дроги являются его источником. И с каждым новым пришедшим страх только растёт. Чем раньше мы убьём их, тем меньше вероятность, что они прорвутся в деревню. А ты — балласт, который, спасибо Крунду, не сильно мешает.

— Не слишком ли жёстко с парнем, Гравик? — спросил у того пулемётчик. — Уже второй раз за день ты называешь его балластом.

— Что заслужил, пусть то и получит, Кром, — без какого-либо негатива обернулся к подошедшему Гравик. — Пока он просто расстреливал камень, я молчал, не мешает — и то хорошо. Но Сиш прав, оружие ни в чём не виновато, а если есть проблемы с головой, то их надо лечить, — отчеканил автоматчик и повернулся к игроку: — Не боись, парень, это только с виду дядя Гравик злой и неприветливый, на деле же он самый меткий стрелок этой деревни.

— И самый хвастливый её житель, — хмыкнул Сиш.

— А кто, если не я? Правильно, никто, — ответил сам себе солдат. — Самое главное парень… кстати, как твоё имя будет? А то как-то неудобно через парня.

— Горпео я.

— Так вот, Горпео, самое главное у тебя есть, оружие держишь правильно, целиться умеешь, стрельбы не боишься. Остальному можно и научить, было бы желание.

— Есть желание!

— Ну вот, значит, научишься. А сейчас подними оружие и осмотри его. Мало ли куда снег попал.

Слова Гравика были приятны Горпео. Всё же не зря он в своё время уговорил отца положительно проголосовать за введение в их классе уроков начальной военной подготовки. И, сдаётся ему, с каждым годом всё больше и больше школьников, даже девочек, захочет ходить на них. В играх, подобной этой, знания и навыки, получаемые на НВП, бесценны.

Подняв винтовку, игрок внимательно осмотрел её и нашёл снег в затворе и стволе, правда, очистить его было нечем. В инвентаре в разделе материалы зияла голая пустота, а вокруг был лишь всё тот же снег, камни да медленно исчезающие гильзы от патронов.

— Вот, возьми, — притянул ему пулемётчик странную короткую тонкую зелёную палочку, тёмную у основания и светлую на конце. — Он и от загрязнений очистит, и лёгкий ремонт осуществит.

— Он?

— Прок, — пояснил Кром, — так его здесь называют.

Горпео кивнул. Похоже, такими палочками ему какое-то время придётся пользоваться. А если такие есть и в других локациях, то всю игру. Значит, надо разобраться, как ими пользоваться, и как можно скорее.

Открыв окошко свойств винтовки, игрок с минуту изучал написанную там информацию.