Чтение онлайн

Он смотрит на меня с минуту, потом говорит:

— Она в безопасности. В больнице, получает необходимый уход, но чем дольше это длится, тем меньше у меня шансов удержать социальные службы в стороне.

Мои брови сходятся посередине, а мужчина опускает подбородок.

Да, ублюдок, ты привлек мое внимание.

В моей голове крутятся тысячи вопросов, но прямо сейчас мне нужен ответ только на два.

Первый.

— Это спасет меня от тюрьмы?

— Это так.

Второй.

— Моя сестра остается в стороне от всего, что бы это ни было?

— Так и будет. — Он кивает, смотрит на свои часы, затем снова на меня. — Итак, что скажешь, малыш?

— Не называй меня малышом.

Его губы подергиваются, и он наклоняет голову, как придурок.

— Как же мне тогда тебя называть?

Я думаю об этом с минуту, затем откидываюсь на спинку сиденья, отказываясь от части имени, которое мне дали, и требуя новое.

— Меня зовут Бишоп. Басс Бишоп.

Он кивает. Я киваю. А потом мы отправимся в наш гребаный путь. Он откидывается на спинку сиденья, рассказывая о деньгах и власти, и поправляет слегка загнутые рукава своего пиджака. Я никогда даже не примерял костюм, не говоря уже о том, чтобы носить его. Он снова говорит.

— У тебя есть пять минут, чтобы решить, хочешь ли ты выйти из этой машины и позволить значкам снаружи отвезти тебя в центр города, где какой-нибудь случайный человек с определенной зарплатой решит, убийца ты или нет, это закончится тем, что ты окажешься за решеткой или будешь отдан в приемную семью, или ты можешь откинутся на спинку этого сиденья, и я отвезу тебя в другое место, и все это исчезнет.

Мои глаза сужаются.

— Куда? Как?

— Увидишь, если согласишься, но, если пойдешь со мной, это значит, что у тебя будет работа, постель и еда в месте, свободном от деспотичных взрослых.

Да, хорошо.

Когда никто из нас не произносит ни слова в течение нескольких секунд, я облизываю губы.

— Откуда мне знать, что ты не разыгрываешь меня? — Он определенно разыгрывает меня.

— Ты этого не узнаешь.

— Кто ты такой?

— Кто-то, кого ты, возможно, никогда больше не увидишь, независимо от того, что ты выберешь. Три минуты.

Я пристально смотрю на парня, пытаясь уловить смысл в его словах, но как, черт возьми, я могу это сделать? Я убил своего отца, а потом выстрелил ему в сердце, черт возьми, на глазах у бог знает скольких людей, и по какой-то гребаной причине я не в тюремной камере, а на заднем сиденье гребаной шикарной машины с бокалами для шампанского и светодиодными лампочками на полу.

Я никогда в жизни не видел подобной машины, не говоря уже о том, чтобы сидеть на заднем сиденье. Это путешествие. Дикое, как черт. Какое-то дерьмо из реальной жизни, потустороннего мира.

Глава 1

Басс

Какой ублюдок…

Вздохнув, я присаживаюсь на корточки, согнув колени указывая на голову чувака.

— Если бы я знал, что ты кровосос, я бы угнал машину, чтобы разобраться с тобой. — Мои слова тратятся на него впустую. Он меня не слышит, по крайней мере, из-за того, что у него в ушах звенит так, как должно быть карандаш, у вас в барабанной перепонке, сделает это с вами.

Подслушивание разговоров, не предназначенных для вас, сделает это с вами.

Глубокий стон срывается с губ ублюдка, когда он переворачивается на спину, веки подергиваются, прежде чем открыться и опуститься на меня. Моя ухмылка медленная, и я склоняю голову набок.

— Ты в сознании или все еще застрял в промежутке?

Его глаза снова закрываются, и мой мальчик Хейз хихикает у меня за спиной.

— Он без сознания… — он замолкает, его голос снова становится тише. — И мы не одиноки.

Вытирая кровь с костяшек пальцев краем рубашки, я оглядываюсь через плечо и вижу гладкую и греховную мокрую гребаную мечту. Изгибы, за которые любой мужчина отдал бы жизнь, даже убил бы ради этого, и гарантировал бы крутую езду.

Это Aston Martin, выкрашенный на заказ в карамельно-голубой цвет, с отвратительной черной решеткой радиатора, и от этого он становится только сексуальнее. Двери поднимаются прямо в воздух. Можно было ожидать, что из него выйдет шикарный ублюдок, типичный костюм. Жесткий придурок, который посмотрит в нашу сторону с отвращением или пренебрежением, но ожидания удел дураков, факт, который подтверждается секундой позже.

Первое, что бросается в глаза, это острый шип в форме каблука, почти равный по размеру выкидному ножу в моем кармане, черный ремешок сзади плотно обхватывает кремовую изогнутую лодыжку. Следующее, плиссированная юбка. Доходя чуть выше колена, я следую за ней вверх, туда, где она заканчивается в самой полной точке резко суженных бедер, под которыми исчезает обтягивающий белый топ с длинными рукавами. Большие золотые манжеты закрывают запястья девушки, а маленькие кольца на ее пальцах поблескивают на солнце, когда она протягивает руку. Она откидывает несколько прядей длинных, густых светлых волос назад, спасая их от попадания на аппетитно-розовые губы, когда порыв ветра касается ее кожи, как будто она сама вызвала это дерьмо, как какое-то гребаное божество ветра.

— Черт возьми. — Хейз стонет.

Ага. Богиня во плоти, и, без сомнения, девушка это знает. Ее шаги медленны и легки на подъем, что является результатом многолетней практики в совершенстве. Она во всех отношениях похожа на принцессу подготовительной школы, но ее выдает оттенок, которым накрашены ее губы, и то, как ее язычок скользит по надутой верхней губе.

Она не принцесса. Она пиранья.

Скользкая, хищная… склонная к укусам. Не из тех малолетних старшеклассниц.

Когда она направляется к небольшому зданию позади и немного справа от меня, ее взгляд скользит в нашу сторону, но только ее глаза, прищуренные на громоздком ублюдке, лежащем на земле у моих ног. Возможно, она не сможет разглядеть ничего, кроме руки и свисающей с нее полоски клейкой ленты, может быть, намек на его волосы, но не более того.

Я сдвигаюсь, медленно выпрямляясь во весь рост, и ее внимание переключается на меня, удерживая, пока я полностью поворачиваюсь к ней лицом, готовый вмешаться, если понадобится. Именно в этот момент мы обычно наблюдаем, как застывают мышцы, расширяются глаза и быстро вспыхивает паника, которая заставляет кого-то убегать от больших злых волков.

Если ее бравада лопнет, и она убежит, я буду всего в шести шагах от нее. Я догоню ее, загоню в угол, где будет ждать Хейз, но этого не произойдет. Как я уже сказал, эта девушка… она не из тех, о ком можно судить с первого взгляда, поэтому не так уж неожиданно, когда вместо этого она прищелкивает языком, проводя рукой по своим длинным волосам, словно желая убедиться, что они все еще идеально уложены.

— Мальчики и их игрушки.

Она дразнит. Интересно …

— Этот вышел из строя.

Ее губы подергиваются, и она что-то напевает, направляясь к небольшому кирпичному зданию справа от меня. Я наблюдаю, пока она не исчезает внутри, а затем поворачиваюсь к Хейзу.

— Возьми несколько обезболивающих таблеток и запихни их ему в глотку, прежде чем катить его вниз по склону. Он очнется, достаточно для того, чтобы бежать, как только боль немного утихнет.

Хейз ничего не говорит, но бросается к багажнику.