Собрание стихотворений
Шрифт:
«За слоистыми горами…»
Н.М.
23. VI.1944. Фирюза
ПАНЦИРЬ
Он выплыть из всех напрягается сил,
Но панцирь тяжелый его утопил.
1944
ПОЛИХРОМИЯ ВЕЧЕРА
1
Срезала девушка сирень К вечернему столу; Закат сиреневую тень Расправил на углу. А после золотой брусок Тяжелого луча Ударил в девичий висок, В покорный скат плеча. И, как надкрылья, раздвоясь, Густая мгла волос Бразильской бронзовкой зажглась, Короной рыжих кос. И стали зелены глаза, И в них, как нож, узка, Застыла зоркая гроза Кошачьего зрачка. 2
Бледно-зеленый купорос Под станиолем оловянным Медяной окисью пророс, Протаял леденцом багряным. И бархатный пурпурный диск, Как силуэт помятой митры, Набряк среди махровых брызг Небесной тающей палитры. Комком малинового льда Сползал он в тучи над пустыней, И стала фольговой вода И неправдоподобно синей. Он сполз, и облачная вязь, Как пена ангельского мыла, Курчавясь, нежась и виясь, Воздушными шарами взмыла. Их розовые пузыри Легчая, млели, — и в просторе Лизали языки зари Ализариновое море. 3
Наш лоцман, старый наш «дарга», Нагнулся через борт: Аму ломала берега, Как шоколадный торт. Как ложку, погружал каик Поджарую корму В какао «Золотой ярлык» – В бурлящую Аму. И, мутным золотом обвит, Лицо нам обжигал Пустыни розовый бисквит, Песочных зорь накал. И вырисовывал рога Хрустальный лунный джинн, И всё внимательней «дарга» Глядел в игру пучин. И падали с небесных лат Червонные лучи, И стал дрянной его халат Из кованной парчи. И в медь угрюмого чела, Подчеркивая грань, Пендинской язвы залегла Крылатая герань. 1944
«Порою бывала прекрасна земля…»
1945
ПТИЧКА
Вчера я растворил темницу…
Щегол стрельнул из клетки тесной В простор сияющего дня И с песней в синеве небесной Клял на чем свет стоит меня. Восьмерками по небосводу Чертя, он резал высоту И, празднуя свою свободу, Склевал козявку на лету. 24. VI.1945
ГОЛУБОЙ БЮВАР
1
Лежал в комиссионном магазине Меж разным дрязгом голубой бювар. Сафьяновый. Разутые разини, Ища сапог, презрели сей товар. Сафьян был легче тенора Мазини И синь, как бы сапфировый отвар, И от него, хочу ли, не хочу ли, Задумчивыми веяло пачули. 2
При чем «хочу ли, не хочу ли» тут? Для рифмы, что ли? Нет: для реализма. Ведь образ из подробностей плетут, И музыка не дышит без мелизма; Голодной средь широких амплитуд Душе нужна питательная клизма, И вот — деталей золотой бульон Мы цедим сквозь измаранный брульон. 3
Скажи я просто: «аромат пачули», Деталь мелькнет случайной и пустой, И хитрое «хочу ли, не хочу ли» Ее, как гренадера на постой, Вам в душу вводит. Лампу ли, свечу ли Деталь засветит, спичкой ли простой Сверкнет на миг, — лежать ей в недрах сердца Задоринкой закуски иль десертца. 4
Читатель здесь, я вижу, оглушен Метафорами без взаимной связи. Но почему?! Не вкусно ль пить крюшон, Настоянный к тому ж в китайской вазе? Стилистикой фольклорной сокрушен, Всю жизнь мечтал я о червленом вязе, Которым витязь, логике назло, Всех убеждал, когда ему везло… 5
Пачули! Запах томный и порочный. Душились им Нана и Ригольбош В те дни, когда Наполеон Непрочный Над Францией свой утверждал дебош. Он дразнит ноздри телеграммой срочной О том, что плоть согласна на грабеж, Он обещает сладкое томленье, Но в нем самом — лишь с ложечки кормленье. 6
Бювар дышал пачули. Почему? Должно быть, в нем хранили сувениры: Платок, перчатку, ленту иль тесьму Какой-нибудь Прелесты иль Плениры. Быть может, место он давал письму (Для душных чувств — душистые гарниры), А может, без мечтаний и химер, Вблизи флакон раскокал парфюмер. 7
Я много раз видал его в витрине, Я много раз купить его хотел, Но грубый бас: «Отыди и отрини!» По мне из ярлыка с ценой летел. Но как-никак, пожалуй, раза три не Хотел уйти я, мямлил и потел, В кулак зажав покорную зарплату, И всё ж на кратер страсти клал заплату. 8
Как в женщину, в него я был влюблен, Но, черт возьми, цена! На деньги эти Мой полушубок быть бы мог дублен Святейшим муром! Я бы на диете Миндальной год сидеть бы мог! Дублон Купить дантисту — зуб залить!.. В поэте Рифм и сравнений много завелось, И всё ж бювар бодался, точно лось. Поделиться с друзьями: