Чтение онлайн

Досадливо вздохнула. Будут еще в ее жизни рассветы! Много. Не единожды сможет увидеть самую раннюю из птиц на утреннем небосклоне. Она просто устала сидеть целую ночь, терзаясь ожиданием.

Услышала долгий шумный вздох — и почти тут же мягкий удар об пол. Дернулась, оглянулась. Рамла завалилась набок возле лежащего Амади.

Накато подскочила, кинулась к ней. Ведунья дышала часто, неглубоко, прерывисто. Лоб влажно блестел, волосы слиплись от пота. Черты лица заострились. Зажженные ею в плошках угли потухли, легкие дымки больше не курились над ними. А она и не заметила перемены! Отвлеклась на размышления. И на желание выглянуть наружу, посмотреть на небо.

Охватила растерянность. Мало было бесчувственного Амади — теперь еще и шхарт без сознания! И что ей с ними делать?

Удалась ли, вообще, затея колдуна — или все напрасно? Сама она не знает, как проверить.

Пока Накато сидела на месте, терзаясь сомнениями — Амади пошевелился. Она кинулась к нему. Он приподнялся, обвел внутренность шатра мутным взглядом.

Он или уже нет?

— Воды, — шепнул пересохшими губами.

Накато кинулась к кадке, зачерпнула воды и поднесла. Придерживала плошку, пока он жадно пил.

— Ее тоже напои, — он кивнул на лежащую шхарт. — Если понадобится — силой. Она истощена, как бы не стало поздно, — смолк, закашлялся.

Девушка бросилась исполнять приказ. Что значит — как бы не стало поздно?! Он хочет сказать — ведунья может и умереть от перенапряжения?

Голос самого колдуна звучал глухо, сипло. Словно он сорвал голос долгим криком. Или простыл жутко. И она по-прежнему не могла понять: это все еще Амади, или тело его занято кем-то другим? Вроде бы он. Приказы отдает коротко, уверенно. Точно зная, что имеет на это право. Но Таонга и Бомани оба вели себя так же.

Не пытается прибить ее или позвать на помощь — но он все еще слишком слаб. Велел помочь Рамле — но кто знает, может, у шаманов тоже есть причины не позволить ей умереть.

Накато вливала воду между стиснутых зубов ведуньи, а мысли кружились потревоженными стервятниками.

– Это все еще я, - выговорил Амади.
– Не нужно так подозрительно сверкать глазами!

– Ты думаешь, я в чем-то тебя подозреваю, хозяин?

– Хозяин? Ты же называешь меня - мастер, - он нахмурился недоуменно.

Махнул рукой. Сам приподнялся, доковылял до кадки с водой. Зачерпывая ладонями, напился. Часть воды выплеснул себе на лицо и голову, шею и плечи, грудь. После подошел к выходу, откинул полог. Застыл, вдыхая свежий утренний воздух.

Накато перевела дух.

Да, это он. Напомнил ей, что она называет его мастером - он ведь сам велел когда-то так его называть. Да и вел себя привычно.

Она глядела на жесткую, ровно выпрямленную спину. Бомани никогда не застывал вот так. А Таонга не позволил бы себе просто стоять на пороге своего шатра и вдыхать свежий воздух. Не иначе, он считал подобное слабостью, недостойной шамана. А может, ему подобное было не нужно.

Посидев пару мгновений в оцепенении, Накато принялась прибирать шатер. Раскладывать по местам разбросанные вещи.

Ведунья лежала неподвижно. Это пусть - Амади лучше знает, как помочь ей.

Если не торопится - значит, время есть. Спохватившись, она перетащила Рамлу на ложе, прикрыла ей ледяные ноги покрывалом. Голову устроила на подушках. Воду она ей влила - сколько сумела. Остальное не в ее власти.

Амади, постояв какое-то время, прикрыл полог, вернулся. Опустился на колени рядом с Рамлой.

– Спит, - проговорил после недолгого молчания.
– Выбилась из сил, - кинул взгляд на Накато.
– Ты-то как?

– Я?
– девушка недоуменно поглядела на него.

– Ты. Ты не спала всю ночь. Провела ее в напряжении и тревоге.

Девушка поморгала. Она отвыкла, чтобы кто-то спрашивал - как она себя чувствует! Кому есть дело до рабыни?

– Я, - она запнулась.
– Нужно что-то принести?

– Ляг и спи, - проворчал колдун.
– Если кто спросит - я скажу, что ты выбилась из сил и сама не заметила, как свалилась, - он хмыкнул.
– Накато!
– окликнул, когда она неловко устроилась с краю ложа.
– Ты не должна слишком вживаться в роль, которую исполняешь. Всегда следует помнить о том, кто ты есть. И каковы твои цели.

– И… каковы мои цели?

Амади помолчал, задумчиво глядя на нее. Потом хмыкнул, покачал головой.

– Ты изменилась за время, что меня не было, - кажется, он уже сетовал на это?
– Ты - мое орудие. И твоя цель - способствовать моему возвышению. С тем, чтобы возвыситься следом за мной. Потому что ты - как нить, а я - словно игла.

Она кивнула.

– Спи, - велел он.
– И помни: когда тебе трудно - это знак, что рано или поздно ты получишь награду.

– От тебя, мастер?

– От самой жизни, - хмыкнул колдун. Так всегда бывает: сначала ты трудишься в поте лица, а после - пожинаешь плоды своих трудов. Ты сейчас исполняешь роль бессловесной рабыни, - прибавил он.
– Но ты - не рабыня. И об этом не следует забывать.

– Я не буду, мастер, - заверила Накато.

Уложила голову на руки поудобнее - и мгновенно провалилась в сон. К чему Амади вздумал все это говорить - она подумает позже. В любом случае, спорить с ним ни к чему. Даже если она и не улавливает сути его речей.

*** ***

– Мне казалось, ты доверяешь мне, Рамла, - Амади печально поглядел на ведунью, откинувшуюся на подушки.
– Ты присылала ко мне свою служанку. Мне казалось, это - знак дружбы.

Накато сидела возле ложа Рамлы. О чем идет речь - она пока не понимала: Рамла посылала ее за молоком, так что начало разговора она пропустила. Что это - Амади рассорился с ведуньей? Уж больно мрачные у обоих лица.

– Это был знак дружбы, Бомани, - отозвалась та, хмуря брови.

– Так что же произошло? Я узнаю, что ты мне не веришь, что поступаешь…

– Да отчего же не верю, Бомани?
– перебила его та.
– Я верю тебе, и дружба наша мне казалась крепкой. Но… неужели ты сам перестал доверять мне? А может, и никогда не доверял, а?

– Вот как, - тот хмыкнул.
– Я не знаю, что тебе сказать, Рамла. Я всегда был расположен к тебе. Ты важна и для Фараджа, и для всего кочевья.

– Так отчего ты недоволен моим решением теперь?

– Оттого и недоволен. Ты слишком важна для всего кочевья. Что может произойти с тобой? Хиу - опасные твари. Кто знает, что у них окажется на уме? А ты намерена пойти к ним одна. Вождь тоже не слишком рад твоему решению - хоть и не решается оспорить его. Но я - шаман, я тоже вхож в мир духов. И я говорю тебе: остановись! Не ходи туда, не делай того, что может лишить кочевье нашей шхарт.