Сочинения в двух томах
Шрифт:
Пьянство и ночью и днем!
В доме жил целый гарем!
Вы же — всю жизнь под замком
В страхе дрожали меж тем.
Вас-то он будто любил!
Боже мой! Он, как злодей,
Вашу всю жизнь загубил,
Вас загубил и детей!
Месяц иль два присмирев,
Первой-то страстной порой,
Ласков был с вами, как лев
С львицей своей молодой!
Ну, а как душу отвел...
Бабушка! сердце во мне
Рвется при мысли — что зол
Вынесли вы-то одне!
Верьте, люблю я, как мать,
Вас за страдальный ваш век...
Что ж от меня вам скрывать!
Дед был — дурной человек!..»
Бабка трясет головой,
Шепчет на речи его:
«Что говорить мне с тобой!
Ты не поймешь ничего!»
Вяжет старушка чулок,
Вяжет чулок и молчит,
И на засохший цветок
Нежно порою глядит —
Смотрит на бабушку внук...
Он изумлен, что у ней
Слезы закапали вдруг
Тихо из тусклых очей...
В жизни дитя — не умел
Сердце еще он понять!
Он испытать не успел,
Как оно может прощать!
Как из-за прошлых скорбей,
Их разгоняя, что тьму,
Сладкий лишь миг всё ясней
Издали светит ему;
И, как святой идеал,
Образ рисует того,
Кто это сердце терзал,
Кто так измучил его!..
1857
УПРАЗДНЕННЫЙ МОНАСТЫРЬ
Давно в тумане предо мной,
Блестящей точкою горя,
То над леском, то над горой
Светился крест монастыря.
И вдруг — обрыв! И вот — река
В тени высоких берегов
Бежит, подернута слегка
Отливом красных облаков.
И на откосе меловом
Открылась старая стена
С безглавой башней, как огнем,
Закатом дня озарена.
Прохлада веет над рекой,
Струясь за резвым ветерком,
И тихо движется со мной
Неповоротливый паром.
Вот монастырь... Следы ль осад,
Пищалей, приступов к стенам,
В кирпичных грудах что лежат,
Поросши лесом, здесь и там?..
Лампада у ворот горит
Пред полинялым образком;
Монах, седой старик, сидит
У кружки под двойным замком,
Сидит и смотрит, как ползут
Мои лошадки по горе...
«Что, отче честный, есть ли тут
Что посмотреть в монастыре?»
«А посмотри! Запрету нет!
Что есть — увидишь, — молвил он
Да что смотреть-то! Сколько лет,
Как монастырь уж упразднен.
Святыню вывезли... Живем
Мы вот одни давненько тут
С отцом Паисием и ждем,
Аль нас куда переведут,
Аль здесь помрем... Я вот с ногой
Изныл. Ломота извела.
Лечился летось у одной
Старушки: нет, не помогла!
Войди в калитку-то, смотри!» —
Мне указал на дверь старик,
А сам спешил в лучах зари
Еще погреться хоть бы миг.
Бедняк! Едва ль не прав был он!
Смотреть не много было, нет!
Кой-где следы витых колонн,
Письма и позолоты след.
Все церкви в землю повросли,
Кругом забиты двери их...
Зато, что кудри, до земли
Висели ветви ив густых...
А дом, где кельи, — как скелет,
За бледной зеленью стоит,
И в острых окнах стекол нет,
И грустно мрак из них глядит...
Лишь бродит вкруг голодный кот,
Над ним, несясь стрелы быстрей,
Кружатся ласточки, вразброд
Гуляет стая голубей, —
Всё тихо валится кругом...
Еще пройдет немного лет,
И стены продадут на слом,
И старины пройдет и след...
Смотреть не много... Что ж из них,
Из этих камней говорит
Моей душе? И шаг мой тих,