Чтение онлайн

– Ох уж это землетрясение, – досадовала мама. – Ничего, кажется, не произошло, а все планы перевернуло…

Навстречу Дейву из комнаты выбежал весёлый пёс Мартин. Одна задняя лапа у него была с механическим протезом – будучи щенком, он попал под колёса кара. Закинув на плечи мальчику свои сильные лапы, пёс принялся стрелять ему в лицо языком, пытаясь дотянуться. Но Дейв вовремя убрал губы, так что Мартину досталась только его щека. Пёс выражал безграничную радость, махал хвостом так, что ему приходилось плясать на задних лапах, дабы сохранить равновесие. При этом он постукивал механической ногой по полу.

– Мартиииин! – засмеялся Дейв, прячась от слюнявого языка.

Нет, в самом деле, дом – это крепость. Здесь всё совершенно прекрасно. Здесь нет места унынию, Копне с её нравоучениями и злым одноклассникам с их насмешками. Никакой лжи и равнодушия.

– Садись за стол, малыш, – сказала мама. – Ещё пять минут, и всё будет готово. Сильно проголодался?

– Смотря что на ужин, – ответил Дейв.

Кажется, пахло жареной птицей.

– Настоящая курица, а не искусственное мясо, – сказала мама. – Папа сегодня занёс, пока у него на работе был перерыв.

– Тоже на барахолке купил? – ляпнул Дейв и тут же покраснел. Как он мог сказать такую глупость!

Но мама как будто и не заметила этого. Открыв духовку, чтобы проверить прожарку, она продолжала:

– Энатон просил Рика приготовить ужин, но я решила вас побаловать и запечь курицу сама. Ты же знаешь, когда мама берётся что-то делать, это получается с душой. Роботам это не дано… Так, а вот и она… – Мама поднялась от духовки с противнем, держа его тряпичными ухватами. – Её величество Запечённая Курица», – представила мама свой сегодняшний шедевр, окруженный печеными яблоками.

У Дейва во рту навернулись слюнки. Как хотелось бы сразу превратиться в дикаря, вооруженного вилкой, и вцепиться в белое мясо, прикрытое корочкой, приятно хрустящей во рту. Но Дейв знал, что следует дождаться папу. Энатон Беккер всегда возвращался домой в одно и то же время. Папа свято верил, что это одно из главных качеств примерного семьянина.

Ждать его оставалось недолго.

Вот и звонок в дверь. Правда, на десять минут раньше, чем обычно. Кроме того, папа всегда открывал дверь своим ключом.

В дверь опять позвонили настойчиво – несколько раз подряд.

– Ты впустил Рика?

Со словами «Я здесь, мэм» робот прошёл на кухню.

– Наверное, Энатона, как и меня, пораньше отпустили с работы из-за этого землетрясения, – сказала мама.

Она поставила противень на стол и пошла открывать.

Маленький Дейв в тот же момент встал из-за стола и спрятался за кухонной перегородкой так, чтобы, когда войдёт папа, выскочить из-за укрытия и напугать. Дейв проделывал этот трюк уже тысячу раз, а папа всегда подыгрывал: картинно размахивая руками, хватался за сердце и падал будто бы в обморок.

К Дейву подбежал Мартин, виляя хвостом.

– Уйди, Мартин! Ты выдаёшь позицию, – шепнул Дейв.

Поняв, что пёс так просто не отделается, Дейв обнял его и прижал к себе, чтобы хвост Мартина не выглядывал из укрытия.

Однако, когда мама открыла дверь, Мартин, ещё никого не увидев, насторожился, подняв уши торчком. А когда до собаки донёсся чужой голос, шерсть на её холке вздыбилась. Дейв выпустил Мартина, и тот с грозным рыком выскочил в коридор. Незнакомых гостей пёс встретил отчаянным лаем. Но тут же замолк, когда этого потребовала мама.

Дейв услышал в своём укрытии мужской голос. Незнакомец говорил тихо, он как будто был подавлен чем-то. Послышался ещё один голос. До мальчика донеслось только «мы не смогли…». И Дейв как будто разом всё понял. Ужасная догадка подтвердилась, когда послышался возглас мамы:

– Нет, нет, этого не может быть!

Дейв зажмурился. Ему больше всего хотелось сейчас, чтобы эта догадка оказалась глупой ошибкой. Даже если с ним что-то случилось, пусть папа будет сейчас в госпитале, пусть даже в реанимации, но только живой!

Дейв выскочил в коридор и увидел двух мужчин в чёрном. Костюмы плохо на них сидели, как будто были чужими или надетыми наспех. Гости уставились на мальчика. В их глазах прочитывались сразу сочувствие, горечь и вина.

– Энатон! – воскликнула мама. – Мой Энатон! – Она отошла назад и закрыла лицо руками.

Один из гостей обратился к Дейву:

– Тебя зовут Дейв? Ты сын Энатона Беккера, верно?

– Не надо… – Второй ткнул своего спутника локтем под бок и шепнул: – – Ему мать потом сама всё объяснит.

– Он мальчик не глупый, я вижу, что и так уже всё понял, – ответил второй. – Сейчас я с тобой поговорю, приятель.

Этот человек был лысым, от его скулы до затылка тянулся шрам, а глаза были синими.

– Меня зовут Джонатан Уокер. Я начальник бригады, в которой трудился твой отец, – сказал этот мужчина.

Уокер ступил за порог без предложения войти. Обыденная учтивость становится нелепой, когда звучит весть о смерти.

Мама Дейва между тем так и стояла, закрыв лицо. Она не проронила ни звука, и не было понятно, плачет ли она.

Это землетрясение… Какие-то два толчка, на которые можно было не обратить внимания. Но на канале, где велись глубокие земляные работы, произошёл обвал, под которым оказался погребён робот-копатель вместе с оператором в кабине – Энатоном Беккером. Его не успели откопать, воздух в кабине иссяк. Всё это объяснил Уокер.

– С твоим отцом мы были больше чем коллегами, мы были друзьями, – продолжал начальник бригады.

Дейв почувствовал, как слёзы сбежали по его щекам, хотя ему казалось, что он всё ещё не плачет.

Уокер присел перед мальчиком и заглянул ему в глаза.

– Это был хороший человек, каких на свете очень мало, – продолжил Уокер и на мгновение осёкся.

У Уокера не было детей, и он не умел с ними общаться. Тем более было невероятно сложно разговаривать с ребёнком, который только что лишился отца.

– Да, очень хороший человек… – Уокер замешкал, подбирая правильные слова. Наконец он решил, что правильных слов нет, нужно говорить просто то, что чувствуешь, как оно есть. И Уокер изрёк: – Не знаю, приятель, что тебе сказать. Хочется, чтобы ты не плакал, но как тут не лить самые горькие слёзы. Я и сам, честно говоря, готов разрыдаться… – Глаза Уокера в самом деле были красными и блестели. – Главное, приятель, помни, каким он был, и будь таким же честным человеком.