Чтение онлайн

Я двигаюсь к выходу, широко шагая, словно медведь, топая и косолапя. Я всегда так хожу, когда злюсь. А сейчас я просто пылаю. Внутри меня образовалась граната, которая была готова взорваться в любую секунду.

Но я не успела далеко уйти. Маркус хватает меня за руку в тот момент, когда я шагнула за порог женской раздевалки. Он резко рванул меня на себя, прижимая к своей голой груди. Его бедра уже были обмотаны полотенцем – когда он успел?

Рывок – и вот я уже прижата к цветным шкафчикам.

– Скажи спасибо, что всё ещё тебя хочу! – прорычал он мне в самой ухо.
– Ещё раз ударишь меня - я заставлю тебя заплатить! И, поверь, цена будет непосильной!

Я ошарашено заморгала. А чего я ожидала? Что он просто спустит мне это с рук? Его лицо перекосило от гнева, а глаза засверкали. Я не знала, что хуже – холодная серость или плавящаяся сталь.

Я так и не успела решить: Маркус накрыл мой рот своими губами.

Он принялся грызть мои губы, заставляя их раскрыться - никакой нежности. Я сопротивлялась, била его по груди, плечам, но он лишь еще теснее прижимался ко мне. Его руки жестко дернули лямки. Я вскрикнула, но Маркус проглотил мой крик. Платье начало сползать, открывая доступ к груди. Он сжал их руками, делая мне больно.

Я молотила кулаками по его груди, но не получала никакой реакции. Он лишь приподнял меня себе навстречу, чтобы удобнее было скользить языком по моей шее.

– Чем больше ты борешься, тем сильнее распаляешь меня!

Он выше меня, он сильнее меня. Я для него словно надувная кукла. Одной рукой Маркус удерживает мою талию, другой оборачивает себя моими ногами. Моё сопротивление постепенно растворяется в этой животной страсти.

Я понимаю, что сопротивление, и правда, бесполезно. Его пальцы впиваются в мои ягодицы, заставляя меня напрячь ноги, чтобы самой держаться на нём. Я делаю это – он отпускает мою задницу, чтобы приласкать мою грудь, поигрывая с сосками. Я запрокидываю голову, ощущая, как в груди зарождается ток, устремляющийся по венам вниз живота.

– Маркус, - стон.

Куда делась моя гордость? Неужели первобытные инстинкты сильнее?

Он снова возвращается к моим губам, проталкивая свой язык внутрь, принимаясь нещадно исследовать мой рот. Я крепко вцепилась в его плечи, повиснув на нём, словно мартышка на пальме.

Маркус прикусывает мою нижнюю губу, запуская руку мне между ног. Я чуть не задохнулась, когда его пальцы проникли в меня - как же хорошо! Но мне хотелось большего: я недовольно выдохнула. Полотенца на нём давно уже не было. Маркус просто отодвинул мои трусики в сторону и вошёл в меня. Резко. Одним движением. Ему опять пришлось заглушить мой крик.

Мне понадобилось всего пару толчков, чтобы бомба внутри меня взорвалась. Маркус тоже не смог продержаться дольше. Он яростно вцепился в меня, снова извергаясь мне на живот. Благо платье было поднято до груди, а то как бы я объяснила маме или Оливеру, что это за белые подтёки на синей ткани.

Маркус опускает меня на пол. Я сразу хватаюсь за платье, чтобы оно не испачкалось, хотя сама еле стою на подгибающихся ногах.

Я смотрю на него, ожидая хоть каких-то слов, может, действий. Но он даже не посмотрел на меня, просто ушёл обратно в душевую. Я подняла полотенце, что лежало у входа, вытерла мутную жидкость. После чего выбежала из школы, не оглядываясь.

У меня дежавю. Именно так всё было и в прошлый раз.

Господи, что же я наделала?

Я уже стояла под душем в собственной ванной комнате, когда по щекам потекли слёзы.

Разве секс может быть настолько впечатляющим? А страсть настолько сильной, что так легко заглушила голос разума?

Животная, необузданная, первобытная - жажда обладать этим мужчиной.

Всё, что происходило последующие три недели, я считала просто наваждением.

Маркус сам назначал встречи. Обычно через день – дни, когда он занимался в спортзале.

Я не могу объяснить, почему приходила к нему. Видя в школе, как он запросто проходит мимо меня, я скрипела зубами и клялась сама себе, что больше не пойду. Но стоило ему незаметно шепнуть мне, что будет меня ждать - и я бежала к нему, быстрее ветра.

Моё тело скучало по его прикосновениям, хотя в них совсем не было ласки. Страсть поглощала меня, захлёстывая с головой. Я вновь и вновь нарушала обещания, данные самой себе. И ненавидела себя за это каждый раз, когда Маркус уходил.

Самобичевание сменялось волной неимоверного удовольствия, затем появлялась горечь. Я пыталась убедить себя, что качественный секс так же необходим женскому телу, как и мужскому. Хоть на душе и скребли кошки, тело чувствовало эйфорию после сумасшедших оргазмов.

Чем дольше длилась наша тайная связь, тем больше я боялась, что Маркус не позовёт меня снова. Я понимала, что это ненадолго, и рано или поздно я наскучу ему. Секс со мной приестся, и он оттолкнет меня. И я не смогу даже просто закатить истерику, не то что начать качать права - он мне ничего не обещал, с самого начала чётко очертив границы дозволенного.

В школе я ни с кем не общалась. Может, ещё и это влияло на мою податливость - отсутствие других занятий, развлечение. Я никогда не была в одиночестве. По крайней мере, внешне. В России у меня не было настоящих друзей - это я поняла после свержения с пьедестала славы - но я со многими общалась. А сейчас тишина. Все ходили стайками. Уже поздно заводить дружбу.

Так я думала вплоть до того дня, когда в туалете случайно наткнулась на странную девушку.

Первое, что бросилось мне в глаза - это длинные белоснежные и жутко растрёпанные волосы. Она будто проснулась и не расчесалась. Далее шли ярко-синие глаза - Господи, они огромные!

Она вошла и, не заметив меня, встала спиной ко мне, опираясь на стойку с умывальниками, затем принялась вглядываться в свое отражение, будто видела себя впервые. Я окинула её взглядом. Одета она очень странно для этой школы - худи и джинсы с дырками на коленях, из которых, между прочим, сочилась кровь. Но девушку это, кажется, не волновало.

– Привет, - обратилась я ней – просто не могла никак не отреагировать, - ты в курсе, что у тебя коленки в крови?

Девушка подскочила - видимо, она, и правда, не заметила меня, а не просто делала вид, как остальные. Она смотрит на меня как-то испуганно. Я улыбнулась ей, успокаивая, но ответа не последовало.

– Эй, ты меня слышишь?
– Я сделала еще попытку, но отреагировали только её глаза. Они расширились, хотя казалось, что больше некуда.

– Хочешь, дам пластырь?

У меня их было вагон и маленькая тележка. Мозоли и танцоры - родные люди.

Девушка отрицательно помотала головой. Ну и ладненько - любая реакция сгодится.

– Ну, что ж, славненько, - я протянула ей руку, собираясь с ней познакомиться.
– Меня зовут Яна.

Она испуганно смотрит на мою руку, словно видит змею. Вижу, что ей страшно, но чего она боится? Или кого? Девушка разворачивается и выбегает из туалета, оставив меня с вытянутой рукой - очень странно.

Мне становится любопытно, кто она. Я ни разу не встретила её за месяц пребывание в этой школе. Она словно с Луны свалилась, как Лунтик. И почему, чёрт возьми, она такая зашуганная?