Чтение онлайн

– Пока они думают, что я будущий король - я ценен. Регелан больше не будет в опасности… Соллнам я запретил давать какие-либо клятвы. Потом, показав свою силу, они смогут как-нибудь меня вытащить. – Невпопад озвученный план казался мне полнейшим безумием.

Я понимал, что пытаюсь скрыть неуверенность в голосе. Пусть, плененный правитель важен. Но, Совет может решить, что моя смерть ослабит боевой дух регеланцев. Или меня попытаются вынудить дать ту же клятву. Возможно и то, что соллны не станут спасать меня. Хоть мы и родственники, а несколько месяцев, прожитых на острове, сблизили нас. Станут ли они рисковать ради одного человека? И в то же время, несмотря на мою дальнейшую участь, мной овладело какое-то умиротворение от мысли, что принял верное решение. И я добровольно пойду на это, чтобы спасти дорогих мне людей.

– Можно мне поехать с тобой? Быть рядом, когда…

– Нет. – Ни к чему ей видеть мое унижение.

– Снова рабство… - Отчаянный шепот. Она понимала, что не сможет изменить что-либо.
– Эрит, как ты это переживешь?

– Уверен, что буду тосковать. Очень сильно.

Я понял, что веду себя глупо и притянул к себе жену. Крепко обнял, прекращая разговоры. Исследовать губами каждый изгиб. Изучать пальцами, чтобы в самых страшных пытках держаться за эти воспоминания – таков был план. И я воплощал его, постепенно погружаясь в тягучую негу наслаждения.

Вдруг, мой покой ушел гонимый женским стоном, страстным и толкающим на безумие. Плавные движения сменились резкими. Я ласкал и покусывал чувствительные точки на вожделенном теле и ощущал, как мне отвечают без слов. Во мне проснулась жадность. Никуда не идти, оставаться здесь, в ней, вечность. Каждый мой вдох, имел смысл только если я произносил ее имя.

– Ниа. – Поцелуй и взгляд.

– Твои глаза. Они светятся сильнее.

– Мое пламя едино с сердцем сейчас.
– И вправду магия проснулась. Но не для того, чтобы сжечь.

– Я тоже ощущала подобное. Словно… гармония.

– Будто я на своем месте.

– Но так мимолетно, - она улыбнулась.
– Мы как подростки играем словами, пытаясь понять свои чувства. Скоро заговорим стихами.

– Или запоем.

Мы рассмеялись. Потом дурачась кормили друг друга. И снова занимались любовью. Теперь мне понятен смысл этой странной фразы, когда больше всего имеет значение - с кем ты. Сколько ночей в моей жизни остались во мраке. Сколько касаний не имели смысла. А сказки и сны потеряли цвет, несравнимые с ней - моей новой реальностью. Теперь даже дыхание смерти не пугало меня и не заставляло грустить. Да, она часть нашей жизни. Очень близка к ней, неотделима. Поэтому, дает почувствовать ценность скоротечных радостных мгновений. И пара влюбленных без стеснения позволили себе это. А потом усталые уснули в обнимку, за два часа до рассвета.

Сегодня я не злился на свет, проникший под веки. Я был благодарен, что проснулся первым. Последние часы свободы провел в седле держа перед внутренним взором лицо спящей жены. Но, мои воины не дали доехать до вражеского лагеря. Там творилось неладное. Наши наблюдатели доложили, что с самого утра заметили дым от пожаров. Оказалось, рабы подняли бунт. Их поддержали некоторые нанны и свободные. Мятежникам даже удалось уничтожить повозки со взрывными зельями и большую часть магбашень. К сожалению, пробиться сквозь стационарный охранный щит чтобы помочь мятежникам не удалось. На место каждой бреши прибегали имперские патрули. Оставалось только ждать.

Силы бунтарей иссякли спустя сутки. И после того, как были потушены пожары и восстановлен порядок, главнокомандующий имперцев велел на закате провести показательные казни. Он даже объявил перемирье на один вечер, чтобы «пригласить» на действо правителя регеланцев со свитой.

На открытом пространстве между двух войск рабы начали строить длинный помост из остатков повозок. Приговоренных собрались сжечь живьем с помощью обычного огня, ведь казнь магией под запретом. Мы пытались как-то повлиять на решение, но никто не стал слушать. У империи свои законы.

Ниа, узнав обо всем, отказалась оставаться в стороне и к назначенному времени уже стояла рядом. Она выглядела измотанной, но не подавала виду.

– Тебе не стоит на это смотреть.

– Там мои друзья.

– Именно поэтому… - Я негодовал. Не хотел для нее этой боли, вдобавок ко всем переживаниям последних дней. – То, что сейчас произойдет... Уверена, что выдержишь?

– Они должны знать, что их смерть не будет напрасна. – Я видел с каким трудом давались ей эти слова.
– Что ничего не было зря. И даже если этот бой враг выиграет, мы не остановимся.

– А что по поводу них? – Я указал на полсотни бывших рабов, которые пришли вместе с ней часом раньше. Они были из числа тех, что я освободил от ошейников.

– Сами вызвались. Конечно в бою от них толку будет мало. Физически слабы, а магии необученные или выгоревшие. Но они рвались показать, что свобода возможна. Прошли пешком весь путь. Можно ли осуждать за такое?

– Нет. Это их право.
– Я окинул взглядом своих воинов, державших строй и готовых к нападению. Здравый смысл подсказывал, что их время отсчитывает последние дни. Но вера друг в друга и саму жизнь привела их сюда не позволяя сдаться, стоя против могущественного врага.

– Ты уедешь в замок, как только… все закончится. Я не знаю, когда имперцы снова нападут и удастся ли вообще с ними договорится. А под охраной Гила вы продержитесь достаточно долго чтобы дождаться помощи. – Здоровяк, которого я не без причины воспринимал как бандита, теперь отвечал за безопасность столицы.
– Он и его люди знают эти стены и смогут выстоять осаду замка. Тебе нужно беречь себя, ради нашей дочери.

– Значит, не передумал по поводу плена. – Ниа хорошо понимала, что другого пути нет. Но не могла просто бездействовать.
– А что, если и тебя решат… Ведь как раз этого ловцы пытались не допустить, идя на такие жертвы.

Я покачал головой. Сомнений не было что именно наши друзья, прознав о моем скором пленении, не захотели наблюдать как вместе с захватом Регелана рухнут их надежды на свободу. Ведь они не знали всего плана. И пусть с такой разницей в силе мятеж был заведомо провальным, наши союзники рискнули.

– У меня нет выбора. Как еще я могу выиграть драгоценное время… – Вздохнул, глядя в печальные глаза.
– К сожалению, мне не остановить зверя войны, пожирающего мою страну, иначе как накормив.

– Прости. Я понимаю, что лезу не в свое дело и вообще не к месту здесь, но…

Договорить я не дал. Пользуясь неожиданным шансом прикоснуться к манящим губам.

– Твое место рядом со мной. Это то, в чем я уверен больше, чем в биении собственного сердца.

Я приобнял ее делясь теплом. Согрел дыханием пальчики, оледеневшие от тревоги и вечерней прохлады. Кто бы знал, как хочется мне увезти ее отсюда. Спрятать, оградить от всех печалей.

В молчании мы наблюдали как Дневное Светило коснулось гор, а на помост вывели тех, кто посмел восстать против имперских порядков. Их поставили на колени и привязали. Там были сотни три пленников. Часть оказались наннами, но большинство - свободные воины. Среди последних не было Жилиана, но я узнал ловцов, переодетых в мужчин. Уверен, мятежников было больше, судя по количеству разрушений. Возможно, в суматохе поймать удалось не всех. Рядом с помостом отдельно стояли непокорные рабы. Много. Измученные, в крови и свежих ссадинах. Но, в их казни не видели смысла, ведь рабов совсем скоро ожидал другой конец. Моя королева всхлипнула и прижалась ко мне, пряча мокрые глаза. Я не находил слов чтобы ее утешить, в очередной раз ощущая свою беспомощность. Мог ли я сделать хоть что-то? Где ошибся? Или это один из тех случаев, когда, как говорила Ниа, плохое просто случается? Можно назвать это стечением обстоятельств или жестокостью Мира в отношении своих детей. И остается только извлечь урок. Научится больше ценить дары жизни, пока это возможно.