Чтение онлайн

С точки зрения Московица, непосредственно наблюдавшего за этой ситуацией, все в очередной раз повторилось. «Одна и та же история повторяется с завидной регулярностью, только герои разные, – уверенно констатирует Московиц. – Марк был сосредоточен на создании конечного продукта и в последнюю очередь думал о его прибыльности. А менеджеры, наоборот, во главу угла ставили доходы компании».

Робин Рид подобрала отличную команду управленческих кадров компании. Но большинство из нанятых ею сотрудников не задерживались в Facebook надолго. Хирш был лишь первым из числа менеджеров, не проработавших в компании и года. Приближенные Цукерберга обвиняли Рид в том, что она нанимала на работу людей, не понимающих уникальной миссии и культуры Facebook. Некоторые храбрецы принялись названивать новому наставнику Цукерберга по менеджменту подобно Гнилоусту – злому советнику короля из романа Дж. Р. Р. Толкиена «Властелин колец». Критические замечания поступали и извне. Блогеры технической сферы неоднократно указывали на хаотичный характер управления Facebook. Но советник Марк Андриссен не раз подчеркивал способность молодого генерального директора все менять, когда люди перестают работать. По его словам, в растущей компании невозможно сформировать коллектив исключительно из талантливых трудоголиков. Важно лишь вовремя заменить тех, кто не подходит.

Цукерберг предпочитал работать с людьми своего возраста. Он почему-то считал их лучшими программистами. Свое однозначное мнение по этому поводу он однажды высказал на встрече с рядом предпринимателей. По данным блога VentureBeat, Марк сказал следующее: «Важно быть молодым и иметь склонность к техническим наукам. Молодые просто умнее. Почему, как вы думаете, большинство чемпионов по шахматам моложе тридцати лет?» Можно только представить себе, что чувствовали менеджеры компании, которым было уже за тридцать, а то и за сорок, читая эти строки.

В то время как Цукерберг постепенно учился эффективному управлению коллективом и завоевывал авторитет, ему не очень удавалось управлять собственным здоровьем. Возможно, постоянные стрессы в конце концов дали о себе знать. Он начал терять сознание. Это могло случиться в офисе, иногда во время бесед с сотрудниками и партнерами, а иногда прямо за компьютером. Друзья твердили ему о том, что нужно больше спать и регулярно питаться.

На званом ужине, организованном журналом Fortune в декабре 2005 года, мне довелось быть программным директором конференции по техническим вопросам под названием «Мозговой штурм». Всех собравшихся за круглым столом я попросил кратко изложить мысли, которые посещают их в последнее время чаще всего. Когда очередь дошла до Джереми Филипса, основного стратега компании News Corp. и главного консультанта Руперта Мердока, он рассказал присутствующим о том, насколько его компания довольна покупкой MySpace и какой огромный интерес она проявляет к Facebook.

Представитель Viacom, Майкл Вольф, покинул конференцию в панике. «О Боже, они ведут переговоры с Facebook, – испугался он. – Самнер Редстоун просто рассвирепеет, если и на сей раз проиграет Мердоку». Вольф тут же связался с Цукербергом и напрямую спросил, не ведет ли тот переговоры с News Corp. о продаже Facebook. Цукерберг сказал, что считает компанию News Corp. слишком голливудской и что ни одна подобная ей медиакомпания не понимает в полной мере предназначения сайта Facebook. Вольф расслабился, поняв, что переговоры с News Corp. не ведутся.

В декабре Вольф связался с Цукербергом и предложил ему нечто более привлекательное, нежели обычный ужин в местном ресторанчике. Он сказал, что летит через Сан-Франциско на корпоративном реактивном самолете и хотел бы, чтобы Марк прокатился с ним на выходные в Нью-Йорк.

Цукерберг проглотил наживку. Поскольку на самом деле ни один реактивный самолет в Viacom на данный момент не был свободен, Вольф арендовал новейший реактивный лайнер Gulfstream G5 без опознавательных знаков. Заказанный чартерный рейс должен был доставить пассажиров из Сан-Франциско в аэропорт округа Ветчестер, который находится в непосредственной близости от родного городка Цукерберга Доббс-Ферри (штат Нью-Йорк). Сам же Вольф прилетел в Сан-Франциско из Нью-Йорка обычным рейсом American Airlines. Глава MTV ждал Цукерберга на борту G5, как будто это было для него обычным делом. Марк немного опоздал и прибыл в аэропорт в половине шестого вечера. По плану Вольфа, в его распоряжении было примерно пять часов для беседы с Цукербергом, в ходе которой он надеялся склонить его к продаже Facebook.

Большую часть полета в разговоре доминировал Цукерберг. Он расспрашивал Вольфа о делах MTV, о том, как зарабатывают деньги компании наподобие Viacom, сколько они получают за размещение рекламы на их канале, какая часть этой суммы является чистым доходом, как они расширяют свою аудиторию и т. п. Вольф пытался направить беседу в нужное ему русло и поговорить о возможностях сотрудничества MTV и Facebook. Он то и дело повторял, что связи MTV с ведущими рекламодателями могут помочь Facebook продавать рекламу на их сайте. Он отметил, что такие хиты MTV, как реалити-шоу «Laguna Beach» («Пляж») и «The Hills» («Холмы»), смотрят миллионы подростков и студентов. И где, как не в этой среде, рекламировать сеть Facebook?

– Да, – согласился Цукерберг, – мы заметили, что в часы выхода упомянутых шоу в эфир активность пользователей на сайте Facebook существенно снижается.

За время полета Цукерберг оценил все достоинства G5.

– Восхитительный самолет, – констатировал он.

– Если ты продашь нам хотя бы часть своей компании, – заметил Вольф, – то сможешь купить себе такой же.

Когда авиалайнер приземлился в аэропорту Ветчестера, Вольф пригласил Цукерберга посидеть в кресле пилота. У трапа прибывших уже ждали два автомобиля. Один должен был отвезти Вольфа в город, а из второго, минивэна, вышли родители Цукерберга. Они бросились к Марку и заключили его в крепкие объятия. Все выглядело так, словно в конце учебного года сын приехал домой на каникулы.

В следующий раз Вольф прилетел в Пало-Альто в январе 2006 года, прихватив с собой главу рекламного отдела MTV. Цукерберг предложил поужинать в ресторане Village Pub в Вудсайте, где когда-то состоялась его судьбоносная встреча с Джимом Брейером. С Марком приехали Колер и Ван Натта. Вольф подготовил презентацию PowerPoint о перспективах совместной работы. За столом он предложил продать Viacom часть компании Facebook взамен на сотрудничество в области рекламы. Цукерберг вежливо выслушал предложение, но сразу же дал однозначно понять, что не собирается заключать каких-либо сделок, которые хоть как-то ослабят его абсолютный контроль над компанией.

В начале февраля Вольф еще раз посетил Пало-Альто. Они с Цукербергом становились друзьями и в этот раз беседовали, прогуливаясь по опрятным улицам, по обеим сторонам которых росли пальмы. Почему-то они остановились возле скромного дома Цукерберга с одной спальней. В квартире, где практически полностью отсутствовала мебель, царил полнейший беспорядок. На полу лежал матрас с наброшенной простыней и бамбуковый коврик, повсюду валялись стопки книг, там же стояла лампа. Было решено поужинать в ближайшем ресторанчике. Вольф с завидным упорством шел к своей цели и задал Марку тот же вопрос, что и в самолете:

– Почему бы тебе просто не продать нам компанию? Ты же обогатишься.

– Ты только что видел мою квартиру, – ответил Цукерберг. – Разве я похож на человека, которому нужны деньги? Кроме того, думаю, меня вряд ли когда-нибудь еще раз посетит идея, подобная Facebook.

Тема разговора все время менялась, и, когда речь заходила о Facebook, Цукерберг продолжал настаивать, что сайт стоит по меньшей мере 2 миллиарда, и он никогда не станет просить меньше. «Но его слова звучали, не как “Я хочу 2 миллиарда”, – вспоминает Вольф, – а скорее как “Дайте мне 2 миллиарда, и я все равно вам вежливо откажу”». В конце беседы Цукерберг предложил просто поговорить о какой-то форме сотрудничества.

Упрямый Вольф вернулся в Нью-Йорк и встретился с Макгрэт и Фрестоном. Простое сотрудничество их не интересовало. Они с Редстоуном планировали приобрести компанию Facebook. Поэтому Фрестон решил играть в открытую. Он направил Цукербергу письмо, в котором сообщалось, что Viacom готова выложить 1,5 миллиарда долларов за Facebook. Наличными предлагалось выплатить 51 процент, а остальную сумму – частями в зависимости от того, насколько эффективной будет работа компании. На тот момент это было самое заманчивое предложение из всех полученных. Но Цукерберг на него даже не ответил.