Чтение онлайн

А если - в поле?

А если - пуля?

– То божья воля,

Его пилюля!

1973

Осень, ветер, листья - буры.

Прочной хочется еды.

И кладут живот свой куры

На алтарь сковороды.

И к подливам алычовым

И к осеннему вину

Что добавить бы еще вам?

Лошадь? Женщину? Войну?

Позднее киплингианство

Нам под старость не к лицу.

Время есть. И есть пространство.

Только жизнь идет к концу.

И последние стаканы,

К юности своей жесток,

Пью за скулы океана -

Не за Запад и Восток.

1973

То недосуг

самих себя

чинить,

То в спешке

чью-то гибель провороним.

Не оттого ль так

часто

и хороним,

Что некогда друг друга

хоронить.

1974

Все было: страшно и нестрашно,

Казалось, что не там, так тут...

Неужто под конец так важно:

Где три аршина вам дадут?

На том ли, знаменитом, тесном,

Где клином тот и этот свет,

Где требуются, как известно,

Звонки и письма в Моссовет?

Всем, кто любил вас, так некстати

Тот бой, за смертью по пятам!

На слезы - время им оставьте,

Скажите им: не тут - так там...

1974

Самих себя, да и печать,

Нам научить бы отличать:

Первымговорящего

От Впередсмотрящего.

1975

Капитану В. В. Михайличенко

Кто в будущее двинулся, держись,

Взад и вперед,

Взад и вперед до пота.

Порой подумаешь:

Вся наша жизнь

Сплошная ледокольная работа.

1975

Памяти Самеда Вургуна

Вот тебе и семьдесят, Самед!

Молодому, дерзкому и нежному.

Все не верю, вот уж двадцать лет,

Что нельзя обнять тебя по-прежнему.

Есть ушедшие давным-давно,

На кого и до сих пор надеемся,

С кем, с живым ли, с мертвым - все равно, -

Хлебом правды по привычке делимся...

1976

...Верлибр (фр.) -термин, определяющий

широкий и недостаточно ясно очерченный

круг явлений в стихосложении XX в.

К. Л. Э., т. VI, стр. 709

Сегодня, перед обедом, пятого сентября,

Я, находясь в Турции,

Вернее, в ее территориальных водах,

Решил, что годы идут

И, чтобы успеть сочинить

Побольше стихов на разные темы,

Мне пора прощаться с рифмами.

Боже мой, сколько времени

Я угробил на их поиски,

Считал, что ищу свои,

А находил чужие.

Чаще всего

Так оно и бывает,

Только не все признаются.

То ли дело верлибр

С его изумительным принципом:

"В огороде бузина,

А в Киеве дядька",

Который теперь называется

"Потоком сознания"!

Взяв его за основу,

Остается только разбить

Все, что придет в голову,

На строчки разной длины,

Вот вам и верлибр!

Мы стоим в бухте Книдас,

Боясь ветра

И не боясь радио,

Обрывки которого он доносит,

Обрывки лжи

И обрывки правды..,

А у хижины, сложенной из остатков

Греческого театра,

Мальчик борется с ветром,

Таща на веревке козла.

Козел старый, скорее всего родившийся

Еще при императоре Адриане,

А мальчик маленький.

И ветер каждый раз захлопывает

Дверь хижины

Перед самым носом,

А точнее - перед самой бородой козла.

Нас пятеро - двое турок

И трое русских,

Один из них - я, с татарской кровью в жилах,

Что, впрочем, не имеет ни малейшего отношения

Ни к последующему,

Ни к предыдущему.

Нам всем одинаково

Надоел ветер

И надоела вода,

Но, к счастью, не надоело

И никогда не надоест есть,

Тем более что капитан нашей моторки

Готовит прекрасные турецкие блюда

На таком оливковом масле,

Что хочется облизать пальцы

Свои

И даже чужие.

И вдобавок оказывается,

Что турецкая ракия -

Прекрасная вещь для моей печени,

Особенно если ее в меру, до белизны

Разбавлять холодной водой.

Ракию, разумеется,

А не печень.

Капитан удивляется ветру,

Слишком раннему

Для этого времени года,

И вспоминает, как в этой же бухте

Сидел из-за ветра английский посол.

Но это было попозже,

В конце октября.

Бедняга, - думаю я о посл, -

Наверно, сидел тут без телефона

И волновался, как там его правительство

Без его информации.

А мы ничего, не волнуемся,

Сидим себе и сидим

И думаем только - хватит ли харча

Еще на неделю стоянки.