Чтение онлайн

имени Хэнк Бладстайн. Он устраивал набеги на города, грабил и убивал.

Выражаясь современным языком — возглавлял пиратский синдикат. И именно

его идеей было захватить ненужный тогда никому форт.

Поговаривали, что Бладстайн продал душу морскому дьяволу. Некоторые были

уверены, что он и есть морской дьявол, который скорее сам собирает души. До

сих пор ходили слухи, что где-то в подвалах тюрьмы всё ещё припрятано

сокровище Бладстайна, но как уверяла экскурсовод: там нашли только пустые

бутылки из-под рома и горы просоленной морской водой одежды. Такое себе

сокровище. Логичнее предполагать, что такой сообразительный пират припрятал

всё награбленное на каком-нибудь непримечательном островке.

Исчезновение Бладстайна, как и его личность, тоже было покрыто тайнами.

Выдвигались разные теории. Что опасный пират, гроза морей, по-тихому улизнул

в разгар самой ожесточённой битвы между пиратами и армией и спился на

островке со своими сокровищами в обнимку. Или что он убил одного из

адмиралов, прикинулся другим человеком ( изменил внешность, так как морские

дьяволы способны и не на такое), обманным путём проник во флот и даже

получил медаль за заслуги, но по факту за то, что самолично часть этого флота и

вырезал. Ну и конечно, что он просто погиб нелепой смертью и его давно съели

акулы, а кости разметали рыбы по морскому дну. Одно известно точно: после той

бойни активность пиратов сошла на нет, Хэнк Бладстайн, «морской дьявол», нигде не появлялся, а форт вновь начали использовать, и то больше для того, чтобы никто лишний его не занимал.

Однако какой бы разнообразной не была история Форта Грейрокс, теперь он

доживал свои последние года, разрушаясь под натиском стихии, и нужный разве

что кучке любопытных туристов, которые едва сюда попав, сразу хотели обратно.

И Бернард прекрасно понимал почему. Он чувствовал, сколько в себя впитали эти

серые стены с выцарапанными непонятными посланиями или перечёркнутыми

палочками. Казалось, достаточно до них дотронуться и можно утонуть в

продолжительных ярких видениях. Стены шептали. Гудели, как рой пчёл. Шумы

пробивались в реальность. Всё это оказывало на людей и аппаратуру негативный

эффект. Поэтому быстро разряжались аккумуляторы, подкатывала тошнота и

появлялось головокружение…

Здесь было множество призраков. Многие из них — заключённые, даже после

смерти отбывающие срок. И больные. Дожидающиеся, когда их срок тоже

подойдёт к концу. Бернард не видел их лиц. В основном призраки представали

силуэтами, которые лежали на койках или выжидательно прохаживались по

кельям из угла в угол. Контактировать они сами были не настроены. Застряли и

зациклились на своих эмоциях, за счёт которых (и за счёт периодически

появляющихся туристов) и держались. Примешивались тут и шумы, но их

Бернард вообще в последнее время стал видеть реже, будто фокус его

восприятия стал более чётким, и он меньше путался в призрачных слоях. Он

даже не сомневался, что на плёнках будет огромное количество белых сфер.

После отпуска их с Юэном ожидало много часов в проявочной комнате.

В очередной раз когда группа ушла вперёд, Бернард нырнул в одну из келий, чтобы сделать фотографии. Однако опустив фотоаппарат, он заметил, что вокруг

изменилась обстановка. У стен с бурыми пятнами и разводами стояли бочки, на

полу, в углу, валялось какое-то затхлое тряпьё вместе с разносившейся обувью.

От резкого запаха алкоголя и чего-то кислого Бернард поморщился, сразу

разболелась голова. Присутствовал и ещё какой-то запах, который Бернард не

смог опознать, но предположил, что, должно быть, так пахнет порох.

Он сделал несколько шагов по небольшому помещению и наступил на что-то, что оказалось то ли кольцом, то ли серьгой. Кое-где заметил разбросанные

пряжки и ремни. Подбирать и вообще трогать не рискнул. Отчётливо слышался

шум моря. Пол под ногами почему-то вибрировал, словно волны с неистовой

силой бились об стены форта, содрогая его до самого фундамента. Через

зарешечённое окошко в сизом сумраке виднелся маяк на берегу, вокруг которого

выстроились накренившиеся корабли с оборванными парусами. Это было

похоже на кладбище кораблей, которые плыли на яркий луч маяка, а в итоге

попали в ловушку.

За спиной внезапно послышались шаги. Вернее, даже эхо, звонко отскакивающее

от голых стен. Походка казалась тяжёлой, немного прихрамывающей. И

приближающейся.

От одного этого звука Бернарда охватила паника и он начал судорожно

осматриваться. Интуиция аварийной сигнализацией визжала, что в такой

ситуации лучше схватить что-нибудь для защиты, но вокруг были только бочки и

старое тошнотворно пахнущее тряпьё… Бернард сунул руку в карман ветровки, в который с утра положил новый ловец снов, однако амулета там не оказалось.

Как и в другом кармане. Пропали даже фотоаппараты. В видении он остался

совсем один. Некомфортно. И страшно.

Когда звук шагов стал совсем близким и оборвался, на пол и частично на окно

легла огромная тень. Чувствуя себя героем фильма ужасов, Бернард обернулся

через плечо. В проёме кельи, широко расставив ноги, стоял мужчина в

тёмно-фиолетовом камзоле, рукава и воротник которого были украшены узорами

из позолоченных нитей. В обильной и вьющейся чёрной бороде застряли мелкие

ракушки и морские звёздочки. Один глаз скрывала типичная чёрная повязка.

Тёмные волосы были стянуты в хвост и открывали вид на крупные серьги в

ушах. Грубая мясистая рука с всевозможными перстнями на толстых пальцах

лежала на рукоятке длинной абордажной сабли. Другая рука была заткнута за