Чтение онлайн

Да! Я писала статью по праву. Про превышение полномочий прокурором в одном громком деле.

Там был какой-то мутный эпизод — кого-то посадили, подделали доказательства. Речь шла о мужчине, которого называли то ли Валидом, то ли Халидом. Но кличка у него была жёсткая. Что-то вроде Мясник. Или Палач?

Дело громкое, но расплывчатое. Много странных моментов. Я тогда ещё акцент делала не на самой сути обвинения, а на этическую сторону.

Как работает закон, когда всем очевидно, кто виновен, но улик нет. Можно ли поступиться формальностями ради результата?

И где грань между правосудием и беззаконием, когда тебе кажется, что ты знаешь правду?

И вот где-то в том деле, мельком, фигурировала фамилия Исмаилов. В сводке свидетелей, кажется.

Я поднимаю глаза на Таира. В горле пересыхает. Жар поднимается к лицу, и в то же время по спине пробегает холод.

Он.

Он точно из них. Из тех, кто выступал на стороне Палача!

С кем закон даже не пытается спорить. Кто не подчиняется, а диктует.

Раз Таир дружит с такими…

Значит, он такой же.

— Ох… — вырывается у меня, почти беззвучно.

Конечно, я догадывалась. Что не продавец цветочков меня похитил. Таир не прост.

Но вот теперь — это подтверждение. Имя. Связи. Круги, в которых он вращается.

Он один из них. Из тех, про кого пишут статьи с чёрными заголовками. Тех, кого боятся.

— А насколько ваша фамилия знаменита? — осторожно спрашиваю. — То есть… Вы говорите, что мне никто ничего не сделает. Но прям вот… Только фамилии достаточно?

Таир ухмыляется. Поднимает бровь. Медленно делает шаг ко мне. Его походка — размеренная, тяжёлая.

— Ты даже представить не можешь, киса, — тянет он. — Скажешь мою фамилию — двери откроются. Пушки опустят. И головы сами на плаху лягут.

Я сглатываю. Стараюсь не дрожать. Не показаться глупой. Не растеряться.

— А если я просто… Ну, сама сменю фамилию? Вот стану Исмаиловой, и всё? Тогда меня никто не тронет? Зачем мне с вами договариваться?

Таир смотрит на меня, как будто я только что призналась, что верю в единорогов и плачу налог в Грибное Королевство.

Его брови поднимаются медленно. Взгляд — тяжёлый, снисходительный.

— Ты ебанулась, да? — хмыкает он. — Хотя кого я спрашиваю? Точно ебанулась. Думаешь, дело в буквах в паспорте? Моя фамилия это вес. Это страх. И ты будешь никем с этой бумажкой. Пока я не скажу иначе.

Он смотрит так, будто может раздавить меня одним словом. В этом взгляде — надменность, уверенность. Скулы сжаты. Жилы проступают на шее.

— А как тогда? — растерянно хмурюсь. — Скажете, что удочерили меня?

Таир скалиться начинает. А до меня медленно начинает доходить. Что именно имел в виду мужчина

Фамилия! Мне!

Брак?!

Он предложил… Выйти за него?

Мир перекашивается. Я хватаю воздух ртом, будто меня кто-то ударил под рёбра. Мотаю головой.

— Нет. Нет-нет-нет! — шепчу. — Ты это серьёзно? Это… Свадьба?!

— Это лучшая защита, — спокойно бросает Таир. — Со мной тебя никто не тронет. Ни до, ни после.

Я подскакиваю. Резко. Сердце колотится, будто изнутри хочет вырваться. Бьюсь бедром об каркас кровати, чуть не падаю.

— Замуж?! — у меня срывается голос. — Я не буду выходить замуж! За тебя? Ты… Ты сам говорил, что я тебе не нравлюсь!

— Так я трахать и не буду, — спокойно. — И рядом с собой держать не собираюсь. У меня свои представления о том, какая должна быть жена.

Он делает шаг. Смотрит в упор. Глаза у него тяжёлые. Резкие. В голосе — снисходительность.

— Послушная, — чеканит. — Спокойная. Не суёт нос не в своё. Не орёт. Не срывается. Делает, как сказано. Знает, где её место. Благодарна за любое слово.

Мне будто в лицо вылили ведро льда. Я хмыкаю. Голову поднимаю.

— Ну это точно не про меня, — поджимаю губы. — Я так не умею.

— А мне и не нужно, — бросает он резко. — В жены я потом другую возьму. Ты мне на нервы действуешь, не на член.

Фраза бьёт неожиданно. По лицу, по дыханию, по горлу. Я вздрагиваю. Почему-то очень неприятно.

Я знаю, что не хочу быть с ним. Не хочу замуж. Не хочу его имени. Но… Это всё равно очень обидно.

Потому что, даже если ты не хочешь — всё равно горько, когда тебя вот так… Отбрасывают. Как нечто ненужное, шумное, раздражающее.

Я вздёргиваю подбородок. Внутри всё пульсирует: раздражение, обида, злость.

— Зачем тогда? — голос хрипит, но я не отвожу взгляда. — Зачем тебе это?

— Сделка, киса, — произносит мужчина. — Просто сделка. Мне нужно то, что оставил Сивый. Ты — путь. Документы. Легальный выход. И ты получаешь своё. Безопасность. Свободу. Даже бывшую жену не тронут. Мелкая бумажка — и ты под моей фамилией. До конца всей этой истории. А потом — свободна.

Сделка. Слово цепляется в голове. Ощущаю, как внутри что-то переключается.

Сделка — это уже не угроза. Это форма договора. Сотрудничество. Условия. Права и обязанности. Как в юриспруденции.

Я медленно выдыхаю. Думаю. Мысленно отталкиваю страх. Начинаю собирать мозги в кучу.

Если это договор, значит, я могу влиять. Участвовать. Настраивать границы. Вписывать пункты. Пусть даже в такой извращённой форме.

— Ладно, — говорю осторожно. — Тогда подготовь условия. А я подумаю над своими. Мы встретимся потом, обсудим. Как в нормальной деловой сделке. Я должна понимать, на что иду.

В душе надеюсь, что так выиграю немного времени. День. Ночь. Час — уже хорошо. Оттянуть. Осмотреться. Найти способ сбежать или понять, как жить дальше.

Таир снова усмехается. Проходит мимо меня. Тело широкое, тёплое. От него пахнет табаком и чем-то острым. Молчит пару секунд, прежде чем остановиться у двери.

— Время у тебя есть, — бросает через плечо. — До утра. Думай. Только не тяни, киса. Я не терпеливый. И если начнёшь морочить мне голову, я начну прибавлять к плате. За каждый час. За каждую твою выходку.