Чтение онлайн

— Хочу, — поспешил ответить Горпео. — Очень хочу.

Кто знает коменданта, может и вправду не даст задание. А то, что здесь именно задание, игрок был уверен на все сто.

— В таком случае отправляйся на юг. Давай карту, поставлю точку.

Оповещение о задании не появилось, что ввело парня в ступор. Зачем же тогда вызывать в кабинет через солдата, да ещё по пути пугать стражем?

— Это всё? Я тогда пойду? — спросил Горпео, получив планшет с пометкой обратно.

— Нет, не всё, — покачал головой комендант, встал из-за стола и подошёл к левой от игрока стене, абсолютно пустой.

Вздознув, он провёл через всю стену рукой, странно перебирая при этом пальцами, будто играя не невидимом пианино. Раздался щелчок, снизу из пола вылез сейф. С минуту покрутив ручку в центре передней стенки в разных направления, Сартур открыл дверцу и достал оттуда серебристый квадратик без какой-либо цепочки или ленты.

— Ты знаешь, что раньше на месте Куропаточьего ущелья обитали ящерицы? — задал неожиданный вопрос комендант.

— Нет, не знаю, — покачал головой Горпео. — Да и откуда бы?

— Теперь знаешь. Когда Нуравагаш отнял подарки у деревень, что были когда-то дороги Ашвари, а его новая младшая жена стала устраивать Жатвы, связь с внешним миром для несчастных жителей практически прекратилась. Постоянные снегопады и пришедший вместе с ними холод убили всё живое в окрестностях. Поля, леса, реки — всё это престало существовать вместе с растениями и животными, обитавшими в них. И тогда обе деревни взмолились Нуравагашу о пощаде. Нуравагаш не отвечал, жители умирали от голода, а выжившие использовали их тела в качестве хоть какого-то пропитания. По некогда цветущей долине поползли страх и отчаяние, всё ближе к ней подбиралась Хошеми, богиня страданий, чтобы за счёт двух деревень расширить свои владения. Нуравагаш, будучи, по своей сути, добрым богом, не мог позволить нарушиться балансу и просто так отдать жителей на растерзание хошемитам. Ведь были среди них и те, кто не был виноват в смерти Ашвари и даже не знал о готовящихся к применению заклинаниях против неё. Нуравагаш решил дать людям шанс, снял с себя свой богато украшенный жемчужинами пояс, сорвал с него десять камушков и раскидал по долине. Жемчужины, упавшие на землю, пробудили своей энергией подземное тепло, растопив снег и лёд, что успели образоваться там. Хошеми, уже считавшая эти земли своими, обратилась к Великому Балансиру, что следит за равновесием добра и зла в мире. Но Балансир признал право Нуравагаша на косвенную помощь, ведь бог не отменял свои или чьи-либо другие действия, а всего лишь давал шанс, которым ещё надо было воспользоваться. Там же, пред лицом Балансира, Нуравагаш разорвал свой браслет с десятью медными фигурками различных животных и пустил следом за жемчужинами. Хошеми от этого впала в ярость, забыла где находится и послала вслед за фигурками мощные сгустки энергии. Половину из них заблокировал Балансир и они вернулись к хозяйке, нанеся ей страшную рану, из-за которой она потеряла зрение. Её верные хошемиты, почувствовавшие боль своей богини, двинулись войной на своих соседей. Эти походы вошли в историю как Великая Война Ненависти, а саму Хошеми с тех пор стали называть Богиней Слепой Ярости. Но все сгустки остановил Балансир. Половина фигурок сгорела, не долетев до жемчужин и на тех местах, куда они должны были упасть, образовались небольшие, вечно свободные от влияния снега и льда, территории. Но те территории, куда фигурки всё-таки долетели, стали местом обитания какого-либо животного, которых люди могли убивать для своего пропитания. Нуравагаш подарил жителям деревень надежду, а символом надежды Прасунга стала куропатка.

С последними словами комендант протянул Горпео серебристый квадратик, явно предлагая взять его. Игрок не стал отказываться и в его ладонь перекочевал обжигающий сгусток чистой ярости. Вскрикнув, скорее больше от неожиданности, парень инстинктивно сжал ладонь. Сквозь неё пробивался чёрный свет, а терпеть огонь становилось труднее с каждой секундой. Но Горпео не разжимал пальцы и примерно через минуту ярость и боль сошли на нет. Одновременно пришло сразу два системных сообщения:

Поздравляем!

Вы выслушали третью награду народа ракси

Награда: + 0,5% к восполнению очков здоровья

Награды суммируются

и

Поздравляем!

Вы получили Серебряную медаль, часть набора «Надежда Нуравагаша»

Количество собранных частей: 1 из 5

— Ничего себе последний день Помпеи, — пробормотал игрок.

— У тебя есть шанс собрать все пять частей набора. Впрочем, можешь оставить и одну, сам разберёшься, как тебе будет лучше.

— Я могу идти?

— Иди. Не забудь про блокпост, ты уже ответил согласием.

Горпео с максимальной скоростью покинул кабинет, шарахнулся от стража и как можно быстрее сбежал по лестнице вниз к выходу. Очередь рассосалась, игрок без труда оказался на улице и, ни на кого не обращая внимания, плюхнулся в ближайший сугроб. Настигшая в полёте мысль, что куча снега может скрывать в себе какой-нибудь предмет неясных размеров, здорово поубавила его пыл, но сделать ничего уже было нельзя. К счастью игрока, сугроб оказался «чистым», а вот шипение и пар не появились, чему он искренне удивился. После соприкосновения с медалью Горпео казалось, что он весь горит. Снег помог избавиться от этого чувства, правда, ценой попадания во все возможные отверстия. Хотя бы оружие лежало в инвентаре и оказалось нетронутым.

— Эй, Горпео, ты так и будешь кайфовать в снегу? — раздался со стороны Гарнизона знакомый голос.

— Да я, собственно… — кое-как повернувшись в сугробе, пробормотал игрок, увидев Сиша в машине чёрно-синего в камуфляж цвета без верха.

— Ты на блокпост не собираешься?

— Собираюсь, а вы…

— И мы тоже. Едем, так сказать, четвёркой спасения.

Горпео внимательно осмотрел пассажиров машины. Из троих знакомым оказался только Сиш, хотя и остальных он уже видел. Сам солдат, оборонявший вместе с игроком северные подходы к деревне, сидел на переднем пассажирском сиденье. На месте водителя сидел парень со странной вариацией тюрбана на голове, завязанной, подобно защитной строительной каске, под подбородком. Задние пассажирские места оккупировал долговязый блондин с ярко-алыми глазами.

— То есть я — четвёртый?

— Именно так, — ответил водитель голосом курильщика с сорокалетним стажем, хотя больше тридцати дать ему было сложно. — И без нас ты вряд ли доберёшься до блокпоста.

— Сейчас, подождите минуту, — поторопился игрок выбраться из сугроба, — только снег отовсюду вытрясу.

Блондин поднял глаза к нему, демонстрируя своё отношение к ситуации, посмотрел на Сиша, вполголоса, но так, чтобы все слышали, проклял его лысую голову и сделал несколько пасов в сторону Горпео. Спустя секунду ему уже ничего не мешало сесть в машину.

— Так ты маг? — голосом, полным восторга, спросил игрок.

— Да, я маг, и зовут меня Киши…

— Я Пиккин, — представился водитель.

— … и это очень хорошо, что мы сразу на ты, — закончил мысль обладатель алых глаз.

— Почему? — не понял Горпео.

— Потому что мне шестой десяток идёт, но мы все одним делом заниматься едем, независимо от возраста.

Игрок ничего не ответил, потому что не знал, что сказать в этой ситуации, и просто сел в машину. Внутри, на удивление, оказалось очень тепло, отсутствие крыши совсем не ощущалось.

Дорога до блокпоста изобиловала резкими поворотами и обрывами. Но иначе доехать просто невозможно, как понял Горпео, слишком крутым получается прямой спуск от деревни, да и Куропаточье ущелье не слишком удобно для проезда своими скалами и льдинами. То, что вчера помогало, сегодня только мешало.

Неожиданно для самого игрока, его мысли пришли к ящерицам. Ведь комендант начал рассказывать легенду именно с них, а в итоге они оказались забыты. Может быть, в этом спрятан какой-то секрет? Вполне возможно, надо только каким-то образом выяснить это.

— Приехали, — вывел Горпео из мира собственных мыслей Сиш.

Блокпост чего-то выдающегося из себя не представлял: небольшой шестиугольный пятачок плоской земли между скал, обнесённый бетонным забором с колючей проволокой, по углам усиленный наблюдательно-оборонительными вышками. Основное назначение блокпоста, судя по плакатам, табличкам и растяжкам на воротах, таможенное. Да и проверяемый прямо сейчас караван из пяти грузовиков на внешнем въезде красноречиво указывал на это.

— Пополнение? — подошёл к машине кто-то явно из офицеров блокпоста.