Чтение онлайн

А Угорич и Наратов?

Одного слить жене, другого — прямой наводкой в проверяющие органы, раз у него есть «неприятные делишки в прошлом»?

Это капля в море, Валерия, как ни крути.

Ненавижу ставить все на неизвестность.

Ненавижу совать руку в воду, где плавает акула, которая может сожрать меня вместе с лодкой.

Эти мысли бродят в моей голове весь следующий день, мешая толком сосредоточиться на работе. Чтобы хоть как-нибудь отвлечься, пересматриваю документы, которые вытащила из переписки Андрея с мамашей. Если отбросить лишнюю шелуху, то самое главное, что она — да и я тоже! — оттуда узнаю — это наличие у Завольского парочки левых фирм, зарегистрированных через кучу подставных лиц на какую-то женскую особь по имени «Жданова Тамара Сергеевна». Уверена, что это какая-то его родственница глубоко пенсионного возраста, седьмая вода на киселе. Ничего необычного или новаторского — обычная схема, по которой не чистые на руку бизнесмены, скрывают бОльшую часть своего имущества, чтобы не светить его в декларациях. Тут уже в ход идут все существующие живые (а иногда и не очень) родственники. Но что это дает мамаше Андрея? Много чего, на самом деле, но в первую очередь — возможность организовать еще один судебный процесс о разделе имущества. Насколько мне удалось выяснить, на момент их развода, старый боров явился в суд «гол как сокол» и его жена получила чуть больше, чем дырку от бублика. Само собой, зная о реальном положении его финансовых дел, ей такое надувательство не понравилось, но пришлось смириться из-за отсутствия доказательств. По всем официальным документам «ТехноФинанс» даже сейчас значится как контора, которая едва-едва зарабатывает просто на самообслуживание.

Имея на руках все эти документы, мамаша Андрея может либо пойти с ними прямиком в налоговую, и устроить любимому бывшему много-много нервотрепки, но в таком случае единственный профит, который она получит — удовлетворенное самолюбие. Или… она попытается организовать еще один судебный процесс, на котором ее адвокат покажет, где именно и какие суммы спрятал ее бывший муж, чтобы избежать справедливого раздела имущества.

Конечно, никакая справедливость в пользу государства мамаше Андрея и даром не нужна.

Но я могу попытаться действовать на опережение и разыграть эту ситуацию в свою пользу. И в таком случае я тоже ограничена во времени, потому что мамаша Андрея заполучила все эти сведения на несколько дней раньше, чем я, и наверняка уже готовится пустить их в дело.

Но сейчас мне необходимо точно знать, о чем мы договоримся с Авдеевым. Потому что если он все-таки решит сдать меня старому борову, то единственный план, на котором мне придется сосредоточится — как бы в принципе сохранить свою жизнь.

Стоя на пороге «ЧерриБомб» за минуту до назначенного времени, вдруг остро ощущаю уже порядком подзабытое чувство страха. Я так отвыкла смотреть в глаза неизвестности, что боюсь любой потери контроля. В последний раз я так же бросалась в омут с головой, когда садилась совершенно голая в машину к мужчине, которого знала от силы пятнадцать минут.

«И это было лучшим решением в твоей жизни, так ведь?» — подстрекает неугомонный внутренний голос, которому мне абсолютно нечего возразить.

Тот риск сделал меня Валерий Ван дер Виндт.

Возможно, молния все-таки бьет дважды в одно и то же место, и сегодняшний риск так же полностью себя оправдает.

— Просто зайди уже в этот чертов клуб и хватит сомневаться, — шепчу себе под нос, но переступить через порог все равно адски тяжело.

Внутри так гремит музыка, что я не сразу понимаю, что говорит парень у входа. Ему приходится наклониться к моему уху и буквально проорать, есть ли у меня инвайт на вход, потому что сегодня тут закрытое мероприятие только по пригласительным.

Какие еще нафиг пригласительные?

— У меня частная встреча, — говорю после секундного замешательства.

Охранник оценивает меня с ног до головы и задает один единственный вопрос:

— С кем?

— Авдеев, — пожимаю плечами, потому что это единственный ориентир, который у меня есть.

Охранник говорит что-то напарнику у себя за спиной и тот, молчаливым кивком, предлагает следовать за ним. Я чувствую себя почти арестанткой, когда мы поднимаемся по лестнице в коридор, с двух сторон окруженный тяжелыми прутьями решетки. А под всем этим — танцующая шумная толпа, «забрызганная» разноцветными огнями прожекторов и ламп.

Охранник молча останавливается перед ширмой, за которую я заглядываю одновременно со страхом и любопытством. Но там никого. Только маленький стол в центре между двумя абсолютно приличного вида кожаными диванами.

— Эй, и где все? — говорю в пустоту, поворачиваясь вокруг своей оси.

Я рассчитывала, что меня уже будут ждать, но, судя по всему, у Авдеева другие планы, и никакие расшаркивания типа шампанского и фруктов, в них не входят. Я задерживаю взгляд на своем отражении в одной из узких зеркальных полос, которые здесь скорее для декора, чем для какой-то пользы. Хорошо, что в последний момент передумала приезжать в платье и от делового костюма тоже отказалась. Авдеев пригласил меня в ночной клуб и вряд ли ждет, что я явлюсь в очках, при галстуке и портфеле а ля «исполнительная секретарша». А вот в джинсах-скейтерах, лонге «в облипку» и кроссовках на высокой платформе, я выгляжу именно так, как надо. Могу легко слиться с толпой и сойти за свою, на случай, если придется линять огородами.

Черт, смех смехом, но эта пустота вокруг начинает давить на психику.

Может, ну его все? И…

Но уже поздно, потому что я слышу шаги за спиной, шелест задернутого полога и знакомый (до боли, мать его!!!) мужской голос:

— Привет, Лори.

Черт.

Черт!

Глава шестнадцатая: Лори

Настоящее

Инстинкт самосохранения до боли громким голосом орет, что надо валить.

Забить на все и просто бежать со всех ног.

Не думать о последствиях этого побега сейчас, а просто встать и позволить телу вынести меня из того, что горит едкой красной лампочкой со словом «ОПАСНОСТЬ».

Но чтобы сбежать, мне нужно каким-то образом проскользнуть мимо него — не глядя ему в глаза, не приближаясь на расстояние вытянутой рыки и не дыша, потому что даже сейчас, сделав лишь пару судорожных глотков, я чувствую, как мои легкие наполняются его особенным охеренным запахом.

— Спорим, что ты опять собираешься сбежать? — слышу его как обычно невозмутимый голос.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю, не поворачивая головы.

А и правда — что за фигня?!

Я планировала встречу с Авдеевым, откуда тут взялся Вадим? Я точно никак не сдала свое имя и координаты, не дала ни единого повода думать, что между девушкой из фитнеса и той, которая инкогнито назначала встречу, существует хоть какая-то связь. И даже если бы где-то покололась — это никак не объясняет появление тут Секвойи. Бред какой-то.

— Мне передали просьбу о встрече. Я так понимаю — твою.

Что за…

Все-таки разворачиваюсь к нему лицом, потому что и дальше игнорировать его таким страусиным способом становится уже просто нелепо. От того, что я не буду смотреть ему в глаза, Вадим не исчезнет и не превратится в кого-то другого.

Но все же, мне нужно время, чтобы переварить его совершенно не привычный для меня вид. Потому что костюм и рубашка сидят на нем так… В моем богатом лексиконе неожиданно не хватает слов, чтобы описать то, как невероятно выглядит этот мужик. Это совсем не то же самое, что натянуть кусок дорогой ткани на шкаф, этот шмот пошит конкретно по его меркам и подчеркивает абсолютно все — и длинные мускулистые ноги, и тонкую талию, и мощную грудь, и широкие плечи. Я как загипнотизированная смотрю на фривольно расстегнутую сразу на несколько пуговиц рубашку и вспоминаю, как он, блин, чуть не расплющил меня в душевой, и как ему все равно удавалось быть внимательным и осторожным, учитывая нашу разницу в габаритах.