Чтение онлайн

«Преимущества, проистекающие из применения самодействующих орудий, не только усовершенствовали точность машинного оборудования фабрики и ускорили его изготовление, но и в значительной степени понизили его цену и увеличили его подвижность. В настоящее время превосходную ватермашину можно купить по 9 шилл. 6 пенсов за веретено, а сельфактор приблизительно по 8 шилл. за веретено, включая патентную пошлину за сельфактор. Веретена на хлопчатобумажной фабрике движутся с таким незначительным трением, что одна лошадиная сила приводит в движение 500 веретен на тонкопрядильной машине, 300 веретен на сельфакторе и 180 веретен на ватермашине; этой одной лошадиной силой обслуживаются также и все подготовительные машины, а именно — чесальная машина, ровничная машина и т. д. Трех лошадиных сил достаточно для того, чтобы приводить в движение 30 больших ткацких станков вместе с их шлихтовальной машиной» (A. Ure. Philosophie des Manufactures. Tome I. Paris, 1836, стр. 62–63).}

* * *

[Джонс далее отмечает:]

«На подавляющей части земного шара громадное большинство трудящихся классов даже вообще не получают от капиталистов свою заработную плату; они или сами производят ее, или получают ее из дохода своих заказчиков. Здесь еще не сделан первый крупный шаг, обеспечивающий непрерывность их труда. Им помогают в труде лишь то знание и то количество механической силы, какие могут находиться в распоряжении людей, работающих при помощи собственных рук ради средств существования. Искусность и наука более развитых стран, гигантские двигательные силы, накопленные орудия и машины, которые эти силы могут приводить в движение, — все это отсутствует в тех видах труда, где участвуют только такие работники» (стр. 43) [Русский перевод, стр. 319].

{ Даже в Англии:

«Возьмем земледелие… Знания, необходимые для хорошего ведения сельского хозяйства, распространены в стране мало и неповсеместно. Очень незначительная часть земледельческого населения пользуется всем тем капиталом, который… можно было бы применить в этой отрасли национального труда… Работой на крупных фабриках занята лишь небольшая часть наших неземледельческих работников. В сельских мастерских, у всех ремесленников и мастеровых, небольшими коллективами выполняющих свою отдельную работу, разделение труда является неполным, а непрерывность труда поэтому несовершенной… Выйдите за пределы больших городов, взгляните на обширные пространства страны, ивы увидите, какая значительная часть национального труда весьма и весьма далека от совершенства как в отношении непрерывности труда, так и в отношении его искусности и силы» (стр. 44) [Русский перевод, стр. 320].}

С развитием капиталистического производства связано отделение науки от труда и в то же время — применение науки, как таковой, к материальному производству.

* * *

Относительно земельной ренты Джонс правильно замечает следующее:

Рента в современном смысле, всецело зависящая от прибыли, предполагает

«возможность перемещать капитал и труд из одной отрасли производства в другую… подвижность капитала и труда, и в тех странах, где земледельческий капитал и земледельческий труд не обладают подобной подвижностью… мы не можем ожидать ни одного из тех результатов, которые, как мы видели, проистекают в Англии исключительно из этой подвижности» (стр. 59) [Русский перевод, стр. 332].

Эта «подвижность капитала и труда» вообще является реальной предпосылкой для образования общей нормы прибыли. Она предполагает безразличие к определенному виду труда. Здесь в действительности имеет место (за счет рабочего класса) трение между тем односторонним характером, который, с одной стороны, разделение труда и машины придают рабочей силе, и тем обстоятельством, что эта рабочая сила, с другой стороны, противостоит капиталу {который этим отличается от своей неразвитой формы в цеховой промышленности} лишь как живая возможность всякого труда вообще, которому, смотря по тому, какая прибыль может быть получена в той или иной сфере производства, дается то или другое направление, так что различные массы, труда могут перебрасываться из одной сферы в другую.

В Азии и т. д. «основная масса населения состоит из трудящихся крестьян. Применяемые ими отсталые системы обработки земли [1153] предоставляют длинные промежутки досуга. И подобно тому, как крестьянин производит свою собственную пищу… он точно так же изготовляет большую часть других предметов первой необходимости, которые он потребляет — свою одежду, свои орудия, свою мебель, даже свои постройки: ибо в этом классе существует лишь незначительное разделение занятий. Нравы и обычаи таких людей не меняются; они передаются от родителей к детям; нет ничего такого, что могло бы изменить или нарушить их» (стр. 97) [Русский перевод, стр. 362].

Напротив, вместе с характерной для капиталистического производства подвижностью капитала и труда и постоянными революциями в способе производства, а потому и в производственных отношениях, в отношениях обмена и в образе жизни, появляется большая подвижность в обычаях, в образе мышления народа и т. д.

Сравним с только что приведенным местом относительно «промежутков досуга» в условиях «отсталых систем обработки земли» два следующих высказывания:

1) «Если на ферме применяется паровая машина, то она образует составную часть такой системы, которая дает работу наибольшему числу рабочих в земледелии, и это во всех случаях связано с уменьшением числа применяемых лошадей» («On the Forces used in Agriculture». Доклад г-на Джона Ч. Мортона, прочитанный в Обществе искусств и ремесел [146] 7 декабря 1859 г.).

2) «Различие во времени, требующемся для производства земледельческих продуктов и для производства продуктов других видов труда, является главной причиной большой зависимости земледельцев. Они не могут доставить свой товар на рынок раньше, чем по истечении года. В течение всего этого времени они вынуждены покупать в кредит у сапожника, портного, кузнеца, колесного мастера и различных других работников, в продуктах которых они нуждаются, а эти продукты изготовляются в течение немногих дней или недель. Вследствие этого природой обусловленного обстоятельства и вследствие более быстрого возрастания богатства, производимого неземледельческим трудом по сравнению с трудом земледельческим, монопольные собственники всей земли, хотя они монополизировали также и законодательство, не в состоянии избавить себя и своих слуг, фермеров, от превращения в самый зависимый из всех классов общества» (Hodgskin. Popular Political Economy. London, 1827, стр. 147, примечание) [Русский перевод, стр. 136].

Капиталист тем отличается от капитала, что он должен жить, т. е. должен ежедневно и ежечасно потреблять часть прибавочной стоимости в качестве дохода. Следовательно, чем продолжительнее период производства до того момента, когда капиталист может доставить свой товар на рынок, или чем больше времени требуется для поступления с рынка выручки за его проданный товар, тем в большей мере капиталист в промежуточное время вынужден жить в долг (это здесь не подлежит нашему рассмотрению) или же у него должен быть накоплен тем больший запас денег, который им расходуется как доход. Тем дольше капиталист вынужден авансировать себе свой собственный доход. Тем больше должен быть его капитал. Капиталист вынужден часть своего капитала постоянно держать неиспользованной, чтобы она могла служить фондом потребления.

{Поэтому в мелком земледелии домашняя промышленность соединена с земледелием. Запасы на год и т. д.}

Мы переходим теперь к учению Джонса о накоплении. До сих пор были отмечены лишь два своеобразных момента во взглядах Джонса на накопление: во-первых, что источником накопления отнюдь не обязательно должна быть прибыль; во-вторых, что накопление «вспомогательного капитала» зависит от прогресса знаний. Джонс ограничивает этот прогресс изобретением новых механических приспособлений, двигателей и т. д. Однако это положение имеет общее значение. Например, когда зерно употребляется в качестве сырья для изготовления водки, возникает новый источник накопления, ибо в этом случае прибавочный продукт может быть превращен в новые формы, может служить удовлетворению новых потребностей и может войти в качестве элемента производства в новую сферу производства. То же самое имеет место при изготовлении из зерна крахмала и т. д. Тем самым сфера обмена этих и вообще всех товаров расширяется. То же самое имеет место, когда уголь употребляется для целей освещения и т. д.

Разумеется, и внешняя торговля — посредством увеличения разнообразия потребительных стоимостей и массы товаров — тоже является важным фактором в процессе накопления.

Так вот, то, что Джонс говорит о накоплении в первую очередь, относится к связи между накоплением и нормой прибыли (генезис последней ему далеко не ясен):

«Способность нации накоплять капитал из прибылей не изменяется пропорционально изменению нормы прибыли… Наоборот, способность накоплять капитал из прибылей обычно изменяется в направлении, противоположном изменению нормы прибыли, т. е. она велика там, где норма прибыли низка, и мала там, где норма прибыли высока. Так, А. Смит говорит: [1154] «Хотя та часть дохода населения, которая своим источником имеет прибыли на капитал, в богатых странах всегда значительно больше, чем в бедных, но это происходит потому, что капитал там значительно больше; в сравнении же с капиталом прибыли в богатых странах обычно значительно ниже» («Wealth of Nations», книга II, глава 3).