Чтение онлайн

– Давайте подробнее. Где книга хранилась?

– В моем кабинете.

– Шкаф, сейф, ящик стола?

– Нет, просто лежала на полке.

Нерд сел и строго посмотрел на ученого.

– Профессор! Как можно так небрежно хранить ценные вещи?

– Понимаете, никто не знал, что она такая!
– взъерошив рукой без того растрепанную шевелюру, оправдывался Соннер.
– Старая книга, переплет потрепанный, страницы от сырости слиплись. Ее нужно обработать особым способом, потом осторожно по одной страничке открывать.

– Кому вы говорили о том, что это - ценная книга?

Соннер задумался, потом нахмурился.

– Вашим коллегам. Господину Вилье и его помощнику. Такой любознательный молодой человек.

– Рэйри?

– Да, Рэйри! Они приходили ко мне вчера.

– Когда вы обнаружили пропажу?

– Сегодня утром. Я хотел поработать с книгой, но ее не было!

– Кому еще говорили о ценности книги?

– Больше никому!

– Точно? Подумайте хорошо.

– Точно. Я сам предположил, что за редкость попала мне в руки только перед их приходом, когда стал изучать переплет под увеличительным стеклом. Мне удалось прочесть отдельные буквы заголовка и я предположил... Был так рад, что не удержался и похвастался...

– Вас мог кто-нибудь подслушать?

Соннер покачал головой.

– Нет. Да и не сказал я ничего такого. Что-то вроде: возможно, что книга - новая сенсация, но пока говорить рано.

– То есть, вы не говорили, что это - "Великая книга тайн"?

– Нет, название я точно не упоминал.

Нерд поскреб подбородок. Историк сидел как в воду опущенный.

– А вы уверены, профессор, что книга исчезла? Может, сунули куда-то и забыли куда?

– Нет-нет! Она пропала! Переход приходом господина Вилье и его помощника она лежала на столике. Когда я хотел угостить ваших коллег чаем, то переложил книгу на полку. На коробку с фотографиями. Это я точно помню. Больше вчера я к ней не прикасался, так как весь день показывал господину следователю музей. А сегодня ее на месте не было. Я перерыл весь кабинет. Даже навел порядок по такому случаю. Книги нет. Она исчезла!

– Кто имеет доступ в ваш кабинет?

– Только я и те, кого я сам привожу.

– Уборщица?

– Протирает полы раз в неделю, но только при мне. Я не люблю, когда к моим вещам прикасаются. К тому же там столько предметов, с которыми нужно обращаться крайне осторожно. К примеру, старинные документы или ...

– Понятно, - перебил Соннера Эттер.

Если профессора не остановить, он сядет на любимого конька и выльет столько ненужных сведений! А Нерду и так хватает информации, иной раз просто голова пухнет.

– У кого есть ключи от кабинета?

– Только у меня.

– А запасные?

– Валяются где-то дома в столе.

Нерд сокрушенно покачал головой. Ну как тут работать?

– Вот еще что!
– встрепенулся историк.
– Я вспомнил! Я выходил на несколько минут, чтобы распорядиться о чае.

– Ваши гости оставались одни?
– нахмурился Эттер.

– Да.

– О книге вы говорили до своего ухода или после?

– Не помню...
– покачал головой Соннер.
– Кажется, позже.

Нерд тяжело вздохнул.

– И еще, - неожиданно заметил профессор.
– Господин Вилье показался мне несколько странным. Возможно, это не имеет отношения к делу.

Эттер насторожился.

– Еще как имеет, - заверил он.
– Что вам показалось необычным в его поведении или словах?

– Он выглядел как человек, который ... страдает. Его словно что-то мучило. Я списал это на плохое самочувствие. Ведь после аварии прошло совсем немного времени. Но он задавал такие вопросы ... И говорил довольно странно.

– Конкретнее, профессор. Какие вопросы? Что он говорил?

– Мне показалось, что господину следователю не понравилось в замке. Он словно испытывал боль. В то же время смотрел вокруг с такой тоской. Камни гладил. Как путешественник, который после долгой разлуки вернулся на родину. Но в то же время утверждал, что в Моране никогда не был. По замку ходил так, словно знал где что расположено. И вопросы такие ... Я понимаю, что он хорошо изучил материал, память, должно быть, отличная, но... К примеру, с этим портретом.

– С каким еще портретом?

– В Главном Зале, как вы знаете, висят портреты. Мы, конечно, точно не знаем, кто на них нарисован. Но предполагаем. Так вот. Господин следователь отрицал, что дама в белом - это Молена де Моран. Причем отрицал уверенно. Она мол, красива, волосы каштановые, глаза синие, но это не Молена. Я, конечно, поинтересовался, откуда такая уверенность. По описанию в книге и по времени создания портрет подходит. И герб в углу - сплетение гербов Морана и Вильенов. Логично предположить, что это она.

– А я всегда думал, что Молена, да и другие герои - просто литературные персонажи, - удивился Эттер.

– Хроники Морана, к сожалению, утеряны. Но есть косвенные свидетельства. Сохранился архив Ордена, где упоминается отец Жерони и этот монах, отец Лиам, который направлен в Моран к местному барону, чтобы нести свет веры. Архиепископ Жуэле де Синто тоже реальное историческое лицо, как и его кузен граф де Гресир. Этот изрядно наследил в хрониках. И турнир, где де Гресира победил рыцарь из Барвилла Конрад де Вильен, в них тоже упоминается. Только о Молене никаких следов пока обнаружить не удалось.

– А чем Вилье аргументировал свою уверенность?

– Он сказал что-то о фасоне платья. Мол, такое позже носили. Но это бред. Подобный фасон появился за тридцать лет до существования Молены и был актуален еще лет тридцать после. Мода тогда менялась не так часто, как сегодня, - фыркнул Соннер.
– Поэтому парадное платье успевала поносить и бабушка, и мама и дочь. Тем более, что стоили они немало, ведь украшались драгоценными камнями. Странно, что специалист такого уровня как Вилье говорит подобную ерунду. О!

Внезапно лицо профессора озарила догадка.

– Вилье! А не потомок ли наш господин следователь славного рода де Вильенов? Может быть, какие-то семейные предания, хроники. То-то он на Моран смотрел с такой любовью. Вот!
– обрадовался Соннер, что нашел разгадку.
– Именно, с любовью!

– Мой сын задавал ему этот вопрос, но он отрицает. Вернее, не знает. Его родители погибли, когда Дарриэл был еще ребенком.

– Но что-то здесь есть!

– Возможно...

После ухода профессора Нерд несколько раз прошелся по кабинету, заложив руки за спину и покусывая губу. Потом решительно подошел к стоящему на столе коммуникатору, снял трубку и быстро забарабанил по клавишам. Дождавшись ответа, он бодро прокричал.