Чтение онлайн

— Убью! — пригрозил он обезумевшему от стыда и злобы Валерке и, не обращая внимания на его всполошенных, растерявшихся собутыльников, пошел к трапу.

На битумной установке появилось еще несколько громадных «кубов», замурованных в кожухи из огнеупорного кирпича. В шутку их называли «самоварами», и это было действительно похоже, когда они глухо клокотали, сбрасывая клубы белого пара по отводным трубам.

Надя стояла рядом с Пучковой возле карты, напоминавшей пересохший мелкий пруд, и следила за тем, как из «самовара» шел готовый битум. Он лился из широкого горла в канаву, а из канавы — в две смежные карты, и все, что встречалось на его пути — осенние листья, щепки, соломинки, — мгновенно вспыхивало, а лужи дождевой воды закипали и испарялись, усиливая клокотание черной массы. Сероватый, с кислинкой дым поднимался над нею, постепенно окутывая окрестность.

— По-своему красивое зрелище этот кипящий битум! — заметила Надя, очень тоненькая в плотно облегающем ее свитере.

— И адский труд колоть его, когда он застынет, — напомнила Полина Пучкова. Все говорят, что открытые битумные карты — позор для завода, но мы пока не может избавиться от них.

— Вот бы окунуться здесь! — совсем как в прошлый раз Федченко, сказал Юрий Тризна, подходя к подругам. — Сварился бы сразу, точно царь из сказки про Конька-Горбунка. А может, стал бы красавцем…

— Зачем тебе быть красавцем. Ты и так хорош, — сказала Полина.

Юрий, непроизвольно повернувшись, посмотрел на Надю.

— Хочешь понравиться царевне? — Полина усмехнулась. — Заколдована наша царевна Несмеяна.

— Не надо так шутить! — попросила Надя, продолжая грустно и зачарованно глядеть на бурлящее черное озеро.

Юрка смутился, вынул из нагрудного кармана красивую голубую расческу, протянул Полине.

— Из своего полипропилена. Но это проба, баловство, а вот сделали из него детали для турбобуров вместо стальных — тут перспектива бо-ольшая! Уже получили отличные отзывы от буровиков. — Юрка умолчал только, что испытания проводились в бригаде Ахмадши Низамова, хотя Надя и без него знала о том.

— Попробуйте сломать гребенку! — предложил он Пучковой. — Что вы так нерешительно? Не бойтесь: гнется, но не ломается. Выпрямите, и след от изгиба исчезнет совсем. Правда, чудо?

Подошедший Груздев, увидев голубую гребенку в руках Пучковой, улыбнулся Юрию:

— Демонстрируешь? Я в Совете Министров тоже хвастался. Насчет комбинированной пока молчат, но зато дали разрешение на строительство установки уксусной кислоты.

Надя посмотрела на него отчужденно. Полина, почувствовав этот холодок, жалея Груздева и все-таки немножко ревнуя, спросила:

— Еще не надоело вам драться с консерваторами?

«Вот он счастлив. Веселый. Энергичный, — подумала Надя. — Успехи в работе — глубоко личное дело для него. Теперь ему уксусная кислота потребовалась. Столько лишних хлопот!.. А не выполнит цех план по кислоте, и всех работников завода лишат премии».

Груздев, тоже заметивший рассеянную отчужденность любимой девушки и огорченный ею, повернулся к Полине.

— Есть за что драться: сырье для парашютного шелка, который имеет еще свойство пропускать ультрафиолетовые лучи. В рубашке из ацетатного шелка можно загорать.

— Вам это очень нужно? — с неожиданной придирчивостью спросила Надя. — Вы как будто не охотник загорать!

— Конечно, я могу обойтись без такой рубашки. Но вообще… — Преодолев недоумение и даже обиду, Груздев пояснил серьезно: — Мы отстали по химии. Теперь надо наращивать темпы и создавать свои, отечественные методы. Вон как по дизельному топливу вперед вырвались.

— Дизелька? — с капризной усмешечкой передразнила Надя.

— Дизелька, — совсем сбитый с толку, повторил Груздев свое любимое словечко и, подойдя к перилам, окинул взглядом установки, исходящие паром и дымом. — Не очень красиво, но зато тут будущие асфальтовые дороги. — Потом он, натянуто улыбаясь, обратился к молодым людям: — Что вы здесь прогуливаетесь, в таком угаре?

— Мы только на минуточку остановились, но засмотрелись: величественно! — Пучкова кивнула на дымящиеся черные озера.

— Да, пожалуй!..

— А кроме уксусной, что будет строиться нынче на заводе? — спросила Надя, по-женски проницательно угадавшая душевную сумятицу Груздева и польщенная силой своей власти над ним.

— Добьемся разрешения на промышленную установку по полипропилену.

Заметив, как Полина слушает Груздева с гордостью соратника, Надя устыдилась своей нервозной взбалмошности и, радуясь тому, что подружилась с этими людьми, спросила весело:

— Чем же мы еще можем удивить мир?

— Тем, что возьмем да и отправимся сейчас в клуб есть мороженое, — тоже сразу развеселился Груздев.

— В самом деле! — Наде не хотелось домой, где ее никто не ждал, и ей стало приятно, что он готов участвовать даже в таком маленьком развлечении. — Поехали есть мороженое!

В новом цехе каталитического реформинга, который называли еще цехом платформинга — потому что здесь шел процесс получения высокооктанового бензина на платиновом катализаторе, собирались поднимать колонну весом около двухсот тонн.

Груздев, окруженный приехавшими из Казани кинооператорами, ходил по площадке, знакомил их с инженерами, сварщиками, такелажниками.

Разговаривая с гостями, он в то же время озабоченно следил за подготовкой к трудной операции. Слишком свежа была в памяти авария, когда недавно при подъеме очередной колонны оборвался один из канатов-растяжек. При виде того, как колонна медленно, но неотвратимо начала валиться на работавшую полипропиленовую установку, у Груздева сердце захолонуло от испуга, мгновенно перешедшего в готовность к действию.

— До сих пор меня познабливает, — сказала ему Голохватова, глядя на блоки двух исполинских «стрел», поставленных для подъема. — Я этого черта — вашего бригадира Маховкина, — убила бы за его хваленую интуицию. Все стекла в грануляторной повышибало. Счастье, что удар пришелся на стальные фермы и колонну повело в сторону. Натворили бы дел!

Маховкин, хлопотавший со своими такелажниками возле лежавшей на земле уже собранной и оснащенной колонны, в открытые люки которой то влезали, то выбирались, как трудолюбивые муравьи, монтажники и механики, чутко откликнулся на ядовитую подковырку:

— Канат отказал, а я за заводской брак не ответчик.

— Нет, мы тут за все ответчики, — возразил Груздев, наблюдая, как специалисты из котлонадзора проверяют швы сварки переносными рентгеновскими аппаратами. — Каждую мелочь надо проверять!

Выйдя из здания ТЭЦ, Надя тоже направилась к цеху реформинга, куда шли свободные от вахты инженеры и рабочие и где кинооператоры готовились запечатлеть на пленку подъем колонны.

Теперь девушка была совершенно увлечена своей работой, но, постигая тайны химических процессов и сложность автоматики, с трудом разбиралась в том, что происходило в ее душе.