Чтение онлайн

Тут горе... горе впереди,

Теперь и прежде... И в груди

Досада на отца кипела.

Потрясена, раздражена,

Вдыхала с жадностью она

Холодный воздух, хоть и знала,

Что без того больной лежала

Не так давно. Теперь опять

Хотела слечь - и вновь не встать.

В саду зеленом блеск и тени,

На солнце искрится роса;

Веселых птичек голоса

Перекликаются в сирени;

Прохлада свежая давно

Плывет в открытое окно.

Старушка стекла вытирает.

Под потолок пуская пар,

Кипит нагретый самовар,

И Саша чайник наливает,

Сидит с поникшей головой,

Подпертой белою рукой.

И вот Лукич от мух проснулся

Зевнул, лениво потянулся,

Взглянул на стол - там серебро;

Проверил - цело; ну, добро!

Он вспоминал, хоть и неясно,

Что пошумел вчера напрасно;

Ну, мол, беда невелика,

Не тронь, уважут старика.

"Ох, голова болит, старуха!

А что, вчера я смирно лег?"

– "Чуть не прибил нас. Видит бог,

За что? Такая-то сокруха!

И понаслушались всего..."

– "Гм! жаль! не помню ничего".

– "В саду сидели до рассвета...

Грешно, Лукич! В мои ли лета

Так жить!"

– "Ну, ну! не поминай!

Ты пьяного не раздражай.

Давай-ко поскорее чаю,

Быть может, голова... того...

А я жду сваху".

– "От кого?"

– "Про это я, выходит, знаю.

Что думал, сбудется авось".

– "Смотри, тужить бы не пришлось...

И-их, старик!"

– "И-их, старуха!

Не забывается сосед!

Ведь я сказал, к примеру: нет!

Ну, плеть не перебьет обуха!"

– "Мне замуж, батюшка, нейти",

Чуть слышно Саша отвечала,

И с чаем чашка задрожала

В ее руке.

"Ты без пути

Того... не завирайся много!"

– "Я правду говорю".

– "Ну, врешь!

Велю - за пастуха пойдешь".

И, поглядев на Сашу строго,

Отец прибавил: "Да, велю,

И баста! споров не люблю".

– "Конечно, так. Я кукла, стало,

Иль тряпка... и куда попало

Меня ни бросить, все равно,

Под лавку или за окно".

– "Да что, к примеру, ты в уме ли?

Ты с кем изволишь рассуждать?"

– "Вот если б эту чашку взять

Разбить, вы, верно б, пожалели!"

– "Ну, что ж из этого?"

– "Да так,

Вы сами знаете - пустяк:

Вам чашка дочери дороже".

– "Смекаю. Ты-то за кого

Меня сочла? За куклу тоже?

Да ты от взгляда моего,

Не то что слов, должна дрожать!

А ты... ты хлебом попрекать

Отцу! Ты что вчера сказала?

Для вас, дескать, моя игла..."

– "Я виновата, попрекала.

Да если б камнем я была,

Тогда б промолвила! Ведь горько!

Иной собаке лучше жить,

Чем мне: ее не станут бить,

Гнать из конуры..."

– "Дальше!"

– "Только!

Что ж, мало этого?"

– "Молчать!

И, слышишь ты, не поминать

Соседа! Моего порога

Не смей он знать! Вишь, речь нашла!

Благодари, к примеру, бога,

Что у тебя коса цела!"

Старушка вышла из терпенья.

В душе за дочь оскорблена,

Все слезы, годы униженья,

Все горе старое она

Припомнила - и побледнела,

И мужу высказать хотела,

Какой, мол, есть ты человек?

Крушил жену свою весь век

И крушишь дочь. Побои, пьянство...

Ведь это мука, мол! тиранство!

Ты в этом богу дашь отчет!..

И не решилась. Нет, нейдет:

Вспылит. Немного помолчала

И грустно дочери сказала:

"Пей, Саша, чай-то: он простыл.

Что ж плакать!"

– "Гм! ей чай немил.

Сгубил сосед твою голубку,

Заплачь и ты, - оно под стать!"

Промолвил муж и начал трубку

Об угол печки выбивать.

Меж тем в калитке обветшалой

Кольцо железное стучало.

Лукич прислушался. "Стучат,

Под чай, к примеру, норовят..."

В окно Арина поглядела:

Старуха чья-то... Ох, Лукич,

Не сваха ли? кому опричь!"

– "Что ж! примем". Саша побледнела.

Отец на кухню указал

И Саше выйти приказал.

Она не трогалася с места.

"Опять упрямство! слышь, невеста,

За косу выведу, гляди!"

– "Иди, душа моя, иди!

Сказала мать.
– Ох, мука, мука!"

"Ну, ну! не мука, а наука...

Вас плетью нужно б обучать".

И он сюртук стал надевать.

8

Дверь заскрипела, отворилась,

И гостья, кашляя, вошла,

Святым иконам помолилась

И чуть не в пояс отдала

Поклон хозяину с хозяйкой.

На гостье был наряд простой:

Покрытый синею китайкой

Шушун, кокошник золотой

И сарафан. Взгляд ястребиный,

Лукавый. На лице морщины,

И тонкий нос загнут крючком.

"Челом вам, золотые, бьем!

Здоровы ли, мои родные?

Ну, жар1 насилу доплелась!

Да пыль от ветра поднялась,

Измучилася, золотые!"

– "Садись-ко, матушка, садись,

Сказал Лукич, - вот чашка чаю..."

– "Давай, родной. Уста спеклись.

Шестой десяток доживаю.

Насилу бродишь. Ну и жар!"

– "Жена! долей-ко самовар.

Приветим гостью дорогую

Чем бог послал".

– "И-и, родной!

Приветь хоть лаской-то одной

Да потрудись на речь простую

Мне, старой бабе, отвечать".

– "Изволь. Послушаем в чем дело".

– "Кажись, вам времечко приспело

Живой товар свой с рук сбывать;

Есть у меня купец; не знаю,

Хорош ли будет он для вас".

– "А! понимаю, понимаю!