Чтение онлайн

Засевший в кустарнике старший геолог еле сдержи­вался, чтобы не напасть на Хромоногого. После взрыва он не удержался и вышел из кустов. Хромоногий его не заметил. Петров пошёл за ним и остановился поблизо­сти от тайника. Теперь он держал Хромоногого в руках. Это обстоятельство возвратило ему бодрость и энергию. Кроме того, было нечто другое, овладевшее мыслями геолога. Это был взрыв. Петрову не были чужды задачи экспедиции и он знал, что такой взрыв не входит ни в какую программу разведки. Для него было явно, что это нечто непредусмотренное, и он тем больше был удивлён. Людей нигде не было видно. Вдобавок ко все­му, среди леса, за самой станцией взвился другой, вы­сокий и тонкий столб дыма.

Петров, чтобы лучше видеть, вышел из кустарника. Не было сомнения в том, что этот взрыв здесь, у Чёр­товых Берлог, и тот — в лесу, за центральной стан­цией — связаны между собой.

— Это очень интересно! — произнёс он вслух. — Надо сейчас же доложить.

— Можешь доложить и мне! — послышался за ним голос Хромоногого.

Петров мгновенно обернулся с намерением ударить его, так противен стал ему этот человек. Хромоногий стоял против него с его ружьём в руках, бледный и взволнованный.

Петров сдержал свой гнев, но не смог его укрыть от зоркого глаза Хромоногого.

— Что это был за грохот? — рявкнул, теряя са­мообладание, геолог.

— Это я у вас спрашиваю. Если не ошибаюсь, это вы, геологи, искатели кладов, нарушаете спокойствие в нашем краю. — Он произнес слова «в нашем краю» с подчеркнутым озлоблением.

Если ты причинил малейший вред кому-либо, то ответишь за это! — крикнул геолог.

— У тебя есть опыт не только в геологии! — про­цедил сквозь зубы Хромоногий, многозначительно нале­гая на каждое слово. — А впрочем, почему ты не до­ждался меня? Ты ведь сам пожелал отдохнуть, когда напился.

Петров промолчал.

Хромоногий засмеялся с притворным добродушием.

— Я запер тебя для твоего же добра. Ты был пьян, а собака у меня — волкодав. Я вышел ненадолго и, чтобы тебя кто-нибудь не побеспокоил, запер дверь. А ты подумал, что оказался пленником, и серьёзно потру­дился. Но теперь, под угрозой ружья, тебе придется сказать, что ты искал.

— Ты — подлец! — бросил ему в лицо Петров.

Хромоногий упёр дуло ему в грудь. Петров схватил­ся за него и отвёл в сторону, но не выпустил из руки. Держа ружьё за дуло, он вытащил кинжал, который взял в комнате у Хромоногого и крикнул:

— Ты — подлец! Ты за всё, за всё ответишь! Злобный смех был ему ответом.

— Я ничего не совершил такого, за что мне отве­чать! — холодно сказал Хромоногий.

— Что это был за взрыв там? Что ты делал в Чёр­товых Берлогах? А?

— Каких таких Чёртовых…

— Тех самых, Чёртовых Берлогах. Напрасно скры­вать. Я слышал твой разговор с тем турком, которого ты обругал трусом. Ты устроил этот взрыв, чтобы кого-нибудь убить?..

— Слушай, — перебил его Хромоногий. — Момент сейчас такой, что надо говорить начистоту. Будем го­ворить как мужчины. Помоги мне найти клад, и я тебя богато вознагражу. Ты ничем не будешь рисковать. По­моги мне только, как специалист. Пойми, клад суще­ствует, у меня есть бумага, которая это удостоверяет. Как видишь, я ничего от тебя не скрываю. Только пред­лагаю тебе честно заработать. Я действительно сейчас пришёл оттуда, из Чёртовых Берлог, и всё проверил по плану. Я хотел поделиться с тобой всем, что знаю, по­этому запер тебя, чтобы ты не убежал… А взрыв этот — не мой. Возможно, кто-нибудь другой пробует. — В глазах его блеснула угроза. — Высохнет каждая рука, которая туда потянется… — закончил он сквозь зубы и обвёл окрестность мрачным взглядом.

— Ты жалок, — прошептал геолог. — Деньги де­лают тебя таким. Твоя алчность и твоя слепота — зве­риные. Ты — зверь.

— Отказываешься, значит?

— Нет, не отказываюсь, мы клад откроем… — произнес мрачно и с особенной ноткой в голосе геолог.

— Вот и хорошо! — воскликнул обрадованно Хро­моногий.

— Но не для тебя и не с тобой! — закончил Пет­ров. — Отдай мне сейчас же бумаги, которые у тебя, сейчас же отдай их мне, слышишь? — крикнул он строго.

Отводя одной рукой дуло ружья в сторону, он ухва­тил другой рукой Хромоногого за отворот, намереваясь его обезоружить. Однако тот выхватил из-за пояса боль­шой нож и, прежде чем Петров успел как-нибудь за­щититься, вонзил его в грудь, возле плеча, и выдернул обратно. Геолог, охнув, осел на траву. Наклонившись над ним, Хромоногий колебался: прикончить его или скорее бежать. В этот момент глаза его потемнели и в них мелькнуло выражение насмешливого злорадства. Он быстро вытащил из-за пояса бутылку водки и, от­крыв Петрову рот, вылил туда часть её содержания. Петров, обессиленный, вытянулся, наполовину захлеб­нувшийся, беспомощный. Хромоногий положил бутылку возле геолога, пнул его ногой в спину и расхохотался:

— В следующий раз поменьше пей!.. Ха-ха-ха! Затем он ушёл в свой тайник.

Как только Хромоногий скрылся, из-за деревьев вы­бежали Элка и Кита. Элка, плача, подбежала к геологу и подняла его голову.

— Товарищ Петров, товарищ Петров — звала она его, рыдая.

Старший геолог открыл глаза и посмотрел на неё сквозь слёзы, застилавшие взгляд.

— Беги на Центральную… К Чёртовым… Хро­моногий…

— Ох, я знаю, знаю. Я всё видела, но ничего, и на него найдется управа! — громко и с воодушевлением воскликнула Элка. Мальчик, который нам поручил за ним следить, сказал, что Хромоногий попадется в ло­вушку… Да, он попадется!..

Старший геолог её не слушал. Уронив голову, он тяжело дышал.

— Бежим, Кита, на Центральную станцию — крик­нула Элка.

— Лучше скажем папе. Он работает вот там, в группе товарища Петрова. Оттуда вызовут врача, и лю­ди сюда придут.

Петров поднял глаза, одобрительно взглянул на них и попытался показать рукой, где должна находиться его группа.

Девочки, не теряя времени, взялись за руки и побе­жали через лужайку.

Когда они удалились, тонкая фигурка с соломенны­ми волосами промелькнула вдоль опушки и нырнула в кустарник, в котором исчез Хромоногий, но через мгно­вение вынырнула обратно. Посуетившись по лужайке, фигурка приблизилась к тому месту, на котором кор­чился геолог, схватила выроненный им кинжал и, с ловкостью кошки вскарабкавшись на одинокий дуб, скрылась в его пышной кроне.

Белобрысик был на своём посту.

После короткой паузы, в которой слышны были только стоны старшего геолога, из кустов снова появил­ся Хромоногий. На спине у него был лёгкий рюкзак, а в руке крепкий пастуший посох. Он бросил злобный взгляд на извивающегося в траве геолога и кошачьи­ми шагами обошёл большую скалу. Скала эта нахо­дилась шагах в десяти от его логовища и была окру­жена зарослями крапивы и ежевики. Он осторожно раз­двинул растительность и, ступая только на торчащие из земли камни, проник куда-то за скалу. Спустя не­много послышался звук трущихся один о другой камней, и всё утихло.

Испуганная ящерица появилась на скале, тревожно осмотрелась, вертя плоской головкой и, ничего не по­няв, вернулась в расселину скалы.

Кто мог сказать, какие ещё пресмыкающиеся пря­чутся среди этих камней?

С того мгновения, когда вертолёт злополучно под­нялся на воздух и направился неуверенно к Чёртовым Берлогам, следуя данным по телевизору указаниям про­фессора Иванова, профессор Мартинов не находил по­коя. После неприятной утренней стычки со старшим гео­логом ему хотелось сесть и спокойно разобраться во всём. Ему хотелось даже просто отдохнуть. Он чув­ствовал себя утомлённым. В душе его беспокойно ко­пошились повседневные заботы и многие сомнения иска­ли своего разрешения. То он обвинял себя за поведение старшего геолога Петрова, то видел в самых чёрных красках обстановку, созданную этим его поведением. Ему казалось, что из-за стечения обстоятельств он топ­чется в заколдованном кругу бесполезных действий. Чувствовал, что ему надо остановить и свои собственные мысли, и развитие событий, насколько это возмож­но, чтобы подвергнуть их оценке и привести всё в по­рядок.