Чтение онлайн

Если я сделаю это, то обратной дороги уже не будет. Я так близок к тому, чтобы расстегнуть брюки и взять ее.

Черт, у меня даже нет презерватива!

Будучи неуверенным в том, что она достаточно взрослая, я рискую своей карьерой. Может разразиться скандал. Уже одно мое нахождение в этом зале представляет угрозу для моей карьеры. Я опускаю ее платье и отступаю назад… во всех смыслах. Я признаю, что хочу ее, но сделать это на публике было бы огромной ошибкой. Так много шансов на скандал. Если она знает, кто я, она погубит меня. Я могу уйти сейчас, и она ничего не сможет сказать. Мы разорвали поцелуй. Это не может стать заголовком статьи. Я тверже титана и мои инстинкты заполняют меня в прямом смысле этого слова. Было бы здорово погружать мой член в нее снова и снова. Запустив пальцы в волосы, я киваю, пытаясь скинуть наваждение.

– Думаю, мы увлеклись, - говорю я и понимаю, что это полная фигня.

Она смотрит на меня своим ангельским личиком, и мой взгляд снова скользит по ее телу . Мне нужна эта девушка. Почему? Я не имею понятия!

Если бы я не сказал нечто невероятно глупое, то мог зажать ее в этом углу на всю ночь. Я мог трахать ее пока она не закричала, вгоняя в нее член до упора.

Я признаю, что это ОШИБКА. Произношу это слово вслух, а мысленно проклинаю себя. Она расстроена, вероятно, ей больно, я хочу как-то сгладить это. Взять ее голой, утолить голод и заботиться о ней. Держать ее до тех пор, пока первые лучи рассвета не разгонят тьму в душе, отражаясь в небе, а затем начать все снова. Снова. И снова. И еще.

Вместо этого, я смотрю, как она разворачивается и уходит. Лучшая ошибка, которую я когда-либо совершал. Я повторяю себе, как мантру, что это для моей же пользы. Ведь я не просто кто-то там, я тот, кто баллотируется на пост Вице-президента Соединенных Штатов.

Я ПРИПАРКОВАЛАСЬ У ОБОЧИНЫ и вышла из машины, свистнув Джону, выходящему из южного входа.

– Эй, пойдем. Мы опаздываем. Мы едем в Нантакет. Три часа езды к моим бабушке и дедушке.

Пикник в честь окончания лета, после чего они закроют свой дом и вернутся обратно на Манхэттен.

Я стараюсь обойти его, но он хватает меня и сжимает в объятиях.

– Не так уж и опаздываем, чтобы не обняться!

Я вскрикиваю и колочу его по спине, зажмуриваясь от осознания того, как по нему соскучилась.

– Ты засранец.

– Я скучал по тебе, Ксавия. Ужасно.

– Тогда, почему ты не появлялся так долго? Поездка на поезде. Не так уж и долго.

– Детка, поезд ходит в обоих направлениях, - издевается он надо мной.
– Тебе нужно чаще приезжать в Колумбию. Я устроился на работу. А ты - вольный студент.

– Студент, да. Свободный - это не факт.
– Возражаю я, вырываясь из его рук и изображая, будто у меня в руках пистолет.

Джон обходит меня и идет вдоль капота моей машины, напевая что-то себе под нос. Оказавшись внутри, он открывает сумку и дьявольски хохочет.

– Тогда помоги мне и помоги себе.

– Что ты сделал?
– спрашиваю я, с подозрением глядя на него. Мой лучший друг имеет склонность верить в невозможное и совершать дикие поступки на ровном месте.

– Добро пожаловать, госпожа Кеннеди, - говорит он и протягивает мне конверт.
– Там три копии и номер телефона. Твое контактное лицо - Нора Свон. Позвони ей!

Я перевела взгляд с конверта на него.

– У меня есть контактное лицо? Что ты… Матерь божья.

– После этого ты должна поблагодарить меня. Черт, скажи - спасибо!

– Очевидно, что мы по-разному смотрим на мир, - бормочу я, открывая конверт и аккуратно вытаскивая пачку документов.
– Приложение. Стажировка в Сенате США? О, нет!

– Закрой свой рот и читай, - командует он, переключая коробку передач.

Я ненавижу водить, и когда он в городе, то за рулем он, но сейчас я думаю иначе. Я хочу занять себя чем-нибудь, что не даст мне возможность уделить этим документам и йоту внимания. Я не знаю, в каком направлении хочу пойти после выпуска, а все эти благие намерения, предложения, связи… душат меня, вне зависимости от их предназначения.

– Я не поеду в Колумбию. Особенно не хочу приближаться к Конгрессу США. Мне достаточно лицезреть этих политических кровососов там, куда мы сейчас направляемся.

– Но ты поедешь, - отвечает он.
– Это миссия по вытаскиванию твоей задницы из этого всего и сваливанию из Доджа.
– Ты тонешь здесь, и я вижу это. Мне просто нужен помощник - правая рука .

– Поправка. Помощница. У меня есть влагалище, и я могу доказать это.

– Милая, я не тот, кто нуждается в подобных напоминаниях. Это одна из тех вещей, которые не нуждаются в обсуждении. Тем не менее. Я слежу за тобой. Вернемся к приложению, которое ты держишь. Нора ждет твоего звонка. Она сумасшедшая и готова даже прыгнуть с моста ради своего босса, Беннетта Стоуна.

Я смотрю на приложение. Вздыхая, я просматриваю страницы и останавливаюсь на фотографии великолепного и незабываемого мужчины, изображенного в нижнем углу листа.

– Черт!
– шиплю я.

– Что случилось?
– Джон смотрит на меня.
– Ты его знаешь?

Да, я знаю этого мужчину, точнее его рот. Незабываемые руки, его член и его способность мучить меня в течение семи недель и двух дней. Но кто же знал!

– Знаешь его?

Я не могу подобрать слов, чтобы признаться в том, что это парень из клуба. Еще в июне я сказала Джону, что встретила кое-кого. Больше, чем встретила, во всех смыслах. Он остановился не закончив начатое - о чем мы вместе с ним сожалели, обсуждая произошедшее.

Но если он узнает, что тем парнем был этот конгрессмен… сенатор!

Что подумает мой друг? У него будут неприятности.

– Алло?
– говорит он, сделав тише музыку.

Погрузившись в воспоминания, я вновь окунулась в бездну моего стыда от того, как потеряла голову там, в темноте коридора. Вместо того чтобы выдать мой маленький секрет, я сжала губы, отказываясь говорить правду.

В течение нескольких недель я понятия не имела, кто был тот хищник из клуба, но теперь я знаю. Тот, кто целуется лучше всех на свете, носил имя Сенатора Беннетта Стоуна. Мой ночной кошмар. Незабываемая ошибка.

– Нет. Нет, конечно, я его не знаю!
– Это была правда. Я на самом деле его не знала. Он был незнакомцем, который посасывал мои губы во время поцелуя. Парень, с которым у меня был самый сумасшедший и страстный секс в моей жизни. Исключая сам секс!

– Отлично. Тогда взгляни.
– Он достает журнал.

Теперь я понимаю, почему Стоун показался мне таким знакомым. Я смотрю на обложку и бормочу.

– Он политик, побывавший на обложке «Роллинг Стоун» прошлой весной.

– Он потрясающе красив! Дерьмо, если бы он был геем, я бы сам пошел на стажировку к нему.

– Хорошо, Эйнштейн, почему ты хочешь, чтобы я была в команде у одного из самых горячих сенаторов? Он шишка и вероятно, у него очень много стажеров-цыплят, которые смотрят ему в рот и готовы бежать исполнять его приказы. Это похоже на… ошибку.
– Это слово пульсирует у меня на языке, и я вспоминаю, каково было целовать сенатора Стоуна, когда он толкнул меня к стене и схватил меня за волосы.

Джон качает головой.

– Хорошие сенаторы не такие. Стоун дотошный бизнесмен. Он только начал набирать свою команду. Мало того, что у него просто убийственный взгляд, он еще и выпускник «Гарварда», что помогает ему быстро продвигаться в Белом Доме. У тебя есть связи, которые он сможет использовать. Вы двое похожи. Стоун был немного импульсивен, и некоторое время посещал юридическую школу.