Чтение онлайн

Да, это – Таонга. Иначе и быть не могло – потому что дух прежнего шамана должен был покинуть тело под действием дыма!

Опять же: кто такое видел, чтобы Бомани отказался от девицы, которая сама себя предложила?! И на поднос с едой он внимания не обратил – а Накато явственно ощущала разливавшийся аромат жареного мяса с травами.

Вот только…

Таонга бросил Накато валяться беспомощно, только напоил ее противоядием – по его словам. Почему он ей не помог? Почему разговаривал с ней с таким презрением и отвращением? Так пренебрежительно заявил, что ее на то, что она сделала, толкнула похоть.

А еще он смеялся над нею. Смеялся, когда понял, что она приняла его за Бомани!

Нет, может, ей кажется? У нее, должно быть, ум за разум зашел – голова-то по-прежнему разламывается, и так тошно и муторно!

Шаман все шарил по своим корзинам, что-то доставал оттуда. Наконец подошел к ней, уселся рядом.

– Значит, говоришь, не знаешь – чего добивается твой хозяин? – протянул он. – Что ж, попробуем спросить у него самого!

– Таонга, - выдавила Накато. – Это ведь ты!

– А сообразила. Разумеется, это я, - он ухватил грубо ее руку, принялся крутить во все стороны. – Печать сведена или невидима, - пробормотал, говоря, видимо, сам с собой. – Но я ж помню, где она была! Наверняка она должна быть там же, где я ее и видел.

Печать! Через нее можно дотянуться до Амади.

Помнится, магистр Энистан из башни колдунов сумел дотянуться до ее хозяина даже тогда, когда тот находился где-то между миром явленным и потусторонним, запертый и беспомощный. Дух колдуна находится тогда в кристалле. И обращение к печати не просто выдернуло его из заточения, но и заставило появиться во плоти в башне Ошакати.

Неужели Таонга сейчас сумеет так же?!

– Ты же, - проговорила она с трудом. – Ты говорил, что мы будем вместе!

– А мы теперь вместе, - хмыкнул шаман. – Мы вдвоем в этом шатре – только ты и я.

– Так тяжело, - выдохнула Накато.

– Ничего. Потерпишь.

– Дай хотя бы воды…

– Обойдешься, - бросил он. – Я тебе оставил жизнь не для того, чтобы поить и кормить. От мертвой тебя не будет проку – только поэтому ты еще дышишь. Но без воды ты в ближайшие дни не подохнешь.

– Таонга, - глаза защипало – только слез не было. Веки оставались плотно сомкнутыми.

Как он может такое говорить?!

Жестоко, безжалостно. Совсем не похоже на то, что говорил до этого, когда оба находились в мире сна. Откуда столько ненависти? Что с ним произошло при переходе – может, это дым цвета червя так подействовал?

– Ты ведь хотела остаться навсегда в потустороннем мире, - в голосе шамана прозвучала усмешка. – Ну, так твое желание скоро сбудется! Не будет больше ни шхарт, ни Фараджа, ни твоего хозяина. Ты разве не рада?

Рада? Он над нею издевается, да. Боги и духи, разве можно было скрывать столько ненависти, и ничем ее не выдать?

– Вот она, - проговорил шаман, больно тыкая пальцем в руку.

Аккурат туда, где находилась невидимая печать колдуна. Там сразу же появилось жжение – пока несильное. Накато инстинктивно попыталась вырваться – куда там!

– И как ты так скоро пришел в себя после дыма? – пробормотала она.

– Не твое дело, - грубовато отозвался Таонга. – Тебе не удастся!

Подлая гиена! Если бы только гнев мог придать сил. Она бы не только проломила ему голову, но и разнесла этот клятый шатер вместе с половиной кочевья!

Хрипло застонала. Она даже приподняться не могла. Доползти бы до полога, хоть горсть снега в рот сунуть – вместо глотка воды. Да куда там!

Тем более, что шаман рядом сидит, крепко вцепившись в ее руку.

– Почему, - выдохнула Накато. – За что так со мной?

– За что? – хмыкнул он. – Может, за то, что навлекаешь несчастья на племя вместе со своим хозяином? За то, что исполняешь все его приказы, каждый из которых по шагу ведет нас к гибели. За мою смерть.

– Я же помогла тебе…

На это он только негромко рассмеялся.

– Я не могла иначе. Ты можешь свести печать?

– А зачем мне ее сводить? – шаман удивился. – Через нее я дотянусь до твоего хозяина. Иначе я так и не узнаю, что он уготовил нам всем – и не сумею разрушить его козни.

– Хорошо, - шепнула Накато. – Но потом… ты можешь свести ее? Я буду свободна от его воли. Мы сможем быть вместе, - она задохнулась и теперь пыталась отдышаться – слишком много слов, она так торопилась их сказать!

Дыхания не хватило, и теперь ей никак не удавалось восстановить дыхание. Грудь от нехватки воздуха судорожно сжималась.

Он бросил ее руку, поднялся. И она свернулась жалким клубком у его ног, не в силах распрямиться.

– И зачем ты мне будешь нужна после того, как твоего хозяина разорвут, привязав к хвостам единорогов? – задумчиво вопросил Таонга. – Возиться с тобой. Ты разделишь судьбу колдуна. Это будет справедливо.

– Это он разорвет тебя, - выдохнула скрючившаяся Накато.

Схлынувший было гнев затопил с головой. Надежда испарилась со словами Таонга – девушка окончательно поверила, что он желает ей смерти.

– Не разорвет, - отозвался он. – Я сумею справиться с твоим хозяином! Так что не надейся.

А что, если и правда сумеет?

Нет, он ведь простой шаман! Степняк. Он не обучался в башне Ошакати. Как он сладит с колдуном? Вот только на его стороне будет внезапность. Амади не ждет нападения с этой стороны! Он вообще не представляет, что она по глупости вытворила – иначе ни за что не допустил бы такого.

– Сын вонючей гиены, - шепнула Накато. – Я же тебе верила…

Боги, до чего жалко это прозвучало!

– Нет, это я тебе верил, - он неожиданно ухватил ее пальцами за подбородок, больно сжал. – Я считал тебя простой служанкой и жалел тебя! А чем ты отплатила и мне, и Фараджу, и всему кочевью?!

Девушка вздрогнула – она не ожидала такой отповеди. Ее изумил гнев, прозвучавший в его словах.

– Ты же знаешь, почему, - выдавила она.

– Нет. Это твоей вины не умаляет, - он отбросил ее подбородок, и голова беспомощно мотнулась в сторону. – Ты нашла бы способ сказать, если бы хотела!