Сочинения в двух томах
Шрифт:
Граф Ну, вот, пошли...
Чуть выехав из варварской земли,
Оплакивают скифы с ней разлуку!
О, скифство!
Владимир Да, мы скифы. Много в нас
Есть, точно, скифских свойств.
Граф Гиперборейцы!
С любовию к лесам, к степям, для вас,
Ей-ей, ввек будут чужды европейцы.
Нет, истинно разумный человек —
Космополит. В нем душу восторгает
Развитие, успех; он наблюдает,
Как всё вперед, вперед стремится век,
И где успех, он там отчизну видит.
Отсталое одно он ненавидит.
Жаль, некогда теперь мне; подожди,
Nous discuterons[98] — решенье впереди...
Но, странно, ты не бросил за границей
Патриотических своих идей?
Владимир Никак не мог: во мне еще сильней...
Граф Всё вздор: поверь, окончишь ты больницей
Умалишенных... Faut que je te quitte[99],
Прощай, о скиф!
Владимир Прощай, космополит!
Кто ж прав из них? Ей-ей, решить боюсь...
Какая сила в этом слове — Русь!
Вздохнешь, его промолвя, глубоко,
И мысль пойдет бродить так широко,
Грустна, как песни русской переливы,
Бесцветна, как разгул родных равнин,
Где ветер льнет ко груди полной нивы,
Где всё жилье — ряд изб в тени рябин,
А дале — небо бледными краями
Слилось с землей за синими лесами...
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Когда впервые Нина услыхала
Слова, каким дотоле не внимала,
Когда нашла больную душу, ей
Казалося безмерно расстоянье
Меж ней и тем, кто эти знал страданья.
Сперва зажглось лишь любопытство в ней;
Потом ей втайне сделалось приятно
Жалеть о друге новом; непонятно
К нему неслись ее все мысли; он,
Казалось ей, достоин лучшей доли, —
А как помочь? В ее ли это воле?
Быть может, он озлоблен, оскорблен
И рождена она, как знать, с призваньем
Вновь помирить его с существованьем...
Владимир Что ваш больной, Нинета?
Нина Ничего,
Гораздо лучше. Нынче понемногу
Он стал гулять. Припадки у него
Всё реже.
Владимир Стало быть, угодны богу
Молитвы ваши?
Нина Я за всех молюсь,
Кого люблю.
Владимир Счастливец!
Нина Но Карлино...
Он не один... Синьор, я вам кажусь
Простою девочкой, так — бедной Ниной;
Вам кажется — где мне вас оценить...
Но есть у женщин в сердце голос ясный;
Что вам дают науки, может быть,
У нас врожденное, ведь вы несчастны,
Признайтесь?
Владимир Кто же вам сказал?
Нина Ваш взгляд
И сердце. Вы несчастны?
Владимир Ради бога,
Оставим это. У мужчины много
Есть в сердце струн, которые молчат
И чужды в женском сердце. Есть заботы,
Недуги есть, безвестные для вас,
А их лечить нет сил и нет охоты
Ни у кого.
Сьора Тета (мать Нины) Да, да, не ровен час.
Покойник мой был свеж; однажды рано
Пришел домой, весь бледен, как сметана.
Стал охать, слег. Я к доктору. Тотчас
Пустили кровь. Три доктора собрались —
И все лечить бедняжку отказались.
Как стукнет час, так не уйдет никто.
Нина Ах, маменька, да это ведь не то.
<